триллеры
«Мёртвые не лгут. Хуже, когда молчат живые»
Виктор Ларин — патологоанатом. Он давно предпочёл мёртвых живым: с ними проще, они не лгут, не просят и не боятся. Но однажды в его морг привозят тело парня, утонувшего в канале. Всё выглядит как несчастный…
«Мёртвые не лгут. Хуже, когда молчат живые»
Виктор Ларин — патологоанатом. Он давно предпочёл мёртвых живым: с ними проще, они не лгут, не просят и не боятся. Но однажды в его морг привозят тело парня, утонувшего в канале. Всё выглядит как несчастный…
Эко- десятилетний друг Юмэ, – воплощение надежности и обаяния. Ответственный и всегда готовый защитить, он пользуется доверием как друзей, так и взрослых. Эми, ровесница Юмэ, – нежная и милая девочка, настоящее "солнышко". Она искренне переживает за …
Эко- десятилетний друг Юмэ, – воплощение надежности и обаяния. Ответственный и всегда готовый защитить, он пользуется доверием как друзей, так и взрослых. Эми, ровесница Юмэ, – нежная и милая девочка, настоящее "солнышко". Она искренне переживает за …
Поступивший в полицию звонок с сообщением об убийстве оказался ошибочным. Человек, которого по телефону объявили мертвым, оказался жив. Чья-то неумная шутка или всё-таки убийство было? Это выясняют оперативники из отдела полиции города Озерки.
Поступивший в полицию звонок с сообщением об убийстве оказался ошибочным. Человек, которого по телефону объявили мертвым, оказался жив. Чья-то неумная шутка или всё-таки убийство было? Это выясняют оперативники из отдела полиции города Озерки.
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
«Окна многоэтажки» — это не сборник правильных историй.
Эт…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
«Окна многоэтажки» — это не сборник правильных историй.
Эт…
В Ленинграде 1986 года город поёт песню лжи. Глухой синхронист Илья Миронов слышит эту музыку иначе — через вибрации труб отопления и гул турбин ТЭЦ-3. Писательница рассказывает историю о том, как один человек может услышать правду там, где все спят.
В Ленинграде 1986 года город поёт песню лжи. Глухой синхронист Илья Миронов слышит эту музыку иначе — через вибрации труб отопления и гул турбин ТЭЦ-3. Писательница рассказывает историю о том, как один человек может услышать правду там, где все спят.
2049 год. Корпорация «Мнемозина» победила человеческую боль. Любой может прийти в Центр коррекции и стереть из памяти предательство, смерть близкого, военный ужас или просто стыд за вчерашний вечер. Процесс называется «архивацией». Стирается не тольк…
2049 год. Корпорация «Мнемозина» победила человеческую боль. Любой может прийти в Центр коррекции и стереть из памяти предательство, смерть близкого, военный ужас или просто стыд за вчерашний вечер. Процесс называется «архивацией». Стирается не тольк…
«Однажды один из нас забредёт так далеко от себя, что почти погаснет, — вот тогда всё и решится».
У Тимура есть всё: заводы, деньги, большой дом на десять спален. Нет одного — тепла. Сорок лет назад он замуровал в лёд собственное сердце, чтобы не был…
«Однажды один из нас забредёт так далеко от себя, что почти погаснет, — вот тогда всё и решится».
У Тимура есть всё: заводы, деньги, большой дом на десять спален. Нет одного — тепла. Сорок лет назад он замуровал в лёд собственное сердце, чтобы не был…
2049 год. Корпорация «Мнемозина» победила человеческую боль. Любой может прийти в Центр коррекции и стереть из памяти предательство, смерть близкого, военный ужас или просто стыд за вчерашний вечер. Процесс называется «архивацией». Стирается не тольк…
2049 год. Корпорация «Мнемозина» победила человеческую боль. Любой может прийти в Центр коррекции и стереть из памяти предательство, смерть близкого, военный ужас или просто стыд за вчерашний вечер. Процесс называется «архивацией». Стирается не тольк…
«Пятый угол» — это психологический ужас о детях, которые видят одно и то же. О взрослом, который им не верит, пока не увидит сам. И о земле, которая помнит всё — даже то, что от неё скрывали полвека.
«Пятый угол» — это психологический ужас о детях, которые видят одно и то же. О взрослом, который им не верит, пока не увидит сам. И о земле, которая помнит всё — даже то, что от неё скрывали полвека.
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Дилан Хэкфорд - блистательный прокурор в городе Эвергрин Р…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Дилан Хэкфорд - блистательный прокурор в городе Эвергрин Р…
Империя, где бессмертие – не дар, а налог. Где высшая честь неотличима от смертного приговора. Где золотые цепи – символ долга, а напиток перевоплощения притупляет страх.
История о том, чего стоит вечная власть – и кто платит эту цену. О преданности,…
Империя, где бессмертие – не дар, а налог. Где высшая честь неотличима от смертного приговора. Где золотые цепи – символ долга, а напиток перевоплощения притупляет страх.
История о том, чего стоит вечная власть – и кто платит эту цену. О преданности,…
Нора Коул родилась через девятнадцать месяцев после похорон своих родителей. В день восемнадцатилетия она получает видеозапись, сделанную ими за шесть дней до авиакатастрофы. «Если ты смотришь эту запись, значит, нас обоих уже нет. Человек, причастны…
Нора Коул родилась через девятнадцать месяцев после похорон своих родителей. В день восемнадцатилетия она получает видеозапись, сделанную ими за шесть дней до авиакатастрофы. «Если ты смотришь эту запись, значит, нас обоих уже нет. Человек, причастны…
Империя, где бессмертие – не дар, а налог. Где высшая честь неотличима от смертного приговора. Где золотые цепи – символ долга, а напиток перевоплощения притупляет страх.
История о том, чего стоит вечная власть – и кто платит эту цену. О преданности,…
Империя, где бессмертие – не дар, а налог. Где высшая честь неотличима от смертного приговора. Где золотые цепи – символ долга, а напиток перевоплощения притупляет страх.
История о том, чего стоит вечная власть – и кто платит эту цену. О преданности,…
Питер Кнеллер пьёт чужой страх и чужую ненависть, как дорогое вино. Его работа — ломать, и он делал это искусно и с удовольствием. 999 раз.
Но на тысячный всё изменилось. Аня не просто отказалась быть его покорной жертвой — она объявила ему войну. И …
Питер Кнеллер пьёт чужой страх и чужую ненависть, как дорогое вино. Его работа — ломать, и он делал это искусно и с удовольствием. 999 раз.
Но на тысячный всё изменилось. Аня не просто отказалась быть его покорной жертвой — она объявила ему войну. И …
Шестеро на тонущей яхте. Одна спасательная лодка на четверых. Акулы ждут, а люди уже начали убивать.Капитан пьян, механик врёт, владелец толстый, а рассказчик просто хотел жить. Но когда приходит вертолёт и спасатель берёт только одного, выясняется: …
Шестеро на тонущей яхте. Одна спасательная лодка на четверых. Акулы ждут, а люди уже начали убивать.Капитан пьян, механик врёт, владелец толстый, а рассказчик просто хотел жить. Но когда приходит вертолёт и спасатель берёт только одного, выясняется: …
«Что случиться в праздник цветов?»
Тацумаки Кири попал в аварию, лишился памяти и теперь большая часть его тела покрыта страшными ожогами. Он вынужден жить в маленьком городке Умитояма, где каждый год, в конце весны, расцветают белые бутоны Большого …
«Что случиться в праздник цветов?»
Тацумаки Кири попал в аварию, лишился памяти и теперь большая часть его тела покрыта страшными ожогами. Он вынужден жить в маленьком городке Умитояма, где каждый год, в конце весны, расцветают белые бутоны Большого …
Утро в тихом, малолюдном офисе начинается не с кофе, а с жуткой находки под окнами. На дорожке лежит тело мужчины, окруженное странными осколками камней, похожими на криминальный пазл. Пока коллеги паникуют, спорят о национальности убитого и сводят с…
Утро в тихом, малолюдном офисе начинается не с кофе, а с жуткой находки под окнами. На дорожке лежит тело мужчины, окруженное странными осколками камней, похожими на криминальный пазл. Пока коллеги паникуют, спорят о национальности убитого и сводят с…
Одна капля глазури с пончика запустила процесс — и половина пустыни превратилась в озеро шоколада. Трое выживших — немой лаборант, бывший начальник охраны и сумасшедший профессор — спускаются в самое сердце катастрофы, чтобы с помощью безумного приб…
Одна капля глазури с пончика запустила процесс — и половина пустыни превратилась в озеро шоколада. Трое выживших — немой лаборант, бывший начальник охраны и сумасшедший профессор — спускаются в самое сердце катастрофы, чтобы с помощью безумного приб…
Осень 1913 года.
Петербург охвачен паникой: на Литейном мосту один за другим сводят счёты с жизнью респектабельные горожане.
Ни следов борьбы, ни предсмертных записок.
Газетчики раздувают легенду о призраке, манящем в черную бездну Невы честных гр…
Осень 1913 года.
Петербург охвачен паникой: на Литейном мосту один за другим сводят счёты с жизнью респектабельные горожане.
Ни следов борьбы, ни предсмертных записок.
Газетчики раздувают легенду о призраке, манящем в черную бездну Невы честных гр…
Скалистый остров Сухо на Ладоге отрезан от материка девятибалльным штормом. Ноябрьский ураган ломает мачту радиосвязи, а через сорок минут начальника метеостанции Виктора Гордеева находят мертвым в закрытом кабинете. Дубовая дверь заперта на задвижку…
Скалистый остров Сухо на Ладоге отрезан от материка девятибалльным штормом. Ноябрьский ураган ломает мачту радиосвязи, а через сорок минут начальника метеостанции Виктора Гордеева находят мертвым в закрытом кабинете. Дубовая дверь заперта на задвижку…





















