триллеры
Он — уставший от рутины сельский опер, который потерял веру в справедливость. Она — воительница, живущая уже больше века, хранящая древнюю тайну. Их обжигающая встреча и вспыхнувшая страсть разбудят то, что веками спало в его крови. Им предстоит спас…
Он — уставший от рутины сельский опер, который потерял веру в справедливость. Она — воительница, живущая уже больше века, хранящая древнюю тайну. Их обжигающая встреча и вспыхнувшая страсть разбудят то, что веками спало в его крови. Им предстоит спас…
Она оказалась за решёткой. Он — по другую сторону её новой жизни.
Между ними слишком много тайн, боли и запретов. Но что произойдёт, когда ненависть начнёт превращаться в нечто большее?
Она думала, что это конец её истории. Но всё только начинается.
Она оказалась за решёткой. Он — по другую сторону её новой жизни.
Между ними слишком много тайн, боли и запретов. Но что произойдёт, когда ненависть начнёт превращаться в нечто большее?
Она думала, что это конец её истории. Но всё только начинается.
Она оказалась за решёткой. Он — по другую сторону её новой жизни.
Между ними слишком много тайн, боли и запретов. Но что произойдёт, когда ненависть начнёт превращаться в нечто большее?
Она думала, что это конец её истории. Но всё только начинается.
Она оказалась за решёткой. Он — по другую сторону её новой жизни.
Между ними слишком много тайн, боли и запретов. Но что произойдёт, когда ненависть начнёт превращаться в нечто большее?
Она думала, что это конец её истории. Но всё только начинается.
Есть мужчина. И есть его женщины. Он обманывает, ломает, использует — и таких девушек было немало.
Продолжение цикла, вдохновлённого реальными судьбами. Новые истории, о которых автору рассказали сами жертвы. Разные города — но в центре каждой он. И …
Есть мужчина. И есть его женщины. Он обманывает, ломает, использует — и таких девушек было немало.
Продолжение цикла, вдохновлённого реальными судьбами. Новые истории, о которых автору рассказали сами жертвы. Разные города — но в центре каждой он. И …
Внимание: Публикуется в режиме Черновика. Пролог находится в процессе написания.
Это история, которая могла случиться только в смутное время начала 90-х. Хроника одного из самых громких экологических расследований в Карелии, которое потрясло всю респ…
Внимание: Публикуется в режиме Черновика. Пролог находится в процессе написания.
Это история, которая могла случиться только в смутное время начала 90-х. Хроника одного из самых громких экологических расследований в Карелии, которое потрясло всю респ…
Вера знает: знакомый голос — ещё не доказательство того, кто говорит.
Когда её мать теряет деньги после звонка голосом дочери, Вера начинает собственное расследование. На записи — её тембр, но фразы собраны из настоящих слов, когда-то сказанных совсе…
Вера знает: знакомый голос — ещё не доказательство того, кто говорит.
Когда её мать теряет деньги после звонка голосом дочери, Вера начинает собственное расследование. На записи — её тембр, но фразы собраны из настоящих слов, когда-то сказанных совсе…
Представьте: вы платите за услугу, но не можете проверить, оказывают ли её на самом деле. Договор — как лабиринт из расплывчатых формулировок. На любой вопрос — вежливые отговорки. И кажется, что единственный способ что-то изменить — устроить скандал…
Представьте: вы платите за услугу, но не можете проверить, оказывают ли её на самом деле. Договор — как лабиринт из расплывчатых формулировок. На любой вопрос — вежливые отговорки. И кажется, что единственный способ что-то изменить — устроить скандал…
Герой неожиданно становится свидетелем уникального события в ночном лесу. Ему бы в чудо поверить, да вот беда: мужчина - выпускающий редактор научно-популярного журнала, и верит только тому, что можно подчинить эксперименту и логике... Ему будет пред…
Герой неожиданно становится свидетелем уникального события в ночном лесу. Ему бы в чудо поверить, да вот беда: мужчина - выпускающий редактор научно-популярного журнала, и верит только тому, что можно подчинить эксперименту и логике... Ему будет пред…
Ника встречает его во сне, пока муж спит рядом. Незнакомец знает её имя, держит окровавленную ладонь и просит не забывать то, что случилось между ними.
Утром Ника находит его на старой фотографии. Марк пропал в 2004 году.
Она занимается восстановлени…
Ника встречает его во сне, пока муж спит рядом. Незнакомец знает её имя, держит окровавленную ладонь и просит не забывать то, что случилось между ними.
Утром Ника находит его на старой фотографии. Марк пропал в 2004 году.
Она занимается восстановлени…
Психологический триллер о природе творчества, семейной травме и цене завершения, где правда не имеет однозначного ответа, а последняя страница никогда не бывает последней.
Психологический триллер о природе творчества, семейной травме и цене завершения, где правда не имеет однозначного ответа, а последняя страница никогда не бывает последней.
Ника встречает его во сне, пока муж спит рядом. Незнакомец знает её имя, держит окровавленную ладонь и просит не забывать то, что случилось между ними.
Утром Ника находит его на старой фотографии. Марк пропал в 2004 году.
Она занимается восстановлени…
Ника встречает его во сне, пока муж спит рядом. Незнакомец знает её имя, держит окровавленную ладонь и просит не забывать то, что случилось между ними.
Утром Ника находит его на старой фотографии. Марк пропал в 2004 году.
Она занимается восстановлени…
Психологический триллер о природе творчества, семейной травме и цене завершения, где правда не имеет однозначного ответа, а последняя страница никогда не бывает последней.
Психологический триллер о природе творчества, семейной травме и цене завершения, где правда не имеет однозначного ответа, а последняя страница никогда не бывает последней.
Он всегда носил черный костюм. Не потому что любил черный, а потому что так было проще: не думать утром, что надеть, и не выдавать пятен. Семь лет он жил в чужой квартире, спал в чужой постели, пил из чужой чашки и не смотрел в зеркало. Семь лет он б…
Он всегда носил черный костюм. Не потому что любил черный, а потому что так было проще: не думать утром, что надеть, и не выдавать пятен. Семь лет он жил в чужой квартире, спал в чужой постели, пил из чужой чашки и не смотрел в зеркало. Семь лет он б…
Говорят, человека невозможно забыть по-настоящему.
Глеб тоже так думал. Он помнит девять лет с женой: её смех, привычки, голос. Помнит всё, кроме одного — её лица.
А потом приезжает снимать фильм в затерянную среди лесов деревню Студенец, где на Свят…
Говорят, человека невозможно забыть по-настоящему.
Глеб тоже так думал. Он помнит девять лет с женой: её смех, привычки, голос. Помнит всё, кроме одного — её лица.
А потом приезжает снимать фильм в затерянную среди лесов деревню Студенец, где на Свят…
Как бы вы поступили, если бы внезапно узнали о том, что ваша жена участник криминальной банды? Именно это и произошло с главным героем романа попавшего в круговорот криминальных событий на одном из сложных отрезков в жизни великой страны.
Как бы вы поступили, если бы внезапно узнали о том, что ваша жена участник криминальной банды? Именно это и произошло с главным героем романа попавшего в круговорот криминальных событий на одном из сложных отрезков в жизни великой страны.
В деревне Морошкино знают: самое страшное проклятие — то, что вырвалось сгоряча. Потому что лес слышит каждое слово.
Двадцать восемь лет назад семилетний Артём убежал из дома после материнской ссоры и бесследно исчез. А теперь вернулся. В той же курт…
В деревне Морошкино знают: самое страшное проклятие — то, что вырвалось сгоряча. Потому что лес слышит каждое слово.
Двадцать восемь лет назад семилетний Артём убежал из дома после материнской ссоры и бесследно исчез. А теперь вернулся. В той же курт…
«ХроносМинор» — спираль из двенадцати уровней, где каждый вдох отдаёт металлом, а воздух густеет от статического напряжения. Здесь торгуют ёмкостью, а не смыслами. Герой «VII» начинает с нуля: без памяти, без статуса, без учёта в реестрах. Его рассле…
«ХроносМинор» — спираль из двенадцати уровней, где каждый вдох отдаёт металлом, а воздух густеет от статического напряжения. Здесь торгуют ёмкостью, а не смыслами. Герой «VII» начинает с нуля: без памяти, без статуса, без учёта в реестрах. Его рассле…
«Тайна Семейного очага» — подростковый хоррор о том, как обычное расследование оборачивается встречей с чем-то необъяснимым. Саня и Слава находят старый диск с видео, которое невозможно досмотреть: файл каждый раз обрывается ровно на 80 %. Чем сильне…
«Тайна Семейного очага» — подростковый хоррор о том, как обычное расследование оборачивается встречей с чем-то необъяснимым. Саня и Слава находят старый диск с видео, которое невозможно досмотреть: файл каждый раз обрывается ровно на 80 %. Чем сильне…
Как бы вы поступили, если бы внезапно узнали о том, что ваша жена участник криминальной банды? Именно это и произошло с главным героем романа попавшего в круговорот криминальных событий на одном из сложных отрезков в жизни великой страны.
Как бы вы поступили, если бы внезапно узнали о том, что ваша жена участник криминальной банды? Именно это и произошло с главным героем романа попавшего в круговорот криминальных событий на одном из сложных отрезков в жизни великой страны.
Загадка, от которой стынет кровь
Он умер на электрическом стуле. Это был финал, в который поверил весь город. Но два года спустя на месте нового преступления находят «почерк» того, кто давно должен был истлеть в могиле.
Детектив Стив Картер и психоло…
Загадка, от которой стынет кровь
Он умер на электрическом стуле. Это был финал, в который поверил весь город. Но два года спустя на месте нового преступления находят «почерк» того, кто давно должен был истлеть в могиле.
Детектив Стив Картер и психоло…