ужасы
Это очень необычная книга! Ведь на ее страницах спрятаны настоящие магические заклинания, парочка монстров и целое море загадок! Злая книга ищет читателя, который готов пройти запутанный квест и стать обладателем Черного амулета. Этот артефакт надели…
Это очень необычная книга! Ведь на ее страницах спрятаны настоящие магические заклинания, парочка монстров и целое море загадок! Злая книга ищет читателя, который готов пройти запутанный квест и стать обладателем Черного амулета. Этот артефакт надели…
Что, если время — это не поток, а тюрьма?
Артур Уинслоу, ассистент блестящего астронома, считал, что его учитель сошёл с ума. После таинственного исчезновения профессора он находит его дневник — и понимает, что безумием здесь пахнет куда страшнее.
…
Что, если время — это не поток, а тюрьма?
Артур Уинслоу, ассистент блестящего астронома, считал, что его учитель сошёл с ума. После таинственного исчезновения профессора он находит его дневник — и понимает, что безумием здесь пахнет куда страшнее.
…
Что, если время — это не поток, а тюрьма?
Артур Уинслоу, ассистент блестящего астронома, считал, что его учитель сошёл с ума. После таинственного исчезновения профессора он находит его дневник — и понимает, что безумием здесь пахнет куда страшнее.
…
Что, если время — это не поток, а тюрьма?
Артур Уинслоу, ассистент блестящего астронома, считал, что его учитель сошёл с ума. После таинственного исчезновения профессора он находит его дневник — и понимает, что безумием здесь пахнет куда страшнее.
…
Тишина бывает громче крика. Забвение — больнее смерти.
Василиса с трудом обустраивает хрупкий мир в доме бабушки Матрёны. Её сила растёт, а вместе с ней привлекает и новых врагов. Но на сей раз Навь пришла не с рёвом, а с шёпотом. Древняя сущность, …
Тишина бывает громче крика. Забвение — больнее смерти.
Василиса с трудом обустраивает хрупкий мир в доме бабушки Матрёны. Её сила растёт, а вместе с ней привлекает и новых врагов. Но на сей раз Навь пришла не с рёвом, а с шёпотом. Древняя сущность, …
Затонувшая лодка. Один выживший. Неизвестно сколько месяцев на дне. Михаил уже привык к своей жизни здесь. Но что-то наконец меняется.
Затонувшая лодка. Один выживший. Неизвестно сколько месяцев на дне. Михаил уже привык к своей жизни здесь. Но что-то наконец меняется.
Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Что, если свет станет твоим единственным оружием? Город поглотила тьма, и из неё рождаются твари, превращающие людей в бездушные куклы с чёрными глазами. В этих улицах, коридорах и метро каждый шаг может стать последним. Каждый источник света — это н…
Что, если свет станет твоим единственным оружием? Город поглотила тьма, и из неё рождаются твари, превращающие людей в бездушные куклы с чёрными глазами. В этих улицах, коридорах и метро каждый шаг может стать последним. Каждый источник света — это н…
Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Сборник очерков, что ныряют в бездонные пропасти человеческого естества, где нет места для лживой лёгкости или приукрашенной скорби. Это мой крик, моя рана, мой путь – три акта жизни, что я прожил и выжег на бумаге: «закат» – падение в объятия мрака,…
Сборник очерков, что ныряют в бездонные пропасти человеческого естества, где нет места для лживой лёгкости или приукрашенной скорби. Это мой крик, моя рана, мой путь – три акта жизни, что я прожил и выжег на бумаге: «закат» – падение в объятия мрака,…
Если повернуть в метель не на ту дорогу и оказаться на старом заброшенном кладбище, может случиться самое страшное... Пьеса в одном действии для камерной постановки в театре.
Если повернуть в метель не на ту дорогу и оказаться на старом заброшенном кладбище, может случиться самое страшное... Пьеса в одном действии для камерной постановки в театре.
Пьеса в одном действии для постановки на камерной сцене театра. Новогодняя страшная сказка о том, какую цену готовы заплатить герои ради исполнения всех своих желаний.
Пьеса в одном действии для постановки на камерной сцене театра. Новогодняя страшная сказка о том, какую цену готовы заплатить герои ради исполнения всех своих желаний.
Дом бережно хранит свои тайны. Днём стирает следы, ночью возвращает голоса, а время в этих стенах идёт не вперёд, а по кругу. Каждая мелочь — открытая банка, шорох за занавеской, щелчок в глубине коридора — будто проверяет, готов ли ты принять чужую …
Дом бережно хранит свои тайны. Днём стирает следы, ночью возвращает голоса, а время в этих стенах идёт не вперёд, а по кругу. Каждая мелочь — открытая банка, шорох за занавеской, щелчок в глубине коридора — будто проверяет, готов ли ты принять чужую …
Все равно тебе водить
Разве, отправляясь в поход, одноклассники могли предположить, что заблудятся в непроглядном лесу и останутся ночевать в маленькой охотничьей хижине, а безобидные страшилки, которые они будут рассказывать, вдруг станут реальность…
Все равно тебе водить
Разве, отправляясь в поход, одноклассники могли предположить, что заблудятся в непроглядном лесу и останутся ночевать в маленькой охотничьей хижине, а безобидные страшилки, которые они будут рассказывать, вдруг станут реальность…
Он видит то, чего не видят другие. Луна падает. Ему не верят, и считают безумцем.
В финале ему предстоит сделать единственный выбор — смириться с безумием мира или принять свое собственное.
Философский роман-притча, который заставит задуматься: чт…
Он видит то, чего не видят другие. Луна падает. Ему не верят, и считают безумцем.
В финале ему предстоит сделать единственный выбор — смириться с безумием мира или принять свое собственное.
Философский роман-притча, который заставит задуматься: чт…
[INFO] integration confirmed
Он был винтиком в системе. Пока не начал искать правду.
Алексей — всего лишь тестировщик в крупной IT-компании. Но когда трагедия выводит его на след странной аномалии в корпоративном коде, он понимает: за удобным интер…
[INFO] integration confirmed
Он был винтиком в системе. Пока не начал искать правду.
Алексей — всего лишь тестировщик в крупной IT-компании. Но когда трагедия выводит его на след странной аномалии в корпоративном коде, он понимает: за удобным интер…
[INFO] integration confirmed
Он был винтиком в системе. Пока не начал искать правду.
Алексей — всего лишь тестировщик в крупной IT-компании. Но когда трагедия выводит его на след странной аномалии в корпоративном коде, он понимает: за удобным интер…
[INFO] integration confirmed
Он был винтиком в системе. Пока не начал искать правду.
Алексей — всего лишь тестировщик в крупной IT-компании. Но когда трагедия выводит его на след странной аномалии в корпоративном коде, он понимает: за удобным интер…
В мире начал распространяться страшный вирус. Его происхождение держат в полном секрете, однако вскоре, каждый житель планеты осознает всю опасность.
Казалось, это отличный план – прийти на день рождение к другу, когда вокруг происходят нападения не…
В мире начал распространяться страшный вирус. Его происхождение держат в полном секрете, однако вскоре, каждый житель планеты осознает всю опасность.
Казалось, это отличный план – прийти на день рождение к другу, когда вокруг происходят нападения не…
«Мы — урожай, который выращивает сам себя».
Доктор Елена Вос, агент Фонда, всегда боролась с аномалиями. Но Грибар — не объект сдерживания. Это фундаментальный сдвиг реальности, где человеческое сознание — лишь болезнь. Отчаяние — его пища, индивид…
«Мы — урожай, который выращивает сам себя».
Доктор Елена Вос, агент Фонда, всегда боролась с аномалиями. Но Грибар — не объект сдерживания. Это фундаментальный сдвиг реальности, где человеческое сознание — лишь болезнь. Отчаяние — его пища, индивид…
Видения, странные сны и воспоминания — всё это мучает Егора много лет. В переломный момент друзья узнают об этом и твёрдо решают помочь ему разобраться. Накануне Нового года они едут в путешествие, которое меняет и ломает их судьбы. Друзьям придётся …
Видения, странные сны и воспоминания — всё это мучает Егора много лет. В переломный момент друзья узнают об этом и твёрдо решают помочь ему разобраться. Накануне Нового года они едут в путешествие, которое меняет и ломает их судьбы. Друзьям придётся …
Максим во время дежурства выехал на труп, который нашли в лесополосе. Им оказался бывший житель деревни Фёдор Рябушкин. Его друг Димка Филиппов сразу заподозрил неладное. Как только появляется очередной жмурик, так он обязательно связан с предыдущим …
Максим во время дежурства выехал на труп, который нашли в лесополосе. Им оказался бывший житель деревни Фёдор Рябушкин. Его друг Димка Филиппов сразу заподозрил неладное. Как только появляется очередной жмурик, так он обязательно связан с предыдущим …





















