свидетели эпохи
Рена и Данка – сестры из первого состава узников-евреев, который привез в Освенцим 1010 молодых женщин. Не многим удалось спастись. Сестрам, которые провели в лагере смерти 3 года и 41 день – удалось.
Рассказ Рены уникален. Он – о том, как выживают л…
Рена и Данка – сестры из первого состава узников-евреев, который привез в Освенцим 1010 молодых женщин. Не многим удалось спастись. Сестрам, которые провели в лагере смерти 3 года и 41 день – удалось.
Рассказ Рены уникален. Он – о том, как выживают л…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ.
Многим очевидцам Ленинград, переживший блокадную смерт…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ.
Многим очевидцам Ленинград, переживший блокадную смерт…
"Курсив мой" – самая знаменитая книга Н.Берберовой, сразу ставшая мировым бестселлером и сохранившая эти позиции сегодня.
Яркая, независимая, провокативная, глубоко личная – эта автобиография вызвала бурю нареканий со стороны ее «героев» и осталась у…
"Курсив мой" – самая знаменитая книга Н.Берберовой, сразу ставшая мировым бестселлером и сохранившая эти позиции сегодня.
Яркая, независимая, провокативная, глубоко личная – эта автобиография вызвала бурю нареканий со стороны ее «героев» и осталась у…
Атмосфера первых пореволюционных лет и становления советского государства передана глазами очевидца – совсем юной девушки, вовлеченной в круговорот политических событий.
“Холодная весна. Годы изгнаний: 1907–1921” – книга воспоминаний Ольги Черновой-А…
Атмосфера первых пореволюционных лет и становления советского государства передана глазами очевидца – совсем юной девушки, вовлеченной в круговорот политических событий.
“Холодная весна. Годы изгнаний: 1907–1921” – книга воспоминаний Ольги Черновой-А…
Отношение русских к Парижу всегда было особенным: французский язык учили, модой вдохновлялись, а связи двух стран – Российской империи и Франции, – всегда были очень тесными. На излете веков русские аристократы тратили в Париже баснословные суммы на …
Отношение русских к Парижу всегда было особенным: французский язык учили, модой вдохновлялись, а связи двух стран – Российской империи и Франции, – всегда были очень тесными. На излете веков русские аристократы тратили в Париже баснословные суммы на …
«Да, надо признать, ему не чужды были старые, смешные ныне предрассудки: любовь к родине, сознание живого долга перед ней и чувства личной чести. И еще старомоднее было то, что он по этим трем пунктам всегда готов был заплатить собственной жизнью» – …
«Да, надо признать, ему не чужды были старые, смешные ныне предрассудки: любовь к родине, сознание живого долга перед ней и чувства личной чести. И еще старомоднее было то, что он по этим трем пунктам всегда готов был заплатить собственной жизнью» – …
Одна из самых тяжелых и страшных историй о кровавом кошмаре Гражданской войны
"Солнце мертвых" относится к тем произведениям, которые обычно читают один раз в жизни, оно наполнено не столько мыслями, сколько живыми чувствами человека, страдающего от…
Одна из самых тяжелых и страшных историй о кровавом кошмаре Гражданской войны
"Солнце мертвых" относится к тем произведениям, которые обычно читают один раз в жизни, оно наполнено не столько мыслями, сколько живыми чувствами человека, страдающего от…
Ленинград 1970–1980-х годов. Неофициальная жизнь города становится ярче и смелее той, что на страницах официальных газет. Ленинградцы тех лет – рокеры, вольнодумные поэты, каратисты полузапрещенных спортивных секций, театральные деятели, первые гении…
Ленинград 1970–1980-х годов. Неофициальная жизнь города становится ярче и смелее той, что на страницах официальных газет. Ленинградцы тех лет – рокеры, вольнодумные поэты, каратисты полузапрещенных спортивных секций, театральные деятели, первые гении…
Вторая часть воспоминаний Тамары Петкевич «Жизнь – сапожок непарный» вышла под заголовком «На фоне звёзд и страха» и стала продолжением первой книги. Повествование охватывает годы после освобождения из лагеря. Всё, что осталось недоговорено: недописа…
Вторая часть воспоминаний Тамары Петкевич «Жизнь – сапожок непарный» вышла под заголовком «На фоне звёзд и страха» и стала продолжением первой книги. Повествование охватывает годы после освобождения из лагеря. Всё, что осталось недоговорено: недописа…
Книга «Исповедь победителей» – повести и рассказы рядовых участников Великой Отечественной войны. Это продолжение темы книги «Солдатские исповеди» 2015, 2020 годов издания. Ветераны-долгожители, которым уже более 90 лет, рассказали автору о своём жиз…
Книга «Исповедь победителей» – повести и рассказы рядовых участников Великой Отечественной войны. Это продолжение темы книги «Солдатские исповеди» 2015, 2020 годов издания. Ветераны-долгожители, которым уже более 90 лет, рассказали автору о своём жиз…
Воспоминания Тамары Петкевич, наряду с произведениями Варлама Шаламова, Евфросинии Керсновской, Евгении Гинзбург и многих других, занимают прочное место в ряду произведений, которые запечатлели «единый человеческий слив помоев, добра, жестокости, зве…
Воспоминания Тамары Петкевич, наряду с произведениями Варлама Шаламова, Евфросинии Керсновской, Евгении Гинзбург и многих других, занимают прочное место в ряду произведений, которые запечатлели «единый человеческий слив помоев, добра, жестокости, зве…
Отношение русских к Парижу всегда было особенным: французский язык учили, модой вдохновлялись, а связи двух стран – Российской империи и Франции, – всегда были очень тесными. На излете веков русские аристократы тратили в Париже баснословные суммы на …
Отношение русских к Парижу всегда было особенным: французский язык учили, модой вдохновлялись, а связи двух стран – Российской империи и Франции, – всегда были очень тесными. На излете веков русские аристократы тратили в Париже баснословные суммы на …
Елизавета Дьяконова (1874—1902) – писательница, публицист и яркая представительница прогрессивной части русского купечества XIX века. В ее «Дневниках русской женщины», которые она вела с 11 лет и до самой смерти, отразилась целая эпоха: семейные отно…
Елизавета Дьяконова (1874—1902) – писательница, публицист и яркая представительница прогрессивной части русского купечества XIX века. В ее «Дневниках русской женщины», которые она вела с 11 лет и до самой смерти, отразилась целая эпоха: семейные отно…
Новая книга Алексея Кирилловича Симонова, известного кинорежиссера, писателя, сценариста, журналиста, представляет собой сборник воспоминаний и историй, возникших в разные годы и по разным поводам. Она состоит из трех «залов», по которым читателям пр…
Новая книга Алексея Кирилловича Симонова, известного кинорежиссера, писателя, сценариста, журналиста, представляет собой сборник воспоминаний и историй, возникших в разные годы и по разным поводам. Она состоит из трех «залов», по которым читателям пр…
Ленинград, декабрь 1980 года. Накануне Дня чекиста известному ученому, заведующему кафедрой иностранных языков, и его жене подбрасывают наркотики. Усилия коллег и друзей – от академиков Михаила Алексеева и Дмитрия Лихачева в Ленинграде до Иосифа Брод…
Ленинград, декабрь 1980 года. Накануне Дня чекиста известному ученому, заведующему кафедрой иностранных языков, и его жене подбрасывают наркотики. Усилия коллег и друзей – от академиков Михаила Алексеева и Дмитрия Лихачева в Ленинграде до Иосифа Брод…
Трудно найти человека, который бы не вспоминал пережитые им 90-е годы прошлого века. И каждый воспринимает их по-разному: кто с ужасом или восхищением, кто с болью или удивлением… Время идет, а первое постсоветское десятилетие всё никак не отпускает …
Трудно найти человека, который бы не вспоминал пережитые им 90-е годы прошлого века. И каждый воспринимает их по-разному: кто с ужасом или восхищением, кто с болью или удивлением… Время идет, а первое постсоветское десятилетие всё никак не отпускает …
Трудно найти человека, который бы не вспоминал пережитые им 90-е годы прошлого века. И каждый воспринимает их по-разному: кто с ужасом или восхищением, кто с болью или удивлением… Время идет, а первое постсоветское десятилетие всё никак не отпускает …
Трудно найти человека, который бы не вспоминал пережитые им 90-е годы прошлого века. И каждый воспринимает их по-разному: кто с ужасом или восхищением, кто с болью или удивлением… Время идет, а первое постсоветское десятилетие всё никак не отпускает …
Промышленная революция затронула все стороны человеческого знания и все страны мира. Это был качественно новый скачок в развитии всего человечества. Одной из ярких страниц промышленного переворота стала династия инженеров Брюнелей. Марк Брюнель извес…
Промышленная революция затронула все стороны человеческого знания и все страны мира. Это был качественно новый скачок в развитии всего человечества. Одной из ярких страниц промышленного переворота стала династия инженеров Брюнелей. Марк Брюнель извес…
Моя история про одну московскую семью в нескольких поколениях и про большое родовое зеркало, стоящее в гостиной. Я знаю, у вас дома висит зеркало. Иначе и быть не может. Вот и представьте, сколько всего оно видело за свою долгую зеркальную жизнь. Как…
Моя история про одну московскую семью в нескольких поколениях и про большое родовое зеркало, стоящее в гостиной. Я знаю, у вас дома висит зеркало. Иначе и быть не может. Вот и представьте, сколько всего оно видело за свою долгую зеркальную жизнь. Как…
Воспоминания бывего эмигранта, вернувшегося на родину в 1947 году.
Молодость Бориса Александровского пришлась на сложное время: Первая мировая война, революция, Гражданская война… Судьба делала крутые изгибы – выпускник медицинского факультета Москов…
Воспоминания бывего эмигранта, вернувшегося на родину в 1947 году.
Молодость Бориса Александровского пришлась на сложное время: Первая мировая война, революция, Гражданская война… Судьба делала крутые изгибы – выпускник медицинского факультета Москов…