юмористическая проза
Кто такой Гуляш? А как он оказался на море? Одни вопросы, на которые вы узнаете ответы с первой страницы. Книга о дружбе, о ценностях, о любви к родному краю. И если вы заскучаете, к вам непременно прилетят Гуляш с Чернилкой. Заинтригованы? Тогда чит…
Кто такой Гуляш? А как он оказался на море? Одни вопросы, на которые вы узнаете ответы с первой страницы. Книга о дружбе, о ценностях, о любви к родному краю. И если вы заскучаете, к вам непременно прилетят Гуляш с Чернилкой. Заинтригованы? Тогда чит…
Ночь. Тишина. Все нормальные люди в это время спят. Все — кроме меня… и Зелёного. Кто бы мог подумать, что обычная «копейка», мобильный телефон и телепорт способны довести инопланетянина до паники, а меня — до нервного смеха? Зелёный впервые знакомит…
Ночь. Тишина. Все нормальные люди в это время спят. Все — кроме меня… и Зелёного. Кто бы мог подумать, что обычная «копейка», мобильный телефон и телепорт способны довести инопланетянина до паники, а меня — до нервного смеха? Зелёный впервые знакомит…
В Запрудске вскрывают пионерскую капсулу раньше срока. Программист Сергей, оцифровывая найденную магнитофонную ленту с пионерской клятвой, пробуждает древнюю силу. Он становится Пионерычем человеком, который не может лгать, а его речь, смесь советск…
В Запрудске вскрывают пионерскую капсулу раньше срока. Программист Сергей, оцифровывая найденную магнитофонную ленту с пионерской клятвой, пробуждает древнюю силу. Он становится Пионерычем человеком, который не может лгать, а его речь, смесь советск…
Ночь. Тишина. Все нормальные люди в это время спят. Все — кроме меня… и Зелёного. Кто бы мог подумать, что обычная «копейка», мобильный телефон и телепорт способны довести инопланетянина до паники, а меня — до нервного смеха? Зелёный впервые знакомит…
Ночь. Тишина. Все нормальные люди в это время спят. Все — кроме меня… и Зелёного. Кто бы мог подумать, что обычная «копейка», мобильный телефон и телепорт способны довести инопланетянина до паники, а меня — до нервного смеха? Зелёный впервые знакомит…
Многое повидавший в жизни дядюшка делится веселыми воспоминаньями о своих соседях и друзьях молодости.
Многое повидавший в жизни дядюшка делится веселыми воспоминаньями о своих соседях и друзьях молодости.
Двое друзей из Москвы попадают в мир, где всё наоборот: женщины правят, мужчины слушаются, а бабушка — верховный арбитр жизни и любви. Павел уже понял, что счастье — под рогатой крышей и внимательным взглядом тёщи. А Александр ещё борется — с системо…
Двое друзей из Москвы попадают в мир, где всё наоборот: женщины правят, мужчины слушаются, а бабушка — верховный арбитр жизни и любви. Павел уже понял, что счастье — под рогатой крышей и внимательным взглядом тёщи. А Александр ещё борется — с системо…
Здесь собраны истории о разных людях, с которыми довелось встречаться, событиях, в которых принимал участие, и времени, в котором повезло жить.
Они не объединены общей темой - это просто кусочки автобиографии в рассказах, написанных в период 2003-20…
Здесь собраны истории о разных людях, с которыми довелось встречаться, событиях, в которых принимал участие, и времени, в котором повезло жить.
Они не объединены общей темой - это просто кусочки автобиографии в рассказах, написанных в период 2003-20…
– Я девушка кавказская, порядочная. И ты свои лапы держи при себе, понял?
– Ла-адно, – он кивнул коротко стриженой головой. – Хочешь по-кавказски, будет тебе по-кавказски.
– Что будет? – я распахнула глаза.
– Жениться будем, Каринэ. На Кавказе ведь м…
– Я девушка кавказская, порядочная. И ты свои лапы держи при себе, понял?
– Ла-адно, – он кивнул коротко стриженой головой. – Хочешь по-кавказски, будет тебе по-кавказски.
– Что будет? – я распахнула глаза.
– Жениться будем, Каринэ. На Кавказе ведь м…
(English) 20-year-old Isak arrives in the city of Chelyabinsk and meets Kisa's grandson, Matvey Vorobyanin, whose dying mother-in-law reveals the secret key to her bank vault, which she sewed into one of the 12 chairs, as in Ilf and Petrov's novel.
(English) 20-year-old Isak arrives in the city of Chelyabinsk and meets Kisa's grandson, Matvey Vorobyanin, whose dying mother-in-law reveals the secret key to her bank vault, which she sewed into one of the 12 chairs, as in Ilf and Petrov's novel.
Присаживайся, дорогой!
Возьми стакан виски или кружку пива, устраивайся поудобнее и забудь про навязанные правила. Эта книга — откровенный разговор о жизни, любви, женщин, сексе и оргазмах, деньгах и карьере, дружбе и предательстве. Без цензуры и сте…
Присаживайся, дорогой!
Возьми стакан виски или кружку пива, устраивайся поудобнее и забудь про навязанные правила. Эта книга — откровенный разговор о жизни, любви, женщин, сексе и оргазмах, деньгах и карьере, дружбе и предательстве. Без цензуры и сте…
Этой страны больше нет на карте. Есть город, есть район этого города. Сохранился даже дом среди изменившегося до неузнаваемости ландшафта.
А страны – нет. Она исчезла, как Атлантида, и лишь волны памяти выносят иногда на берег случайные осколки того…
Этой страны больше нет на карте. Есть город, есть район этого города. Сохранился даже дом среди изменившегося до неузнаваемости ландшафта.
А страны – нет. Она исчезла, как Атлантида, и лишь волны памяти выносят иногда на берег случайные осколки того…
«Приключения кота Дыма» — это городская притча о том, как в бетонных дворах всё ещё живёт доброта. Серый кот по имени Дым — не волшебник и не герой, а уличный философ, который умеет видеть в людях то, что они сами про себя забыли. Он не говорит — про…
«Приключения кота Дыма» — это городская притча о том, как в бетонных дворах всё ещё живёт доброта. Серый кот по имени Дым — не волшебник и не герой, а уличный философ, который умеет видеть в людях то, что они сами про себя забыли. Он не говорит — про…
Очень смешные истории, которые автор подсмотрел, подслушал, не нарушая норм отечественного законодательства, и с легкостью переложил в формат незлобных юмористических рассказов!
Очень смешные истории, которые автор подсмотрел, подслушал, не нарушая норм отечественного законодательства, и с легкостью переложил в формат незлобных юмористических рассказов!
"Хейтер" - это рассказ о феномене в информационном пространстве, который показывает, какие искомые причины хейта и как он устроен. На примере творчества самого автора будут даны ответы на данные вопросы.
"Хейтер" - это рассказ о феномене в информационном пространстве, который показывает, какие искомые причины хейта и как он устроен. На примере творчества самого автора будут даны ответы на данные вопросы.
Давно ли это было, недавно ли, никто уж и не помнит. Быль это или небыль, тем более, неизвестно никому. Да и ладно. Наше дело - сказку рассказать, а уж верить ей или нет - сами решайте. Поверите - хорошо, не поверите - и на том спасибо. Ваши деньги -…
Давно ли это было, недавно ли, никто уж и не помнит. Быль это или небыль, тем более, неизвестно никому. Да и ладно. Наше дело - сказку рассказать, а уж верить ей или нет - сами решайте. Поверите - хорошо, не поверите - и на том спасибо. Ваши деньги -…
Искусственный интеллект с успехом завоевывает умы и сердца по всему миру. Наконец он добрался до села Колючики и его обитателей. Кто-то быстро сообразил, как можно использовать ИИ с пользой для себя. Лариса Николаевна к открывшимся возможностям привы…
Искусственный интеллект с успехом завоевывает умы и сердца по всему миру. Наконец он добрался до села Колючики и его обитателей. Кто-то быстро сообразил, как можно использовать ИИ с пользой для себя. Лариса Николаевна к открывшимся возможностям привы…
"Милая старина" - цикл рассказов, наполненных мягкой иронией, сценок из безвозвратно ушедшего прошлого, вызывающих добрую улыбку
"Милая старина" - цикл рассказов, наполненных мягкой иронией, сценок из безвозвратно ушедшего прошлого, вызывающих добрую улыбку
Юмористические рассказы про отца, его сына и двух дочерей, взятые из жизни, которые заставляют задуматься.
Юмористические рассказы про отца, его сына и двух дочерей, взятые из жизни, которые заставляют задуматься.
Юмористические рассказы про отца, его сына и двух дочерей, взятые из жизни, которые заставляют задуматься.
Юмористические рассказы про отца, его сына и двух дочерей, взятые из жизни, которые заставляют задуматься.
Этой страны больше нет на карте. Есть город, есть район этого города. Сохранился даже дом среди изменившегося до неузнаваемости ландшафта.
А страны – нет. Она исчезла, как Атлантида, и лишь волны памяти выносят иногда на берег случайные осколки того…
Этой страны больше нет на карте. Есть город, есть район этого города. Сохранился даже дом среди изменившегося до неузнаваемости ландшафта.
А страны – нет. Она исчезла, как Атлантида, и лишь волны памяти выносят иногда на берег случайные осколки того…