зарубежные любовные романы
полная версия«Когда мы дошли до террасы, которую мой отец построил незадолго до своей смерти и которая, извиваясь под окнами замка, отделяет дом от нового луга, маркиз де Сент-Алэ окинул местность презрительным взглядом.
– Что же вы сделали с садом? – спросил он,…
«Когда мы дошли до террасы, которую мой отец построил незадолго до своей смерти и которая, извиваясь под окнами замка, отделяет дом от нового луга, маркиз де Сент-Алэ окинул местность презрительным взглядом.
– Что же вы сделали с садом? – спросил он,…
полная версия«Сухой, оглушительный треск громового удара… Огненный зигзаг молнии прорезал тучу, отбрасывая мертвенный свет на воды Луары. Лошадь, запряженная в открытый экипаж, проезжавший по длинному мосту Блуа под ливнем дождя, в испуге взвилась на дыбы. Женски…
«Сухой, оглушительный треск громового удара… Огненный зигзаг молнии прорезал тучу, отбрасывая мертвенный свет на воды Луары. Лошадь, запряженная в открытый экипаж, проезжавший по длинному мосту Блуа под ливнем дождя, в испуге взвилась на дыбы. Женски…
полная версия«В безоблачный светлый мартовский день восемьдесят первого года, около трех часов дня, с одной из двадцати «самых хорошеньких женщин» тогдашнего Парижа, как говорят газеты, графиней Кандаль, случилось крайне неприятное и опасное, но вместе с тем и об…
«В безоблачный светлый мартовский день восемьдесят первого года, около трех часов дня, с одной из двадцати «самых хорошеньких женщин» тогдашнего Парижа, как говорят газеты, графиней Кандаль, случилось крайне неприятное и опасное, но вместе с тем и об…
«От земли поднялась прохлада, и внезапно тишина ночи нарушилась. С небосклона медленно прокатился глухой шум, скользнул по лесу, заглянул в чащу и замер в трепете юной листвы. Снова воцарилось великое молчание. В воздухе почувствовалось как бы желани…
«От земли поднялась прохлада, и внезапно тишина ночи нарушилась. С небосклона медленно прокатился глухой шум, скользнул по лесу, заглянул в чащу и замер в трепете юной листвы. Снова воцарилось великое молчание. В воздухе почувствовалось как бы желани…
«Играя золотым карандашиком, доктор сказал мне:
– Правильный образ жизни… режим…
Но это все не то – не в том болезнь. Болят нервы, болит мозг. Я ведь сам это отлично знаю, но все это не то, это что-то другое…»
«Играя золотым карандашиком, доктор сказал мне:
– Правильный образ жизни… режим…
Но это все не то – не в том болезнь. Болят нервы, болит мозг. Я ведь сам это отлично знаю, но все это не то, это что-то другое…»
полная версия«Среди мрачных, словно выжженных недавним пожаром, бесплодных окрестностей Иерусалима гора Елеонская, закрывавшая Иерусалим с востока, и долина Кедронская составляли благословенное исключение.
Пологий откос глубокой лощины, непосредственно примыкающи…
«Среди мрачных, словно выжженных недавним пожаром, бесплодных окрестностей Иерусалима гора Елеонская, закрывавшая Иерусалим с востока, и долина Кедронская составляли благословенное исключение.
Пологий откос глубокой лощины, непосредственно примыкающи…
«Берусь за свои „Мемуары“, побуждаемая не чувством голода, как это делают старая кокотка, генерал в отставке либо бывший министр империи; к числу подобных лиц я не принадлежу. Я всего лишь обыкновенная мебель. Не могу похвастаться своим происхождение…
«Берусь за свои „Мемуары“, побуждаемая не чувством голода, как это делают старая кокотка, генерал в отставке либо бывший министр империи; к числу подобных лиц я не принадлежу. Я всего лишь обыкновенная мебель. Не могу похвастаться своим происхождение…
полная версия«Он остановил коня и стал прислушиваться. Но конь его, горячей андалузской породы, тряс уздечкой и бил копытами о древесные пни, так что трудно было расслышать что-либо. Между тем лошадь другого всадника, походившая на мула, стояла неподвижно. Как ло…
«Он остановил коня и стал прислушиваться. Но конь его, горячей андалузской породы, тряс уздечкой и бил копытами о древесные пни, так что трудно было расслышать что-либо. Между тем лошадь другого всадника, походившая на мула, стояла неподвижно. Как ло…
«В середине сентября произошел удивительный случай, о котором потом несколько дней напролет говорил весь Мюнхен.
По вечерам в окрестностях академии и университета бывало оживленно. На одной из улиц, которые пересекаются здесь под прямыми углами, стоя…
«В середине сентября произошел удивительный случай, о котором потом несколько дней напролет говорил весь Мюнхен.
По вечерам в окрестностях академии и университета бывало оживленно. На одной из улиц, которые пересекаются здесь под прямыми углами, стоя…
«Сегодня, 14 сентября, в 3 часа пополудни, в теплую, серенькую и дождливую погоду я поступила на свое новое место. Это двенадцатое за два года. Не говорю уже о местах за прежние годы. Их и не сочтешь. Ах, и чего я только не видела за это время, какие…
«Сегодня, 14 сентября, в 3 часа пополудни, в теплую, серенькую и дождливую погоду я поступила на свое новое место. Это двенадцатое за два года. Не говорю уже о местах за прежние годы. Их и не сочтешь. Ах, и чего я только не видела за это время, какие…
В жизни Сиенны Блейк наступила черная полоса: с любимой работы пришлось уволиться из-за домогательств начальника, жених ушел к другой, подруга в последний момент отменила запланированную поездку. К счастью, ей на помощь приходит Ник Гринвиль, за пять…
В жизни Сиенны Блейк наступила черная полоса: с любимой работы пришлось уволиться из-за домогательств начальника, жених ушел к другой, подруга в последний момент отменила запланированную поездку. К счастью, ей на помощь приходит Ник Гринвиль, за пять…
Келси приезжает в дом одиноко живущего писателя, чтобы набирать текст его новой книги, которую тот сейчас пишет. Так решил его редактор. Сам же писатель встречает девушку весьма недружелюбно…
Келси приезжает в дом одиноко живущего писателя, чтобы набирать текст его новой книги, которую тот сейчас пишет. Так решил его редактор. Сам же писатель встречает девушку весьма недружелюбно…
Марта Джонс никогда в жизни не рисковала… До тех пор, пока не сбежала с собственной свадьбы и не познакомилась с таинственным красавцем – Карлосом Диабло. Всего одна встреча, всего одна ночь – и какие последствия!..
Марта Джонс никогда в жизни не рисковала… До тех пор, пока не сбежала с собственной свадьбы и не познакомилась с таинственным красавцем – Карлосом Диабло. Всего одна встреча, всего одна ночь – и какие последствия!..
В 1575 году в Венеции начинается эпидемия чумы. Тициан, заразившись от своего сына, умирает 27 августа 1576 года. Его нашли на полу мертвым с кистью в руке. Но, наша повесть не о художнике Тициане, а о художнике Пиппо – родном сыне Тициана, точнее о …
В 1575 году в Венеции начинается эпидемия чумы. Тициан, заразившись от своего сына, умирает 27 августа 1576 года. Его нашли на полу мертвым с кистью в руке. Но, наша повесть не о художнике Тициане, а о художнике Пиппо – родном сыне Тициана, точнее о …
Один мужчина и две любящие его женщины. Банальная интрига, разрастается в полную драматизма, поучительную историю. Великолепно построенный, с элементами эротики, сюжет превращается в роскошный психологический рассказ-исповедь героинь, сломленных всеп…
Один мужчина и две любящие его женщины. Банальная интрига, разрастается в полную драматизма, поучительную историю. Великолепно построенный, с элементами эротики, сюжет превращается в роскошный психологический рассказ-исповедь героинь, сломленных всеп…
«Грозовой Перевал» Эмили Бронте – не просто золотая классика мировой литературы, но роман, перевернувший в свое время представления о романтической прозе. Проходят годы и десятилетия, но история бурной, страстной, трагической любви Хитклифа и Кэти по…
«Грозовой Перевал» Эмили Бронте – не просто золотая классика мировой литературы, но роман, перевернувший в свое время представления о романтической прозе. Проходят годы и десятилетия, но история бурной, страстной, трагической любви Хитклифа и Кэти по…
Имя Анри де Ренье (1864–1936), пользующегося всемирной и заслуженной славой, недостаточно оценено у нас за неимением полного художественного перевода его произведений.
Тонкий мастер стиля, выразитель глубоких и острых человеческих чувств, в своих ром…
Имя Анри де Ренье (1864–1936), пользующегося всемирной и заслуженной славой, недостаточно оценено у нас за неимением полного художественного перевода его произведений.
Тонкий мастер стиля, выразитель глубоких и острых человеческих чувств, в своих ром…
Древняя Греция, Афины, V век до нашей эры. Суровый воин и искусный стратег Ио Конон, любимец Афин, полюбил дочь знатного афинянина, юную Эринну. Приближается свадьба, но вот только на красавца Конона давно уже положила глаз любвеобильная гетера Лаиса…
Древняя Греция, Афины, V век до нашей эры. Суровый воин и искусный стратег Ио Конон, любимец Афин, полюбил дочь знатного афинянина, юную Эринну. Приближается свадьба, но вот только на красавца Конона давно уже положила глаз любвеобильная гетера Лаиса…
По воле случая скромная секретарша Амалия оказалась в гондоле воздушного шара вместе с Рафаэлем Сандовалом, самым сексуальным холостяком Барселоны. Но чего она боится больше – головокружительной высоты или риска влюбиться в красавца плейбоя?
По воле случая скромная секретарша Амалия оказалась в гондоле воздушного шара вместе с Рафаэлем Сандовалом, самым сексуальным холостяком Барселоны. Но чего она боится больше – головокружительной высоты или риска влюбиться в красавца плейбоя?
Джен, веселая, работящая девушка, живет одна. Когда-то ее оставил любимый человек, и она так и не нашла своего счастья. И вот после двенадцати лет разлуки Джен снова встречает того, кто когда-то разбил ее сердце.
Джен, веселая, работящая девушка, живет одна. Когда-то ее оставил любимый человек, и она так и не нашла своего счастья. И вот после двенадцати лет разлуки Джен снова встречает того, кто когда-то разбил ее сердце.