героическая фантастика
В мире, где магия течёт по жилам планеты, а судьба сплетается из нитей прошлого и будущего, разворачивается история о любви, предательстве и искуплении. Файлы — девушка, несущая бремя вины за древнюю катастрофу, и Лир — провидец, способный видеть чуж…
В мире, где магия течёт по жилам планеты, а судьба сплетается из нитей прошлого и будущего, разворачивается история о любви, предательстве и искуплении. Файлы — девушка, несущая бремя вины за древнюю катастрофу, и Лир — провидец, способный видеть чуж…
Когда тебе всего шестнадцать лет и самым большим кошмаром в твоей жизни является экзамен, к которому ты не готов
Юнец, начитавшийся фантастики и мечтающий о девчонке, которая не обращает на тебя внимания
Жизнь перевернулась, ты оказался в ж Улье. Чег…
Когда тебе всего шестнадцать лет и самым большим кошмаром в твоей жизни является экзамен, к которому ты не готов
Юнец, начитавшийся фантастики и мечтающий о девчонке, которая не обращает на тебя внимания
Жизнь перевернулась, ты оказался в ж Улье. Чег…
Девять миров. Десять артефактов. Одна формула, что даёт власть над всеми.
Извериус находит древний браслет — и пробуждает силу, способную повелевать армиями мёртвых воинов. Теперь у него есть шанс закончить войну. Но цена может оказаться слишком высо…
Девять миров. Десять артефактов. Одна формула, что даёт власть над всеми.
Извериус находит древний браслет — и пробуждает силу, способную повелевать армиями мёртвых воинов. Теперь у него есть шанс закончить войну. Но цена может оказаться слишком высо…
Дослужившись до майора военной разведки, я схлопотал тяжелое ранение и оказался в инвалидном кресле. Но на этом мои неприятности не кончились. Нож торчащий под сердцем не даст соврать. А рядом, не считая двух летально покалеченных отморозков, лежит с…
Дослужившись до майора военной разведки, я схлопотал тяжелое ранение и оказался в инвалидном кресле. Но на этом мои неприятности не кончились. Нож торчащий под сердцем не даст соврать. А рядом, не считая двух летально покалеченных отморозков, лежит с…
Пропавших без вести на планете Земля слишком много. Или среди нас каждый второй маньяк или... Семен с планеты Земля оказывается в гуще галактической войны. Никакой магии. Война и смерть.
Пропавших без вести на планете Земля слишком много. Или среди нас каждый второй маньяк или... Семен с планеты Земля оказывается в гуще галактической войны. Никакой магии. Война и смерть.
Он умер, чтобы проснуться чудовищем.
Он воскрес, чтобы стать героем.
Семнадцатилетний Лейзал Хартер знает о жизни одно — это постоянная борьба. Он растит младших братьев, ухаживает за больной матерью и тащит на себе всю семью, работая везде, где толь…
Он умер, чтобы проснуться чудовищем.
Он воскрес, чтобы стать героем.
Семнадцатилетний Лейзал Хартер знает о жизни одно — это постоянная борьба. Он растит младших братьев, ухаживает за больной матерью и тащит на себе всю семью, работая везде, где толь…
На орбите Титана, в полном одиночестве, космонавт находит в своём скафандре тело точную, но состарившуюся копию самого себя.
Кто это: галлюцинация, призрак будущего или нечто, что проникло с поверхности спутника?...
На орбите Титана, в полном одиночестве, космонавт находит в своём скафандре тело точную, но состарившуюся копию самого себя.
Кто это: галлюцинация, призрак будущего или нечто, что проникло с поверхности спутника?...
«Три рассказа. Любовь, потеря, обещания. Письмо, звёзды, вокзал. Вы переживёте каждую историю.»
«Три рассказа. Любовь, потеря, обещания. Письмо, звёзды, вокзал. Вы переживёте каждую историю.»
Пропавших без вести на планете Земля слишком много. Или среди нас каждый второй маньяк или... Семен с планеты Земля оказывается в гуще галактической войны. Никакой магии. Война и смерть.
Пропавших без вести на планете Земля слишком много. Или среди нас каждый второй маньяк или... Семен с планеты Земля оказывается в гуще галактической войны. Никакой магии. Война и смерть.
Когда весь мир синхронизирован, выжить может только системная ошибка.
Спасительный пригород за разводным железнодорожным мостом, который Артём, Оксана и Макс видели сквозь свинцовый туман, оказался не убежищем, а новой передовой. Гнездо больше не про…
Когда весь мир синхронизирован, выжить может только системная ошибка.
Спасительный пригород за разводным железнодорожным мостом, который Артём, Оксана и Макс видели сквозь свинцовый туман, оказался не убежищем, а новой передовой. Гнездо больше не про…
«По дорогам Империи» – фантастический роман Катэр Вэй, первая книга цикла «Две тысячи лет от второго сотворения мира», жанр боевая фантастика, попаданцы.
Он, Котов Артемий, одиннадцатилетний сирота, уже однажды умудрился попасть в параллельный мир, г…
«По дорогам Империи» – фантастический роман Катэр Вэй, первая книга цикла «Две тысячи лет от второго сотворения мира», жанр боевая фантастика, попаданцы.
Он, Котов Артемий, одиннадцатилетний сирота, уже однажды умудрился попасть в параллельный мир, г…
«Меня зовут Ворн» – фантастический роман Катэр Вэй, вторая книга цикла «Две тысячи лет от второго сотворения мира», жанр боевая фантастика, попаданцы.
На плечи подростка упала не лёгкая ноша – изменить целый мир, а он об этом даже не подозревает и пр…
«Меня зовут Ворн» – фантастический роман Катэр Вэй, вторая книга цикла «Две тысячи лет от второго сотворения мира», жанр боевая фантастика, попаданцы.
На плечи подростка упала не лёгкая ноша – изменить целый мир, а он об этом даже не подозревает и пр…
Серьёзное ранение, инвалидная коляска, и доживать в одиночестве… Наши медики лишь развели руками – «извини, но ходить ты не сможешь».
А вот пришельцы посчитали иначе, и предложили контракт.
Меня поставят на ноги, а взамен я должен честно отслужить на…
Серьёзное ранение, инвалидная коляска, и доживать в одиночестве… Наши медики лишь развели руками – «извини, но ходить ты не сможешь».
А вот пришельцы посчитали иначе, и предложили контракт.
Меня поставят на ноги, а взамен я должен честно отслужить на…
Разных Читеров на Континенте хватает. Но все они, за единственным исключением, лишь пыль на его ботинках. Он тот, с кем сам неназываемый встречаться зарекся. Он тот, с кем отказывается играть рулетка. Он тот, кто не промахнется, даже если забудет руж…
Разных Читеров на Континенте хватает. Но все они, за единственным исключением, лишь пыль на его ботинках. Он тот, с кем сам неназываемый встречаться зарекся. Он тот, с кем отказывается играть рулетка. Он тот, кто не промахнется, даже если забудет руж…
Сказка-иллюзия.
Может ли робот пройти круг сансары?
Группа исследователей находит в мандире кувшин с прахом жреца и помещает его внутрь андроида.
История для тех, кто чувствует, что «это всё уже было».
Для тех, кто верит в реинкарнацию.
И тех, кто…
Сказка-иллюзия.
Может ли робот пройти круг сансары?
Группа исследователей находит в мандире кувшин с прахом жреца и помещает его внутрь андроида.
История для тех, кто чувствует, что «это всё уже было».
Для тех, кто верит в реинкарнацию.
И тех, кто…
Хуже потерянного экипажа может быть только одно — экипаж, который планета не хочет отдавать обратно. В штатном расписании экспедиции я числюсь как старший радиоинженер. Моя работа — слушать эфир. Когда многотонный вездеход с биологами бесследно раств…
Хуже потерянного экипажа может быть только одно — экипаж, который планета не хочет отдавать обратно. В штатном расписании экспедиции я числюсь как старший радиоинженер. Моя работа — слушать эфир. Когда многотонный вездеход с биологами бесследно раств…
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. …
Раньше мир существовал, пока я его описывал. Каждое дерево обретало форму, как только я называл его по имени. Я был писцом, удерживающим лес в реальности на кончике пера. Но что произойдет, если я перестану говорить? Исчезнет ли мир, схлопнется ли он…
Раньше мир существовал, пока я его описывал. Каждое дерево обретало форму, как только я называл его по имени. Я был писцом, удерживающим лес в реальности на кончике пера. Но что произойдет, если я перестану говорить? Исчезнет ли мир, схлопнется ли он…





















