героическая фантастика
До катастрофы остаются часы. Найра больше не может существовать по-старому, но новая система ещё слишком хрупка, чтобы удержать миллионы отдельных сознаний.
Александр способен понять чужую волю глубже, чем когда-либо. Именно поэтому его дар становитс…
До катастрофы остаются часы. Найра больше не может существовать по-старому, но новая система ещё слишком хрупка, чтобы удержать миллионы отдельных сознаний.
Александр способен понять чужую волю глубже, чем когда-либо. Именно поэтому его дар становитс…
Пятнадцать лет стажа, две тысячи выездов... А погиб, вытаскивая ребёнка из горящей расселёнки.
Очнулся в теле нищего дворянского недоросля.
Наследство небогатое: сестра двенадцати лет, четыре рубля двадцать копеек и самый смешной Дар империи — бытова…
Пятнадцать лет стажа, две тысячи выездов... А погиб, вытаскивая ребёнка из горящей расселёнки.
Очнулся в теле нищего дворянского недоросля.
Наследство небогатое: сестра двенадцати лет, четыре рубля двадцать копеек и самый смешной Дар империи — бытова…
Что, если наш величайший шаг вперед станет началом конца?
Молодой астрофизик Эйден совершил открытие, о котором грезило все человечество — он зафиксировал и расшифровал сигнал из глубин космоса. Но вместо долгожданного союза с внеземным разумом ответ…
Что, если наш величайший шаг вперед станет началом конца?
Молодой астрофизик Эйден совершил открытие, о котором грезило все человечество — он зафиксировал и расшифровал сигнал из глубин космоса. Но вместо долгожданного союза с внеземным разумом ответ…
Скучная смена, маньяк и... Вдруг мечта о фэнтези-мире становится реальностью, но кто мог подумать, что будет не просто!
Скучная смена, маньяк и... Вдруг мечта о фэнтези-мире становится реальностью, но кто мог подумать, что будет не просто!
До катастрофы остаются часы. Найра больше не может существовать по-старому, но новая система ещё слишком хрупка, чтобы удержать миллионы отдельных сознаний.
Александр способен понять чужую волю глубже, чем когда-либо. Именно поэтому его дар становитс…
До катастрофы остаются часы. Найра больше не может существовать по-старому, но новая система ещё слишком хрупка, чтобы удержать миллионы отдельных сознаний.
Александр способен понять чужую волю глубже, чем когда-либо. Именно поэтому его дар становитс…
В один миг привычный мир перестал существовать. Земля интегрирована в общегалактическую Систему: города превратились в зоны охоты, а выжившим выданы классы и характеристики. Бывший инженер-электронщик Кирилл, прикованный к инвалидному креслу, получае…
В один миг привычный мир перестал существовать. Земля интегрирована в общегалактическую Систему: города превратились в зоны охоты, а выжившим выданы классы и характеристики. Бывший инженер-электронщик Кирилл, прикованный к инвалидному креслу, получае…
Доктор Алан Рид посвятил жизнь проекту «Сомнус» — технологии, позволяющей заглянуть в человеческие сны. Но очередной эксперимент оборачивается катастрофой: вместо привычных образов Алан видит чужую реальность, где его умерший наставник жив, а лаборат…
Доктор Алан Рид посвятил жизнь проекту «Сомнус» — технологии, позволяющей заглянуть в человеческие сны. Но очередной эксперимент оборачивается катастрофой: вместо привычных образов Алан видит чужую реальность, где его умерший наставник жив, а лаборат…
Он прожил тысячи лет и возвысился до звания настоящего Владыки. Ему покорились целые галактики и тысячи народов, но однажды он все потерял. Волею Древних и Великих Лордов он отправился в прошлое, чтобы изменить судьбу целой Вселенной. Задача непроста…
Он прожил тысячи лет и возвысился до звания настоящего Владыки. Ему покорились целые галактики и тысячи народов, но однажды он все потерял. Волею Древних и Великих Лордов он отправился в прошлое, чтобы изменить судьбу целой Вселенной. Задача непроста…
Тридцать восемь миллионов жителей Кера внезапно начинают бежать. Никто не видит врага, но каждый чувствует смертельную опасность.
Прибывшие на сигнал бедствия Пятеро оказываются внутри города-катастрофы: рушатся воздушные магистрали, транспорт выход…
Тридцать восемь миллионов жителей Кера внезапно начинают бежать. Никто не видит врага, но каждый чувствует смертельную опасность.
Прибывшие на сигнал бедствия Пятеро оказываются внутри города-катастрофы: рушатся воздушные магистрали, транспорт выход…
Можно ли полюбить того, кто лишил тебя семьи? Вчера Рики бы возмутилась – что за дурацкие вопросы! А сегодня сходит с ума от желания к нему – беспощадному драмонксу, поставляющему «живой товар» своим кровавым заказчикам. Мэдисон тоже не планировала с…
Можно ли полюбить того, кто лишил тебя семьи? Вчера Рики бы возмутилась – что за дурацкие вопросы! А сегодня сходит с ума от желания к нему – беспощадному драмонксу, поставляющему «живой товар» своим кровавым заказчикам. Мэдисон тоже не планировала с…
Тридцать восемь миллионов жителей Кера внезапно начинают бежать. Никто не видит врага, но каждый чувствует смертельную опасность.
Прибывшие на сигнал бедствия Пятеро оказываются внутри города-катастрофы: рушатся воздушные магистрали, транспорт выход…
Тридцать восемь миллионов жителей Кера внезапно начинают бежать. Никто не видит врага, но каждый чувствует смертельную опасность.
Прибывшие на сигнал бедствия Пятеро оказываются внутри города-катастрофы: рушатся воздушные магистрали, транспорт выход…
Две повести: "Это фиаско, Рема!" и "Драконы не летают в космос", связанные одним героем и единым заголовком "Четыреста капель крови". Лонг-лист конкурса Литрес "Новые горизонты" (2024 г.).
Недалекое будущее. Власть над человеческой цивилизацией забр…
Две повести: "Это фиаско, Рема!" и "Драконы не летают в космос", связанные одним героем и единым заголовком "Четыреста капель крови". Лонг-лист конкурса Литрес "Новые горизонты" (2024 г.).
Недалекое будущее. Власть над человеческой цивилизацией забр…
Четырнадцатилетний Демьян всегда чувствовал, что в мире есть нота, которая должна звучать — и молчит. После смерти бабушки он узнаёт правду: мир устроен слоями, у каждого человека внутри — невидимый Замок, а Ключ отпирает его потенциал. У всех есть К…
Четырнадцатилетний Демьян всегда чувствовал, что в мире есть нота, которая должна звучать — и молчит. После смерти бабушки он узнаёт правду: мир устроен слоями, у каждого человека внутри — невидимый Замок, а Ключ отпирает его потенциал. У всех есть К…
Когда одни цивилизации рвутся к звёздам. Другие сворачиваются внутрь реальности, из макромира в мир субквантового состояния, где пространство и время перестают быть преградой.
За пределами привычной физики, рождается технология, способная переписать …
Когда одни цивилизации рвутся к звёздам. Другие сворачиваются внутрь реальности, из макромира в мир субквантового состояния, где пространство и время перестают быть преградой.
За пределами привычной физики, рождается технология, способная переписать …
Реи завоевали и поработили все цивилизации в своей вселенной. Новая вселенная, вход в которую им открыл Хаос, не должна стать исключением. Так думал Хранитель, так думали Реи.
Биномы думали иначе и дали ожесточенный отпор, но последний рубеж планет…
Реи завоевали и поработили все цивилизации в своей вселенной. Новая вселенная, вход в которую им открыл Хаос, не должна стать исключением. Так думал Хранитель, так думали Реи.
Биномы думали иначе и дали ожесточенный отпор, но последний рубеж планет…
Мира — циничный тестировщик из техподдержки, чья жизнь состоит из просроченных йогуртов, кредитов и ненависти к будильнику. Всё меняется, когда брат присылает ей странные очки, показывающие правду: над людьми и вещами всплывают теги с их слабостями, …
Мира — циничный тестировщик из техподдержки, чья жизнь состоит из просроченных йогуртов, кредитов и ненависти к будильнику. Всё меняется, когда брат присылает ей странные очки, показывающие правду: над людьми и вещами всплывают теги с их слабостями, …
Мира — циничный тестировщик из техподдержки, чья жизнь состоит из просроченных йогуртов, кредитов и ненависти к будильнику. Всё меняется, когда брат присылает ей странные очки, показывающие правду: над людьми и вещами всплывают теги с их слабостями, …
Мира — циничный тестировщик из техподдержки, чья жизнь состоит из просроченных йогуртов, кредитов и ненависти к будильнику. Всё меняется, когда брат присылает ей странные очки, показывающие правду: над людьми и вещами всплывают теги с их слабостями, …
Он пытался изменить прошлое, но вместо этого сам оказался в нём.
Раненый, без оружия и почти без шансов выжить, он попадает в мир, где существуют магия, колдуны и существа, которых он привык считать невозможными.
Вот только сам он не верит в магию.
Д…
Он пытался изменить прошлое, но вместо этого сам оказался в нём.
Раненый, без оружия и почти без шансов выжить, он попадает в мир, где существуют магия, колдуны и существа, которых он привык считать невозможными.
Вот только сам он не верит в магию.
Д…
Ардения призвала их — и назад дороги нет.
Последний залп салюта растаял в ночном небе, и Ярловы оказались там, откуда были изгнаны более сорока лет назад. Мир, о котором они знали лишь по обрывкам воспоминаний, встретил их холодом, тьмой и бескрайним…
Ардения призвала их — и назад дороги нет.
Последний залп салюта растаял в ночном небе, и Ярловы оказались там, откуда были изгнаны более сорока лет назад. Мир, о котором они знали лишь по обрывкам воспоминаний, встретил их холодом, тьмой и бескрайним…
Великий нейрохирург из далекого будущего, Марк Вознесенский, обречен влачить существование в двадцатитрехлетнем теле интерна Алексея Воронова. Его руки, инструмент гения, теперь ему чужды – тело левши бунтует против команд правши, а каждый миллиметр …
Великий нейрохирург из далекого будущего, Марк Вознесенский, обречен влачить существование в двадцатитрехлетнем теле интерна Алексея Воронова. Его руки, инструмент гения, теперь ему чужды – тело левши бунтует против команд правши, а каждый миллиметр …