фольклор
Шесть коротких рассказов, которые я услышала накануне Самайна от загадочной незнакомки. Ее звали Леди Марджерин, по крайней мере, она так представилась. В ту ночь она рассказала мне множество удивительных, необычных, мистических и даже пугающих истор…
Шесть коротких рассказов, которые я услышала накануне Самайна от загадочной незнакомки. Ее звали Леди Марджерин, по крайней мере, она так представилась. В ту ночь она рассказала мне множество удивительных, необычных, мистических и даже пугающих истор…
Во все времена книги были не только носителями знаний, но и хранителями тайн, способных изменить судьбы мира. Легенды о загадочных сочинениях, созданных высшими силами, мудрецами и магами, передаются из поколения в поколение и живут до сих пор.
Какие…
Во все времена книги были не только носителями знаний, но и хранителями тайн, способных изменить судьбы мира. Легенды о загадочных сочинениях, созданных высшими силами, мудрецами и магами, передаются из поколения в поколение и живут до сих пор.
Какие…
Эти рассказы собраны, чтобы почтить память моего отца Самсонова Игоря, великого рыбака родом из Забайкальского края, приехавшего на работу на БАМ в сложные климатические условия. От него я узнал множество рассказов о жизни и быте коренного аборигенно…
Эти рассказы собраны, чтобы почтить память моего отца Самсонова Игоря, великого рыбака родом из Забайкальского края, приехавшего на работу на БАМ в сложные климатические условия. От него я узнал множество рассказов о жизни и быте коренного аборигенно…
Сборник «Медвежьи игрища: третий день. Часть первая» посвящен комплексному изучению обрядового фольклора хантов, связанного с заключительным днем Медвежьего праздника центрального ритуала культа медведя казымских хантов. В книге публикуются тексты п…
Сборник «Медвежьи игрища: третий день. Часть первая» посвящен комплексному изучению обрядового фольклора хантов, связанного с заключительным днем Медвежьего праздника центрального ритуала культа медведя казымских хантов. В книге публикуются тексты п…
Современная действительность, несмотря на повсеместное постоянное развитие во всех областях, не предоставляет ответов на исконные вечные вопросы к мирозданию, как таковому. А вопросы эти просты, и они о бытийных данностях, с которыми каждый сталкивае…
Современная действительность, несмотря на повсеместное постоянное развитие во всех областях, не предоставляет ответов на исконные вечные вопросы к мирозданию, как таковому. А вопросы эти просты, и они о бытийных данностях, с которыми каждый сталкивае…
— ДУНЯ! — разнёсся по избе нянюшкин крик. — Сколько раз тебя просить заштопать валенки!?
Александра Фёдоровна (так звали добрую, но строгую нянюшку Дуни) не была злой женщиной, она просто разнервничалась, так как уже сочельник, а ещё ничего не …
— ДУНЯ! — разнёсся по избе нянюшкин крик. — Сколько раз тебя просить заштопать валенки!?
Александра Фёдоровна (так звали добрую, но строгую нянюшку Дуни) не была злой женщиной, она просто разнервничалась, так как уже сочельник, а ещё ничего не …
В новой книге Сергей Антонов, знакомый читателям МИФа по бестселлерам «Недурные слова» и «Нечистые слова», разбирает около трех десятков самых известных суеверий, которые часто встречаются и сегодня. Например, почему мы боимся черной кошки и чертовой…
В новой книге Сергей Антонов, знакомый читателям МИФа по бестселлерам «Недурные слова» и «Нечистые слова», разбирает около трех десятков самых известных суеверий, которые часто встречаются и сегодня. Например, почему мы боимся черной кошки и чертовой…
Где проходит граница между человеческой фантазией и пугающей реальностью дикой природы? На далекой, затерянной в тундре окраине цивилизации ночные разговоры у костра обретают особый, зловещий смысл.
«Сказ об Иркуйеме» — это атмосферное погружение в т…
Где проходит граница между человеческой фантазией и пугающей реальностью дикой природы? На далекой, затерянной в тундре окраине цивилизации ночные разговоры у костра обретают особый, зловещий смысл.
«Сказ об Иркуйеме» — это атмосферное погружение в т…
"Сказка долгого пути" — история о том, что самое важное в дороге — не пункт назначения, а то, чему ты научишься по дороге.
Обычный человек уходит из родного города не потому, что ему там плохо, а потому, что слышит тихий зов мира: Иди, посмотри, скол…
"Сказка долгого пути" — история о том, что самое важное в дороге — не пункт назначения, а то, чему ты научишься по дороге.
Обычный человек уходит из родного города не потому, что ему там плохо, а потому, что слышит тихий зов мира: Иди, посмотри, скол…
Бабушкины сказки обычно убаюкивают. Но что, если они предупреждают о том, что прячется в темноте?
Обычная кухня, ровный гул котла, запах сушеных трав и старый вязаный плед. Здесь всегда тепло и безопасно. По крайней мере, так кажется, пока баба Маша …
Бабушкины сказки обычно убаюкивают. Но что, если они предупреждают о том, что прячется в темноте?
Обычная кухня, ровный гул котла, запах сушеных трав и старый вязаный плед. Здесь всегда тепло и безопасно. По крайней мере, так кажется, пока баба Маша …
Мистические рассказы на заданные темы. Фольклор из разных стран: Кореи, Китая, Японии, России. Вы уверены, что знаете, кто следит за вами из темноты?
Мистические рассказы на заданные темы. Фольклор из разных стран: Кореи, Китая, Японии, России. Вы уверены, что знаете, кто следит за вами из темноты?
«В глухой горной деревне ходит легенда о Криклуне — существе, что зовёт по имени и питается чужой виной. Молодой учитель Марк не верит в сказки, пока не находит на кладбище старую куклу. Чтобы прогнать монстра, ему придётся вслух произнести самое бол…
«В глухой горной деревне ходит легенда о Криклуне — существе, что зовёт по имени и питается чужой виной. Молодой учитель Марк не верит в сказки, пока не находит на кладбище старую куклу. Чтобы прогнать монстра, ему придётся вслух произнести самое бол…
В глухой деревне Зарожье ходит легенда о Савве — вампире, который не пьёт кровь, а душит самой тишиной. Молодой Драган, едва избежавший его хватки, узнаёт страшную правду: Савва — не злодей, а проклятый мельник, потерявший голос в сделке с тьмой. Что…
В глухой деревне Зарожье ходит легенда о Савве — вампире, который не пьёт кровь, а душит самой тишиной. Молодой Драган, едва избежавший его хватки, узнаёт страшную правду: Савва — не злодей, а проклятый мельник, потерявший голос в сделке с тьмой. Что…
Устав от московской суеты и собственной незначимости, историк Николай Шульгин подписывает контракт на пять лет и уезжает учителем в глухую деревню Заветное. Он надеется найти покой и смысл, но вместо этого попадает в место, где граница между мирами и…
Устав от московской суеты и собственной незначимости, историк Николай Шульгин подписывает контракт на пять лет и уезжает учителем в глухую деревню Заветное. Он надеется найти покой и смысл, но вместо этого попадает в место, где граница между мирами и…
Есть поверье: нельзя смеяться над тем, кто икает. В русских деревнях это знали. Ещё они знали заговор — ты тоже его слышал: «Икота, икота, перейди на Федота. С Федота на Якова. С Якова на всякого». Никто не помнил, кто они. Никто не спрашивал, почему…
Есть поверье: нельзя смеяться над тем, кто икает. В русских деревнях это знали. Ещё они знали заговор — ты тоже его слышал: «Икота, икота, перейди на Федота. С Федота на Якова. С Якова на всякого». Никто не помнил, кто они. Никто не спрашивал, почему…
Есть поверье: нельзя смеяться над тем, кто икает. В русских деревнях это знали. Ещё они знали заговор — ты тоже его слышал: «Икота, икота, перейди на Федота. С Федота на Якова. С Якова на всякого». Никто не помнил, кто они. Никто не спрашивал, почему…
Есть поверье: нельзя смеяться над тем, кто икает. В русских деревнях это знали. Ещё они знали заговор — ты тоже его слышал: «Икота, икота, перейди на Федота. С Федота на Якова. С Якова на всякого». Никто не помнил, кто они. Никто не спрашивал, почему…
Сказки, которые не рассказывают перед сном.
Голоса Дарьи Блохиной, Александра Гаврилина и специально написанная музыка помогают почувствовать мир таким, каким его представляли наши предки. Здесь чудо соседствует с ужасом, магия – с народной мудростью…
Сказки, которые не рассказывают перед сном.
Голоса Дарьи Блохиной, Александра Гаврилина и специально написанная музыка помогают почувствовать мир таким, каким его представляли наши предки. Здесь чудо соседствует с ужасом, магия – с народной мудростью…
Ёнчжу — вдова, потерявшая всё, кроме сына и горстки риса. Чтобы спасти ребёнка от голода, она совершает ошибку, за которую в старых книгах нет прощения: сжигает шёлковый оберег мужа, не зная, что это была печать, сдерживающая гнев духа белой лисы — К…
Ёнчжу — вдова, потерявшая всё, кроме сына и горстки риса. Чтобы спасти ребёнка от голода, она совершает ошибку, за которую в старых книгах нет прощения: сжигает шёлковый оберег мужа, не зная, что это была печать, сдерживающая гнев духа белой лисы — К…
Город Гамельн задыхается от крыс. Появляется флейтист и обещает избавить город — за тысячу гульденов. Крысы исчезают. Но бургомистр и советники решают не платить.
Так начинается одна из самых известных легенд средневековой Германии.
Город Гамельн задыхается от крыс. Появляется флейтист и обещает избавить город — за тысячу гульденов. Крысы исчезают. Но бургомистр и советники решают не платить.
Так начинается одна из самых известных легенд средневековой Германии.
Ночью скрипнула половица, пропала вещь, а в старом доме будто кто-то есть. Домовой? Или сквозняк, усталость и память, оживившая семейную историю? Как сохранить уважение к переживанию, не принимая первое объяснение на веру?
«Хозяин за печкой» раскрыва…
Ночью скрипнула половица, пропала вещь, а в старом доме будто кто-то есть. Домовой? Или сквозняк, усталость и память, оживившая семейную историю? Как сохранить уважение к переживанию, не принимая первое объяснение на веру?
«Хозяин за печкой» раскрыва…





















