книги о войне
«Раздетые до костей» — это художественный роман, созданный на основе документального материала. В центре повествования — судьба комиссара подпольной антифашистской организации города Таганрога Семёна Морозова. Роман возвращает из исторической тени ле…
«Раздетые до костей» — это художественный роман, созданный на основе документального материала. В центре повествования — судьба комиссара подпольной антифашистской организации города Таганрога Семёна Морозова. Роман возвращает из исторической тени ле…
Конец света, наступивший из - за ядерной войны. Военная операция вышла из под контроля и многие государства применили ядерное оружие, что привело к непоправимым последствиям. Существовавшие на тот момент заводы по изготовлению роботов и по внедрению …
Конец света, наступивший из - за ядерной войны. Военная операция вышла из под контроля и многие государства применили ядерное оружие, что привело к непоправимым последствиям. Существовавшие на тот момент заводы по изготовлению роботов и по внедрению …
«Раздетые до костей» — это художественный роман, созданный на основе документального материала. В центре повествования — судьба комиссара подпольной антифашистской организации города Таганрога Семёна Морозова. Роман возвращает из исторической тени ле…
«Раздетые до костей» — это художественный роман, созданный на основе документального материала. В центре повествования — судьба комиссара подпольной антифашистской организации города Таганрога Семёна Морозова. Роман возвращает из исторической тени ле…
Где история, а где быль ... чем отличается реконструкция боевых действий от настоящих? Иногда практически ничем. Штурм Турецкого вала ....
Где история, а где быль ... чем отличается реконструкция боевых действий от настоящих? Иногда практически ничем. Штурм Турецкого вала ....
Несколько красноармейцев, спасаясь их павшего Севастополя, попадают в 2027-й год, но не в Россию, а в Крым, который принадлежит Украине.
Несколько красноармейцев, спасаясь их павшего Севастополя, попадают в 2027-й год, но не в Россию, а в Крым, который принадлежит Украине.
Март 1942 года. В маленький цистерцианский монастырь под Жешувом ставят на постой немецкую часть.
Девятнадцатилетняя католическая послушница Цофия и обер-лейтенант вермахта Николас Россо за девять недель скажут друг другу от силы сотню слов. Ни одног…
Март 1942 года. В маленький цистерцианский монастырь под Жешувом ставят на постой немецкую часть.
Девятнадцатилетняя католическая послушница Цофия и обер-лейтенант вермахта Николас Россо за девять недель скажут друг другу от силы сотню слов. Ни одног…
Март 1942 года. В маленький цистерцианский монастырь под Жешувом ставят на постой немецкую часть.
Девятнадцатилетняя католическая послушница Цофия и обер-лейтенант вермахта Николас Россо за девять недель скажут друг другу от силы сотню слов. Ни одног…
Март 1942 года. В маленький цистерцианский монастырь под Жешувом ставят на постой немецкую часть.
Девятнадцатилетняя католическая послушница Цофия и обер-лейтенант вермахта Николас Россо за девять недель скажут друг другу от силы сотню слов. Ни одног…
Война достигает его даже там, где, кажется, уже достичь не может. Война не проходит бесследно - такова ее сучья природа.
Война достигает его даже там, где, кажется, уже достичь не может. Война не проходит бесследно - такова ее сучья природа.
2028 год. Специальная военная операция завершена, но мир так и не наступил. Ослепленный собственной пропагандой и ведомый ложными лозунгами, блок НАТО использует масштабную провокацию на границе как повод для прямого вторжения. Машина коллективного З…
2028 год. Специальная военная операция завершена, но мир так и не наступил. Ослепленный собственной пропагандой и ведомый ложными лозунгами, блок НАТО использует масштабную провокацию на границе как повод для прямого вторжения. Машина коллективного З…
Очень изощрённые и жестокие фокусы вытворяет с людьми злодейка - судьба. Достаётся даже тем, кто намеренно обходил все её острые углы, включая ненависть и зависть. Но жизнь, порой, заставляет на всё взглянуть иначе. А чтобы восстановить справедливост…
Очень изощрённые и жестокие фокусы вытворяет с людьми злодейка - судьба. Достаётся даже тем, кто намеренно обходил все её острые углы, включая ненависть и зависть. Но жизнь, порой, заставляет на всё взглянуть иначе. А чтобы восстановить справедливост…
Это не продолжение. Это другая глубина.
Здесь любовь говорят через грубость, войну помнят через женские слёзы, а жизнь ценят, зная, что она конечна.
От неловких признаний до народной баллады — второй сборник о том, как в одном человеке уживаются цини…
Это не продолжение. Это другая глубина.
Здесь любовь говорят через грубость, войну помнят через женские слёзы, а жизнь ценят, зная, что она конечна.
От неловких признаний до народной баллады — второй сборник о том, как в одном человеке уживаются цини…
Очень изощрённые и жестокие фокусы вытворяет с людьми злодейка - судьба. Достаётся даже тем, кто намеренно обходил все её острые углы, включая ненависть и зависть. Но жизнь, порой, заставляет на всё взглянуть иначе. А чтобы восстановить справедливост…
Очень изощрённые и жестокие фокусы вытворяет с людьми злодейка - судьба. Достаётся даже тем, кто намеренно обходил все её острые углы, включая ненависть и зависть. Но жизнь, порой, заставляет на всё взглянуть иначе. А чтобы восстановить справедливост…
Третьи сутки льёт дождь, окопы размыты, и сержант Джек Харрисон готовит своих людей к ночному рейду в тыл врага. Война требует от них последнего: идти сквозь грязь и смерть, не оглядываясь. Но когда приказ выполнен, а тишина опускается на поле боя, Д…
Третьи сутки льёт дождь, окопы размыты, и сержант Джек Харрисон готовит своих людей к ночному рейду в тыл врага. Война требует от них последнего: идти сквозь грязь и смерть, не оглядываясь. Но когда приказ выполнен, а тишина опускается на поле боя, Д…
У обелиска памяти солдата, звучат в сердцах бесценные слова-вы живы даже уходя бессмертной датой на плитке мраморной у вечного огня.
У обелиска памяти солдата, звучат в сердцах бесценные слова-вы живы даже уходя бессмертной датой на плитке мраморной у вечного огня.
Повесть о встрече, которая была.
Ноябрь 1940 года. Подмосковный санаторий.
Здесь, у старой берёзы, встречаются двое — писатель, знающий цену храбрости, и девочка, которая ещё только учится её мере.
Это история о двух людях, чьи имена навсегда вписаны…
Повесть о встрече, которая была.
Ноябрь 1940 года. Подмосковный санаторий.
Здесь, у старой берёзы, встречаются двое — писатель, знающий цену храбрости, и девочка, которая ещё только учится её мере.
Это история о двух людях, чьи имена навсегда вписаны…
По страницам книги читатель совершит экскурс в эпоху этрусков, углубится в исторический процесс возникновения, развития и разрушения Киевской Руси.
Вместе с ностальгией офицеров Белой гвардии читающий осмыслит их святое чувство боли за Россию, котора…
По страницам книги читатель совершит экскурс в эпоху этрусков, углубится в исторический процесс возникновения, развития и разрушения Киевской Руси.
Вместе с ностальгией офицеров Белой гвардии читающий осмыслит их святое чувство боли за Россию, котора…
В библиотеке на окраине Москвы появился новый сотрудник, хмурый неразговорчивый мужчина около 40 лет. Когда-то в детстве именно там он и мечтал работать. «В библиотеке. Потому что там много разных книг». Мечта сбылась, получается? Не все так однознач…
В библиотеке на окраине Москвы появился новый сотрудник, хмурый неразговорчивый мужчина около 40 лет. Когда-то в детстве именно там он и мечтал работать. «В библиотеке. Потому что там много разных книг». Мечта сбылась, получается? Не все так однознач…
Вчерашний мальчишка выпускник артиллерийского училища старший лейтенант Алексей Воронов назначен новым командиром Пятой артиллерийской батареи. По прибытии в расположение он встречает хмурого, с иссечённым гранитным лицом замполита. Между двумя офице…
Вчерашний мальчишка выпускник артиллерийского училища старший лейтенант Алексей Воронов назначен новым командиром Пятой артиллерийской батареи. По прибытии в расположение он встречает хмурого, с иссечённым гранитным лицом замполита. Между двумя офице…
Так начинается история, где наивность и сострадание становятся оружием, а ложь прячется под маской высокой культуры. Анне предстоит пройти путь от доверия к прозрению, от слепой веры в человечность к твёрдому знанию, что доброта без зоркости может об…
Так начинается история, где наивность и сострадание становятся оружием, а ложь прячется под маской высокой культуры. Анне предстоит пройти путь от доверия к прозрению, от слепой веры в человечность к твёрдому знанию, что доброта без зоркости может об…
Мне было девятнадцать, я училась на педагога и готовилась к свадьбе, когда мой мир рухнул. Мой Андрей ушел защищать страну, обещая вернуться до Нового года, но война распорядилась иначе.
Эта книга — дневник выживания среди оглушающей тишины, чужих об…
Мне было девятнадцать, я училась на педагога и готовилась к свадьбе, когда мой мир рухнул. Мой Андрей ушел защищать страну, обещая вернуться до Нового года, но война распорядилась иначе.
Эта книга — дневник выживания среди оглушающей тишины, чужих об…