литература 20 века
«Пятеро» – одна из лучших русскоязычных книг 1930-х гг. – описывает историю еврейской семьи в Одессе накануне событий 1905 года.
Роман и рассказы, вошедшие в аудиокнигу, объединяет окутанная ностальгической дымкой любовь автора к родному городу, прив…
«Пятеро» – одна из лучших русскоязычных книг 1930-х гг. – описывает историю еврейской семьи в Одессе накануне событий 1905 года.
Роман и рассказы, вошедшие в аудиокнигу, объединяет окутанная ностальгической дымкой любовь автора к родному городу, прив…
До того как Борис Житков по настоянию своего друга Корнея Чуковского стал профессиональным писателем, он поменял множество профессий: был ихтиологом, штурманом парусного корабля, рабочим-металлистом, плотником, морским офицером и инженером-судостроит…
До того как Борис Житков по настоянию своего друга Корнея Чуковского стал профессиональным писателем, он поменял множество профессий: был ихтиологом, штурманом парусного корабля, рабочим-металлистом, плотником, морским офицером и инженером-судостроит…
Ужасно было вторжение этих дикарей из северных пустынь, когда во главе их войска мчался их рыжебородый владыка, когда разъяренные воины на неутомимых конях проносились по мирным долинам Мавераннагра и Хорезма, оставляя на дорогах тысячи изрубленных т…
Ужасно было вторжение этих дикарей из северных пустынь, когда во главе их войска мчался их рыжебородый владыка, когда разъяренные воины на неутомимых конях проносились по мирным долинам Мавераннагра и Хорезма, оставляя на дорогах тысячи изрубленных т…
Место действия романа – Киев. Время действия – зима 1918 года. Город занят немецкими войсками, у власти стоит гетман «всея Украины». Но со дня на день в город может войти армия Петлюры – бои идут уже рядом с городом. Волею судьбы семья Турбиных оказы…
Место действия романа – Киев. Время действия – зима 1918 года. Город занят немецкими войсками, у власти стоит гетман «всея Украины». Но со дня на день в город может войти армия Петлюры – бои идут уже рядом с городом. Волею судьбы семья Турбиных оказы…
полная версия«В городе Симбирском, вскорости после воли, жил генерал с генеральшею, а у них дочь, барышня пребольшой красоты, так что все на нее изумлялись. Были они господа небогатые и прислуги многой не держали, а нанимали только стряпку да парня за кучера и за…
«В городе Симбирском, вскорости после воли, жил генерал с генеральшею, а у них дочь, барышня пребольшой красоты, так что все на нее изумлялись. Были они господа небогатые и прислуги многой не держали, а нанимали только стряпку да парня за кучера и за…
полная версия«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый гла…
«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый гла…
полная версия«Народ французский освятил Вербное воскресенье нежным и красивым именем „Цветочной Пасхи“, – Paques-fleuries. Это – праздник первой весны. Церкви и дома благоухают цветами; всюду – букеты из маргариток, скромного лугового цветка, одноимённого, по-фра…
«Народ французский освятил Вербное воскресенье нежным и красивым именем „Цветочной Пасхи“, – Paques-fleuries. Это – праздник первой весны. Церкви и дома благоухают цветами; всюду – букеты из маргариток, скромного лугового цветка, одноимённого, по-фра…
полная версия«За окном моего чердака в нежных красках утренней зари прощально сверкает зеленоватая Венера.
Тихо. Старый, тесно набитый жильцами дом огородника Хлебникова мертво спит; это жалкий дом – серая развалина в два этажа, со множеством пристроек. Деловитый…
«За окном моего чердака в нежных красках утренней зари прощально сверкает зеленоватая Венера.
Тихо. Старый, тесно набитый жильцами дом огородника Хлебникова мертво спит; это жалкий дом – серая развалина в два этажа, со множеством пристроек. Деловитый…
полная версия«…Однажды счастье было так близко ко мне, что я едва не попал в его мягкие лапы.
Это случилось на прогулке; большая компания молодёжи собралась знойной летней ночью в лугах, за Волгой, у ловцов стерляди. Ели уху, приготовленную рыбаками, пили водку и…
«…Однажды счастье было так близко ко мне, что я едва не попал в его мягкие лапы.
Это случилось на прогулке; большая компания молодёжи собралась знойной летней ночью в лугах, за Волгой, у ловцов стерляди. Ели уху, приготовленную рыбаками, пили водку и…
полная версия«Насытясь вкусной духовной пищей у Шамова, – в воскресенье, вечером, я иду к Панашкину; у него тоже поучительно.
Панашкин торгует на балчуге старой рухлядью – обломками, обносками. Ему за пятьдесят лет, он болен чахоткой. Руки у него беспокойные, дли…
«Насытясь вкусной духовной пищей у Шамова, – в воскресенье, вечером, я иду к Панашкину; у него тоже поучительно.
Панашкин торгует на балчуге старой рухлядью – обломками, обносками. Ему за пятьдесят лет, он болен чахоткой. Руки у него беспокойные, дли…
полная версия«По субботам у Максима Ильича Шамова собираются лучшие люди города и разные «интересные парни», – я причислен к последним и поэтому тоже охотно допускаюсь на субботы Шамова.
Эти вечера для меня, как всенощная для верующего. Люди, которые служат ее, в…
«По субботам у Максима Ильича Шамова собираются лучшие люди города и разные «интересные парни», – я причислен к последним и поэтому тоже охотно допускаюсь на субботы Шамова.
Эти вечера для меня, как всенощная для верующего. Люди, которые служат ее, в…
полная версия«…Я шагаю не торопясь по мягкой серой дороге между высоких – по грудь мне – хлебов; дорога так узка, что колосья опачканы дегтем, спутаны, поломаны и лежат в колеях, раздавленные.
Шуршат мыши, качается и никнет к сухой земле тяжелый колос; в небе мел…
«…Я шагаю не торопясь по мягкой серой дороге между высоких – по грудь мне – хлебов; дорога так узка, что колосья опачканы дегтем, спутаны, поломаны и лежат в колеях, раздавленные.
Шуршат мыши, качается и никнет к сухой земле тяжелый колос; в небе мел…
полная версия«Осень, осень – свистит ветер с моря и бешено гонит на берег вспененные волны, – в белых гривах мелькают, точно змеи, черные ленты водорослей, и воздух насыщен влажной соленой пылью.
Сердито гудят прибрежные камни; сухой шорох деревьев тревожен, они …
«Осень, осень – свистит ветер с моря и бешено гонит на берег вспененные волны, – в белых гривах мелькают, точно змеи, черные ленты водорослей, и воздух насыщен влажной соленой пылью.
Сердито гудят прибрежные камни; сухой шорох деревьев тревожен, они …
полная версия«В горном ущелье, над маленькой речкой – притоком Сунжи – выстроили рабочий барак, – низенький и длинный, он напоминает крышку большого гроба.
Он ещё не докончен; десяток плотников возится около него, сшивая из тонкого тёса жиденькие двери, сколачива…
«В горном ущелье, над маленькой речкой – притоком Сунжи – выстроили рабочий барак, – низенький и длинный, он напоминает крышку большого гроба.
Он ещё не докончен; десяток плотников возится около него, сшивая из тонкого тёса жиденькие двери, сколачива…
полная версия«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
«У воробьев совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всем говорят, как в книжках написано, а молодежь – живет своим умом.
Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним налич…
полная версия«Антон Матвеевич Паморхов всю ночь не спал, чувствуя себя как-то особенно, по-новому плохо, – замирало сердце, от этого большое, дряблое тело, холодея, разваливалось, расплывалось по широкой постели, и хотя давняя ноющая боль в ногах исчезала в эти м…
«Антон Матвеевич Паморхов всю ночь не спал, чувствуя себя как-то особенно, по-новому плохо, – замирало сердце, от этого большое, дряблое тело, холодея, разваливалось, расплывалось по широкой постели, и хотя давняя ноющая боль в ногах исчезала в эти м…
полная версия«По субботам, когда на семи колокольнях города начинался благовест ко всенощной, – из-под горы звучным голосам колоколов отвечали угрюмым воем сиплые гудки фабрик, и несколько минут в воздухе плавали, борясь, два ряда звуков странно разных: одни – ла…
«По субботам, когда на семи колокольнях города начинался благовест ко всенощной, – из-под горы звучным голосам колоколов отвечали угрюмым воем сиплые гудки фабрик, и несколько минут в воздухе плавали, борясь, два ряда звуков странно разных: одни – ла…
Идея создания этого произведения возникла у Эмиля Брагинского и Эльдара Рязанова после того, как им рассказали историю о человеке, который после бани зашел к приятелям, где усердно и активно повеселился, после чего чистый и довольный заснул. У не сов…
Идея создания этого произведения возникла у Эмиля Брагинского и Эльдара Рязанова после того, как им рассказали историю о человеке, который после бани зашел к приятелям, где усердно и активно повеселился, после чего чистый и довольный заснул. У не сов…
В министерстве статистики работают молодая начальница Людмила Прокофьевна, которую за глаза все называют «Мымрой» и ее скромный подчиненный Анатолий Ефремович Новосельцев. Для того, чтобы продвинуться по службе Новосельцев начинает ухаживать за начал…
В министерстве статистики работают молодая начальница Людмила Прокофьевна, которую за глаза все называют «Мымрой» и ее скромный подчиненный Анатолий Ефремович Новосельцев. Для того, чтобы продвинуться по службе Новосельцев начинает ухаживать за начал…
"Ночь нежна" (1934) – лирическое, элегантное и реалистически сильное изображение жизни одной супружеской пары: врача-психиатра и его пациентки, ставшей его женой. Главный герой, доктор Дик Дайвер, талантливый, многообещающий и обаятельный, но слабый,…
"Ночь нежна" (1934) – лирическое, элегантное и реалистически сильное изображение жизни одной супружеской пары: врача-психиатра и его пациентки, ставшей его женой. Главный герой, доктор Дик Дайвер, талантливый, многообещающий и обаятельный, но слабый,…