ужасы
Томление, цветение сакуры, горячие ночи, карнавалы в Императорском дворце, заседания гильдии поэтов императора – знакомьтесь – это мир Дамы Ласточкин Ветер. Дама Ласточкин Ветер была придворной поэтессой императорского двора. Роскошь, нега, почитание…
Томление, цветение сакуры, горячие ночи, карнавалы в Императорском дворце, заседания гильдии поэтов императора – знакомьтесь – это мир Дамы Ласточкин Ветер. Дама Ласточкин Ветер была придворной поэтессой императорского двора. Роскошь, нега, почитание…
Лифт приезжает ровно за секунду до того, как вы нажмёте кнопку. Автобус отправляется на платформу, которой не существует. Посылка приходит с вашим именем в графе «отправитель».
Обычные вещи, которые нас окружают, кажутся нам надёжными. Но что, если о…
Лифт приезжает ровно за секунду до того, как вы нажмёте кнопку. Автобус отправляется на платформу, которой не существует. Посылка приходит с вашим именем в графе «отправитель».
Обычные вещи, которые нас окружают, кажутся нам надёжными. Но что, если о…
Мы с мужем купили эту квартиру как временную — дёшево, в тихом районе. Нам казалось, что это удача. А потом пропал кот.
Сначала я не придала значения тихому скрежету по ночам. Но на полу стали появляться полоски грязи, а на ручке кладовки — глубокие …
Мы с мужем купили эту квартиру как временную — дёшево, в тихом районе. Нам казалось, что это удача. А потом пропал кот.
Сначала я не придала значения тихому скрежету по ночам. Но на полу стали появляться полоски грязи, а на ручке кладовки — глубокие …
Марина купила старый приёмник на блошином рынке почти даром. Тяжёлый, старомодный, с треснувшим циферблатом — она думала, это просто милый винтаж.
Но когда она включила его ночью, вместо музыки из динамика донёсся шёпот. А потом голос назвал её по им…
Марина купила старый приёмник на блошином рынке почти даром. Тяжёлый, старомодный, с треснувшим циферблатом — она думала, это просто милый винтаж.
Но когда она включила его ночью, вместо музыки из динамика донёсся шёпот. А потом голос назвал её по им…
Особняк Кузнецова в Долгопрудном. Старое здание с чугунной лестницей, облезлыми стенами и мёртвыми комнатами. Охранник работает там в одиночку. Всё спокойно, пока ночью он не слышит шаги. Шаги идут по коридору и останавливаются прямо за его дверью. А…
Особняк Кузнецова в Долгопрудном. Старое здание с чугунной лестницей, облезлыми стенами и мёртвыми комнатами. Охранник работает там в одиночку. Всё спокойно, пока ночью он не слышит шаги. Шаги идут по коридору и останавливаются прямо за его дверью. А…
Артём работал водителем в службе премиальных перевозок. Он знал город как свои пять пальцев — до тех пор, пока не принял странный заказ. Точка Б была неизвестна, маршрут должен был построиться в пути.
Пассажир сел на заднее сиденье. Он был в тёмном п…
Артём работал водителем в службе премиальных перевозок. Он знал город как свои пять пальцев — до тех пор, пока не принял странный заказ. Точка Б была неизвестна, маршрут должен был построиться в пути.
Пассажир сел на заднее сиденье. Он был в тёмном п…
Томас с детства мечтал стать священником. Он верил, что свет можно нести даже туда, где люди давно привыкли жить во тьме. Но когда его младшую сестру Энни убил демон, вера Томаса перестала быть тихой молитвой и превратилась в оружие.
Годы спустя он с…
Томас с детства мечтал стать священником. Он верил, что свет можно нести даже туда, где люди давно привыкли жить во тьме. Но когда его младшую сестру Энни убил демон, вера Томаса перестала быть тихой молитвой и превратилась в оружие.
Годы спустя он с…
Новый эротический рассказ Жоржа Кора, в котором ревность, измена, мистическое наваждение и потайные фантазии превращаются в опасную игру.
Она — красивая и успешная женщина-психолог, привыкшая говорить о честности, желаниях и внутренних границах. Он —…
Новый эротический рассказ Жоржа Кора, в котором ревность, измена, мистическое наваждение и потайные фантазии превращаются в опасную игру.
Она — красивая и успешная женщина-психолог, привыкшая говорить о честности, желаниях и внутренних границах. Он —…
Томас с детства мечтал стать священником. Он верил, что свет можно нести даже туда, где люди давно привыкли жить во тьме. Но когда его младшую сестру Энни убил демон, вера Томаса перестала быть тихой молитвой и превратилась в оружие.
Годы спустя он с…
Томас с детства мечтал стать священником. Он верил, что свет можно нести даже туда, где люди давно привыкли жить во тьме. Но когда его младшую сестру Энни убил демон, вера Томаса перестала быть тихой молитвой и превратилась в оружие.
Годы спустя он с…
У путешествующей по бескрайним дорогам России пары заканчивается бензин, а заправиться негде. Они вынужденно останавливаются в первом попавшемся селе.
У путешествующей по бескрайним дорогам России пары заканчивается бензин, а заправиться негде. Они вынужденно останавливаются в первом попавшемся селе.
Эта книга является продолжением истории молодой ведьмы Анастасии Калиновской. Анастасия продолжает обучаться магии у своей наставницы Елены Кало, которая живёт в знаменитом городе ведьм Громаде. Появляется больше подробностей о самом городе и его гла…
Эта книга является продолжением истории молодой ведьмы Анастасии Калиновской. Анастасия продолжает обучаться магии у своей наставницы Елены Кало, которая живёт в знаменитом городе ведьм Громаде. Появляется больше подробностей о самом городе и его гла…
Данное произведение является предысторией к "Погружение в космический кошмар", в котором объяснены многие вещи. Автор вновь представляет вашему вниманию заглянуть чуточку внутрь себя, ведь никогда ничего не происходит что-то просто так.
Данное произведение является предысторией к "Погружение в космический кошмар", в котором объяснены многие вещи. Автор вновь представляет вашему вниманию заглянуть чуточку внутрь себя, ведь никогда ничего не происходит что-то просто так.
Два месяца в отрыве от цивилизации, суровый климат и зарплата, способная покрыть все долги. Дмитрий едет на вахту посреди глухой тайги. Но в первую же неделю он замечает странности: строгие правила распорядка дня, запреты на ночные вылазки из домов, …
Два месяца в отрыве от цивилизации, суровый климат и зарплата, способная покрыть все долги. Дмитрий едет на вахту посреди глухой тайги. Но в первую же неделю он замечает странности: строгие правила распорядка дня, запреты на ночные вылазки из домов, …
Дом стоял на отшибе, прячась за высокой оградой и кронами старых лип. Его купили дёшево — потому что никто не хотел в нём жить. Говорили, что в нём «неспокойно», что прежние хозяева уехали посреди ночи, бросив всё.
Лена не верила в эти истории. Она у…
Дом стоял на отшибе, прячась за высокой оградой и кронами старых лип. Его купили дёшево — потому что никто не хотел в нём жить. Говорили, что в нём «неспокойно», что прежние хозяева уехали посреди ночи, бросив всё.
Лена не верила в эти истории. Она у…
Два месяца в отрыве от цивилизации, суровый климат и зарплата, способная покрыть все долги. Дмитрий едет на вахту посреди глухой тайги. Но в первую же неделю он замечает странности: строгие правила распорядка дня, запреты на ночные вылазки из домов, …
Два месяца в отрыве от цивилизации, суровый климат и зарплата, способная покрыть все долги. Дмитрий едет на вахту посреди глухой тайги. Но в первую же неделю он замечает странности: строгие правила распорядка дня, запреты на ночные вылазки из домов, …
Марина купила старый приёмник на блошином рынке почти даром. Тяжёлый, старомодный, с треснувшим циферблатом — она думала, это просто милый винтаж.
Но когда она включила его ночью, вместо музыки из динамика донёсся шёпот. А потом голос назвал её по им…
Марина купила старый приёмник на блошином рынке почти даром. Тяжёлый, старомодный, с треснувшим циферблатом — она думала, это просто милый винтаж.
Но когда она включила его ночью, вместо музыки из динамика донёсся шёпот. А потом голос назвал её по им…
Слёзы уже не текли, они образовали внутри неё холодный, окаменевший комок. Ей предстояло пережить эту потерю, пережить эту боль. Но в глубине души, несмотря на всю обиду, теплилась слабая надежда, что однажды Марк поймёт, кем на самом деле был Платон…
Слёзы уже не текли, они образовали внутри неё холодный, окаменевший комок. Ей предстояло пережить эту потерю, пережить эту боль. Но в глубине души, несмотря на всю обиду, теплилась слабая надежда, что однажды Марк поймёт, кем на самом деле был Платон…
Много ходит легенд о Фавнах, мистических обитателей мрачных лесов. Говорят, что лучше не встречаться с ними, а если и довелось нечаянно столкнуться, то лучше пройти мимо, сделав вид, что не заметили. Их, кстати, очень легко спутать с деревом... Но ес…
Много ходит легенд о Фавнах, мистических обитателей мрачных лесов. Говорят, что лучше не встречаться с ними, а если и довелось нечаянно столкнуться, то лучше пройти мимо, сделав вид, что не заметили. Их, кстати, очень легко спутать с деревом... Но ес…
Дом стоял на отшибе, прячась за высокой оградой и кронами старых лип. Его купили дёшево — потому что никто не хотел в нём жить. Говорили, что в нём «неспокойно», что прежние хозяева уехали посреди ночи, бросив всё.
Лена не верила в эти истории. Она у…
Дом стоял на отшибе, прячась за высокой оградой и кронами старых лип. Его купили дёшево — потому что никто не хотел в нём жить. Говорили, что в нём «неспокойно», что прежние хозяева уехали посреди ночи, бросив всё.
Лена не верила в эти истории. Она у…
Клонирование, застилающая небо туча саранчи, постапокалиптическая Москва, гражданская война, Ленин и дети, бессмысленность и тлен. Вот что вы найдёте в этом сборнике рассказов. Условно эти истории можно отнести к ужасам, фантастике и мистике. Но есть…
Клонирование, застилающая небо туча саранчи, постапокалиптическая Москва, гражданская война, Ленин и дети, бессмысленность и тлен. Вот что вы найдёте в этом сборнике рассказов. Условно эти истории можно отнести к ужасам, фантастике и мистике. Но есть…