литература 19 века
Из соседней светлой комнатки слышатся голоса трех ужинающих молодых людей. Они сидят в комнате около стола, на котором стоят остатки ужина и вина. Один, маленький, чистенький, худой и дурной, сидит и смотрит на отъезжающего добрыми, усталыми глазами.…
Из соседней светлой комнатки слышатся голоса трех ужинающих молодых людей. Они сидят в комнате около стола, на котором стоят остатки ужина и вина. Один, маленький, чистенький, худой и дурной, сидит и смотрит на отъезжающего добрыми, усталыми глазами.…
полная версия«Весной 184* года Борис Андреич Вязовнин, молодой человек лет двадцати шести, приехал в свое родовое поместье, лежащее в одной из губерний средней полосы России. Он только что вышел в отставку – «по домашним обстоятельствам» – и намеревался заняться …
«Весной 184* года Борис Андреич Вязовнин, молодой человек лет двадцати шести, приехал в свое родовое поместье, лежащее в одной из губерний средней полосы России. Он только что вышел в отставку – «по домашним обстоятельствам» – и намеревался заняться …
полная версия«Один корабль обошёл вокруг света и возвращался домой. Была тихая погода, весь народ был на палубе. Посреди народа вертелась большая обезьяна и забавляла всех. Обезьяна эта корчилась, прыгала, делала смешные рожи, передразнивала людей, и видно было –…
«Один корабль обошёл вокруг света и возвращался домой. Была тихая погода, весь народ был на палубе. Посреди народа вертелась большая обезьяна и забавляла всех. Обезьяна эта корчилась, прыгала, делала смешные рожи, передразнивала людей, и видно было –…
полная версия«Евгения Иртенева ожидала блестящая карьера. Все у него было для этого. Прекрасное домашнее воспитание, блестящее окончание курса на юридическом факультете Петербургского университета, связи по недавно умершему отцу с самым высшим обществом и даже на…
«Евгения Иртенева ожидала блестящая карьера. Все у него было для этого. Прекрасное домашнее воспитание, блестящее окончание курса на юридическом факультете Петербургского университета, связи по недавно умершему отцу с самым высшим обществом и даже на…
полная версия«Холодный, хмурый день поздней осени. Ревет ветер, срывает желтые листья, подымает пыль столбом… Свинцовые тучи заволакивают небо. По проселочной дороге плетется одинокая путница с небольшим узелком за плечами, – плетется она тихо, печально опустив г…
«Холодный, хмурый день поздней осени. Ревет ветер, срывает желтые листья, подымает пыль столбом… Свинцовые тучи заволакивают небо. По проселочной дороге плетется одинокая путница с небольшим узелком за плечами, – плетется она тихо, печально опустив г…
полная версия«Наступил вечер. Марья Ивановна зажгла небольшую голубую фарфоровую лампу и надела на нее розовый бумажный абажур. Приятный свет озарил низкую продолговатую комнату, убранную с некоторым щегольством…»
«Наступил вечер. Марья Ивановна зажгла небольшую голубую фарфоровую лампу и надела на нее розовый бумажный абажур. Приятный свет озарил низкую продолговатую комнату, убранную с некоторым щегольством…»
полная версия«В окрестностях Севастополя, в одной из котловин инкерманских высот, на берегу большой бухты, находился поселок по названию Сухая Балка. В этом поселке дома были невзрачные, и жили в нем все люди небогатые, по преимуществу, семьи матросов. Беднее дру…
«В окрестностях Севастополя, в одной из котловин инкерманских высот, на берегу большой бухты, находился поселок по названию Сухая Балка. В этом поселке дома были невзрачные, и жили в нем все люди небогатые, по преимуществу, семьи матросов. Беднее дру…
полная версия«Лет тридцать тому назад, на окраинах Петербурга люди жили гораздо проще, скромнее и даже веселее, чем теперь.
На Васильевском острове, в 15-ой линии, за Малым проспектом были выстроены только небольшие деревянные дома, большею частью одноэтажные, с …
«Лет тридцать тому назад, на окраинах Петербурга люди жили гораздо проще, скромнее и даже веселее, чем теперь.
На Васильевском острове, в 15-ой линии, за Малым проспектом были выстроены только небольшие деревянные дома, большею частью одноэтажные, с …
полная версия«Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с сво…
«Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с сво…
полная версия«– Скоро ли станция, ямщик?
– Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет.
Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит…
«– Скоро ли станция, ямщик?
– Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет.
Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит…
полная версия«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на «возгорок».
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на «возгорок».
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
полная версия«Когда я на почтовой тройке подъехал к перевозу, уже вечерело. Свежий, резкий ветер рябил поверхность широкой реки и плескал в обрывистый берег крутым прибоем. Заслышав еще издали почтовый колокольчик, перевозчики остановили „плашкот“ и дождались нас…
«Когда я на почтовой тройке подъехал к перевозу, уже вечерело. Свежий, резкий ветер рябил поверхность широкой реки и плескал в обрывистый берег крутым прибоем. Заслышав еще издали почтовый колокольчик, перевозчики остановили „плашкот“ и дождались нас…
полная версия«Этот сон видел бедный Макар, который загнал своих телят в далекие, угрюмые страны, – тот самый Макар, на которого, как известно, валятся все шишки.
Его родина – глухая слободка Чалган – затерялась в далекой якутской тайге. Отцы и деды Макара отвоева…
«Этот сон видел бедный Макар, который загнал своих телят в далекие, угрюмые страны, – тот самый Макар, на которого, как известно, валятся все шишки.
Его родина – глухая слободка Чалган – затерялась в далекой якутской тайге. Отцы и деды Макара отвоева…
С тех пор, как Аркадий Петрович оставил службу в министерстве и поселился в деревне, мужики его полюбили. Еще бы! Он крестил, венчал, давал советы. Все звали его «отцом». Казалось бы, всенародная любовь и почитание будут длиться вечно. Но нет. В один…
С тех пор, как Аркадий Петрович оставил службу в министерстве и поселился в деревне, мужики его полюбили. Еще бы! Он крестил, венчал, давал советы. Все звали его «отцом». Казалось бы, всенародная любовь и почитание будут длиться вечно. Но нет. В один…
Жюль Габриэль Верн (1828–1905) – французский географ и писатель, классик приключенческой литературы, один из основоположников жанра научной фантастики. По числу переводов на другие языки его книги уступают лишь произведениям Агаты Кристи.
Вам предлаг…
Жюль Габриэль Верн (1828–1905) – французский географ и писатель, классик приключенческой литературы, один из основоположников жанра научной фантастики. По числу переводов на другие языки его книги уступают лишь произведениям Агаты Кристи.
Вам предлаг…
«Любовь, как наука, – в ней надо экспериментировать», – советовал мудрец Стендаль. Но прежде, чем экспериментировать, надо знать. «Красное и чёрное» – учебник любви. Хотите постичь непостижимое – характер женщины? Читайте Стендаля. Хотите понять мужч…
«Любовь, как наука, – в ней надо экспериментировать», – советовал мудрец Стендаль. Но прежде, чем экспериментировать, надо знать. «Красное и чёрное» – учебник любви. Хотите постичь непостижимое – характер женщины? Читайте Стендаля. Хотите понять мужч…
Перу Брета Гарта принадлежат роман «Гэбриел Конрой», ряд повестей, оригинальные стихотворения, популярные в своё время литературные пародии (на Диккенса, Виктора Гюго и др.) и даже пьеса, написанная в соавторстве с Марком Твеном. Однако наибольшую по…
Перу Брета Гарта принадлежат роман «Гэбриел Конрой», ряд повестей, оригинальные стихотворения, популярные в своё время литературные пародии (на Диккенса, Виктора Гюго и др.) и даже пьеса, написанная в соавторстве с Марком Твеном. Однако наибольшую по…
