классическая проза
Асет рос в дворе, где уважали лишь силу и дерзость, а школа была ареной для хулиганства, а не знаний. Он привык жить по своим правилам до того дня, когда отец молча забрал документы и увёз его из Караганды в глухой аул Кымызынай. Дорога становится ру…
Асет рос в дворе, где уважали лишь силу и дерзость, а школа была ареной для хулиганства, а не знаний. Он привык жить по своим правилам до того дня, когда отец молча забрал документы и увёз его из Караганды в глухой аул Кымызынай. Дорога становится ру…
История повествует о судьбе пожилой женщины, отдавшей все свои лучшие годы работе. После выхода на пенсию она переосмысливает свою жизнь, сожалеет о растраченной молодости и нежданно находит душевное успокоение.
История повествует о судьбе пожилой женщины, отдавшей все свои лучшие годы работе. После выхода на пенсию она переосмысливает свою жизнь, сожалеет о растраченной молодости и нежданно находит душевное успокоение.
Она казалась с виду обычной девушкой, люди не слишком тянулись к ней, хотя только лишь от того, что не знали внутреннего мира и судили её по внешности. Она так же не слишком любила людей, говорила даже, иногда ненавидела. А вот животные и насекомые в…
Она казалась с виду обычной девушкой, люди не слишком тянулись к ней, хотя только лишь от того, что не знали внутреннего мира и судили её по внешности. Она так же не слишком любила людей, говорила даже, иногда ненавидела. А вот животные и насекомые в…
Если бы люди могли осознать, что «Истина стара как Мир» и тогда поиск знаний нужно искать в мудрости своих предков. Наследие предков никуда не исчезло, мы просто потеряли способность обращаться к Родовой Памяти, а эта Память прежде всего Духовная. П…
Если бы люди могли осознать, что «Истина стара как Мир» и тогда поиск знаний нужно искать в мудрости своих предков. Наследие предков никуда не исчезло, мы просто потеряли способность обращаться к Родовой Памяти, а эта Память прежде всего Духовная. П…
Проблемы отцов и детей – как хорошо, если вдруг находится нужный компромисс, который делает семью ещё крепче. И это примирение в жизни одних запускает механизм, ломающий вековые устои и предрассудки всех тех, кто их окружает. И даже если прошлое восс…
Проблемы отцов и детей – как хорошо, если вдруг находится нужный компромисс, который делает семью ещё крепче. И это примирение в жизни одних запускает механизм, ломающий вековые устои и предрассудки всех тех, кто их окружает. И даже если прошлое восс…
От первой, оглушающей пустоты до обретения внутренней вселенной — книга проводит читателя через все стадии уединения. Это исследование того, как рутина становится ритуалом, тишина — языком, а собственное «я» — самым интересным собеседником.
Автор не…
От первой, оглушающей пустоты до обретения внутренней вселенной — книга проводит читателя через все стадии уединения. Это исследование того, как рутина становится ритуалом, тишина — языком, а собственное «я» — самым интересным собеседником.
Автор не…
Эта книга — не просто история одного человека. Это путешествие, в котором узнает себя каждый. Через 20 ключевых глав, от рождения и первых шагов до любви, потерь и обретения мудрости, автор проводит читателя по лабиринту жизни, где смех соседствует с…
Эта книга — не просто история одного человека. Это путешествие, в котором узнает себя каждый. Через 20 ключевых глав, от рождения и первых шагов до любви, потерь и обретения мудрости, автор проводит читателя по лабиринту жизни, где смех соседствует с…
От первой, оглушающей пустоты до обретения внутренней вселенной — книга проводит читателя через все стадии уединения. Это исследование того, как рутина становится ритуалом, тишина — языком, а собственное «я» — самым интересным собеседником.
Автор не…
От первой, оглушающей пустоты до обретения внутренней вселенной — книга проводит читателя через все стадии уединения. Это исследование того, как рутина становится ритуалом, тишина — языком, а собственное «я» — самым интересным собеседником.
Автор не…
Эта книга — не просто история одного человека. Это путешествие, в котором узнает себя каждый. Через 20 ключевых глав, от рождения и первых шагов до любви, потерь и обретения мудрости, автор проводит читателя по лабиринту жизни, где смех соседствует с…
Эта книга — не просто история одного человека. Это путешествие, в котором узнает себя каждый. Через 20 ключевых глав, от рождения и первых шагов до любви, потерь и обретения мудрости, автор проводит читателя по лабиринту жизни, где смех соседствует с…
Конец 1750-х годов. На территории Северной Америки продолжается кровавая война за колониальное господство. Британские войска вынуждены отступить под натиском превосходящих сил французов. Группе солдат поручено эвакуировать секретную базу, прежде чем …
Конец 1750-х годов. На территории Северной Америки продолжается кровавая война за колониальное господство. Британские войска вынуждены отступить под натиском превосходящих сил французов. Группе солдат поручено эвакуировать секретную базу, прежде чем …
Роман Ивана Тургенева «Отцы и дети» об извечном конфликте поколений и сегодня так же актуален и откровенен, как и в момент своей первой публикации в 1862 году. Противоречивый портрет Базарова – энергичного, циничного и самоуверенного «нигилиста», отв…
Роман Ивана Тургенева «Отцы и дети» об извечном конфликте поколений и сегодня так же актуален и откровенен, как и в момент своей первой публикации в 1862 году. Противоречивый портрет Базарова – энергичного, циничного и самоуверенного «нигилиста», отв…
Лесник Василий Весёлкин, получает важное правительственное задание – найти древесину для авиационной фанеры. Вспомнив, что еще в детстве он слышал рассказ о некой заповедной Корабельной чаще, которую не рубят, а берегут как святыню: «в этой сосновой …
Лесник Василий Весёлкин, получает важное правительственное задание – найти древесину для авиационной фанеры. Вспомнив, что еще в детстве он слышал рассказ о некой заповедной Корабельной чаще, которую не рубят, а берегут как святыню: «в этой сосновой …
Говорят, что именно Чарльз Диккенс придумал Рождество, и в этой аудиокниге вы непременно найдёте все элементы традиционного Рождества: заснеженные крыши, сверкающие витрины, дымящиеся чашки с пуншем, сливовые пудинги, похожие на крапчатые пушечные яд…
Говорят, что именно Чарльз Диккенс придумал Рождество, и в этой аудиокниге вы непременно найдёте все элементы традиционного Рождества: заснеженные крыши, сверкающие витрины, дымящиеся чашки с пуншем, сливовые пудинги, похожие на крапчатые пушечные яд…
Из обширной сокровищницы классических произведений мы выбрали для вас самые лучшие из них, сохранившие свою значимость, жизненность и актуальность до наших дней. От «Комедии ошибок» Генрика Сенкевича до «Смеха» Кикути Кана. В общей сложности десять п…
Из обширной сокровищницы классических произведений мы выбрали для вас самые лучшие из них, сохранившие свою значимость, жизненность и актуальность до наших дней. От «Комедии ошибок» Генрика Сенкевича до «Смеха» Кикути Кана. В общей сложности десять п…
Смерть пришла в их дом не сразу, она приближалась тихими шагами забывчивости. Старый Михаил Степанычев, потомок рода «скал», медленно угасает, теряя память, и медленно умирая. Его семья борется за каждую крупицу его прошлого, не подозревая, что болез…
Смерть пришла в их дом не сразу, она приближалась тихими шагами забывчивости. Старый Михаил Степанычев, потомок рода «скал», медленно угасает, теряя память, и медленно умирая. Его семья борется за каждую крупицу его прошлого, не подозревая, что болез…
Два одиночества, два разных мира. Лео, реставратор книг, чья жизнь выстроена с точностью до миллиметра, и Алиса, звукорежиссер, видящая музыку в городском шуме. Их встреча в тишине библиотеки могла бы стать всего лишь случайным эпизодом, но стала нач…
Два одиночества, два разных мира. Лео, реставратор книг, чья жизнь выстроена с точностью до миллиметра, и Алиса, звукорежиссер, видящая музыку в городском шуме. Их встреча в тишине библиотеки могла бы стать всего лишь случайным эпизодом, но стала нач…
Два одиночества, два разных мира. Лео, реставратор книг, чья жизнь выстроена с точностью до миллиметра, и Алиса, звукорежиссер, видящая музыку в городском шуме. Их встреча в тишине библиотеки могла бы стать всего лишь случайным эпизодом, но стала нач…
Два одиночества, два разных мира. Лео, реставратор книг, чья жизнь выстроена с точностью до миллиметра, и Алиса, звукорежиссер, видящая музыку в городском шуме. Их встреча в тишине библиотеки могла бы стать всего лишь случайным эпизодом, но стала нач…
В книге рассказывается о знакомстве с севером. О природе севера, о том как там жили и работали люди. Действие происходило на строительстве северной ветки газопровода.
Фотографии северных пейзажей из личного архива.
В книге рассказывается о знакомстве с севером. О природе севера, о том как там жили и работали люди. Действие происходило на строительстве северной ветки газопровода.
Фотографии северных пейзажей из личного архива.
История о Лизе — девушке-сироте из глухого провинциального городка, чья жизнь состоит из серых будней, тяжёлой работы и одиноких вечеров в ветхой комнатке. Её единственным утешением и мечтой становятся книги, а главной целью — выучиться на библиотека…
История о Лизе — девушке-сироте из глухого провинциального городка, чья жизнь состоит из серых будней, тяжёлой работы и одиноких вечеров в ветхой комнатке. Её единственным утешением и мечтой становятся книги, а главной целью — выучиться на библиотека…
Книга – роман, состоящий из 7 повестей. Все ее герои живут в одной коммунальной квартире. Это сага с элементами магического реализма, в которой переплетаются судьбы нескольких семей, сотканных в единое полотно времени. На страницах книги – целый мир,…
Книга – роман, состоящий из 7 повестей. Все ее герои живут в одной коммунальной квартире. Это сага с элементами магического реализма, в которой переплетаются судьбы нескольких семей, сотканных в единое полотно времени. На страницах книги – целый мир,…





















