становление героя
«Рыбачьему патрулю ни разу не удалось задержать Большого Алека. Он хвастался, что никто не сумеет поймать его живым, а из прошлого этого человека было известно, что все попытки взять его мертвым терпели неудачу. Рассказывали также, что по крайней мер…
«Рыбачьему патрулю ни разу не удалось задержать Большого Алека. Он хвастался, что никто не сумеет поймать его живым, а из прошлого этого человека было известно, что все попытки взять его мертвым терпели неудачу. Рассказывали также, что по крайней мер…
«Севка сидит на подоконнике и смотрит, как на горячей от солнца крыше дерутся два воробья. Они дерутся давно, и смотреть надоело. Севке скучно.
Со второго этажа видна вся улица, обсаженная молодыми клёнами. Улица пуста, и со двора не слышно ребячьих …
«Севка сидит на подоконнике и смотрит, как на горячей от солнца крыше дерутся два воробья. Они дерутся давно, и смотреть надоело. Севке скучно.
Со второго этажа видна вся улица, обсаженная молодыми клёнами. Улица пуста, и со двора не слышно ребячьих …
Выходит очередной роман писателя-детективщика, который получает неплохую оценку читателей и критики. Но самого писателя мучает неудовлетворенность — ведь концовку он придумал, следуя, казалось бы, логике. Неужели действительно убийцами стали его сосе…
Выходит очередной роман писателя-детективщика, который получает неплохую оценку читателей и критики. Но самого писателя мучает неудовлетворенность — ведь концовку он придумал, следуя, казалось бы, логике. Неужели действительно убийцами стали его сосе…
Миром правят представители Великиких Родов, обладающих колосальной силой. Но и среди них есть сильные и слабые. Сильные правят, слабые – выживают.
Принц слабого рода обречён на третьестепенные роли… но он не намерен следовать шаблонам.
Миром правят представители Великиких Родов, обладающих колосальной силой. Но и среди них есть сильные и слабые. Сильные правят, слабые – выживают.
Принц слабого рода обречён на третьестепенные роли… но он не намерен следовать шаблонам.
«Ночью прошел теплый грозовой дождь, а утром все деревья оказались окутанными зеленоватым туманом. Это острые листики проглядывали из лопнувших почек. Взрослые говорили, что давно уже не было такого тёплого Первомая. День обещал быть чудесным, и мама…
«Ночью прошел теплый грозовой дождь, а утром все деревья оказались окутанными зеленоватым туманом. Это острые листики проглядывали из лопнувших почек. Взрослые говорили, что давно уже не было такого тёплого Первомая. День обещал быть чудесным, и мама…
Действие этой взрослой сказки разворачивается на необитаемом живописном острове Альдабра в индийском океане, куда перенесло юных героев своенравное Северное шотландское море.Героиня - восемнадцатилетняя белокурая Арина, шотландка и её возлюбленный чу…
Действие этой взрослой сказки разворачивается на необитаемом живописном острове Альдабра в индийском океане, куда перенесло юных героев своенравное Северное шотландское море.Героиня - восемнадцатилетняя белокурая Арина, шотландка и её возлюбленный чу…
«Серые лохматые облака летели низко. Костя и Тамара, запрокинув головы, смотрели, как навстречу облакам падает и не может упасть парашютная вышка.
– Будто на экране, – сказал Костя. – Замедленная проекция.
– Ну, вот опять ты со своими терминами, – хм…
«Серые лохматые облака летели низко. Костя и Тамара, запрокинув головы, смотрели, как навстречу облакам падает и не может упасть парашютная вышка.
– Будто на экране, – сказал Костя. – Замедленная проекция.
– Ну, вот опять ты со своими терминами, – хм…
Она стояла в соседнем дворе. Всегда на одном и том же месте, как старый позеленевший памятник. Люди давно привыкли к ней и перестали замечать. Впрочем, внимание людей ей было ни к чему. А нужен был всего лишь один из них. Тот, кто сможет почувствоват…
Она стояла в соседнем дворе. Всегда на одном и том же месте, как старый позеленевший памятник. Люди давно привыкли к ней и перестали замечать. Впрочем, внимание людей ей было ни к чему. А нужен был всего лишь один из них. Тот, кто сможет почувствоват…
«Тихо в комнате. Слабо горит настольная лампочка. Андрейка лежит в кровати, натянув одеяло до подбородка, и смотрит в окно. Мороз протянул по стеклу цепкие щупальца узора. Лишь в середине стекла осталось маленькое тёмное окошко, и в нём переливается …
«Тихо в комнате. Слабо горит настольная лампочка. Андрейка лежит в кровати, натянув одеяло до подбородка, и смотрит в окно. Мороз протянул по стеклу цепкие щупальца узора. Лишь в середине стекла осталось маленькое тёмное окошко, и в нём переливается …
Галлия, времена доблестных королей-героев, премудрых жрецов и не менее премудрых магов. О рождении, юности и некоторых других эпизодах бурной жизни одного такого мага, прозванного Кречетом, здесь и рассказывается. О черных заговорах и белых стихах, о…
Галлия, времена доблестных королей-героев, премудрых жрецов и не менее премудрых магов. О рождении, юности и некоторых других эпизодах бурной жизни одного такого мага, прозванного Кречетом, здесь и рассказывается. О черных заговорах и белых стихах, о…
«О душевных болезнях вообще и об эпидемическом развитии оных в особенности.
Сочинение доктора Крупова…»
«О душевных болезнях вообще и об эпидемическом развитии оных в особенности.
Сочинение доктора Крупова…»
«В открытом море вода синяя, как лепестки красивейших васильков, и прозрачная, как тончайшее стекло. Но зато и глубоко же там! Так глубоко, что никакие якори не достанут до дна, и на него пришлось бы поставить немало колоколен одну на другую, чтобы в…
«В открытом море вода синяя, как лепестки красивейших васильков, и прозрачная, как тончайшее стекло. Но зато и глубоко же там! Так глубоко, что никакие якори не достанут до дна, и на него пришлось бы поставить немало колоколен одну на другую, чтобы в…
Галлия, времена славных королей, могучих магов и великих героев. Как раз об одном из таких героев, Ниале Длинноруком, здесь и повествуется. О герое, вышедшему на битву с армиями Королевы Моря, о его краткой юности и великой доблести, о любви и предат…
Галлия, времена славных королей, могучих магов и великих героев. Как раз об одном из таких героев, Ниале Длинноруком, здесь и повествуется. О герое, вышедшему на битву с армиями Королевы Моря, о его краткой юности и великой доблести, о любви и предат…
Даже когда кажется, что все пропало и ничего уже нельзя исправить, не стоит опускать руки. Упорство, сила духа и верные друзья помогут преодолеть любые несчастья, и в этом в очередной раз убеждаются наши герои.
Даже когда кажется, что все пропало и ничего уже нельзя исправить, не стоит опускать руки. Упорство, сила духа и верные друзья помогут преодолеть любые несчастья, и в этом в очередной раз убеждаются наши герои.
Его забыло государство, которому он отдал свое здоровье, он опустился на самое дно… и вдруг попадает в параллельный мир – мир, где магия обычна, где живут гномы и эльфы. Он начинает с профессии нищего и, используя свои способности офицера спецназа, п…
Его забыло государство, которому он отдал свое здоровье, он опустился на самое дно… и вдруг попадает в параллельный мир – мир, где магия обычна, где живут гномы и эльфы. Он начинает с профессии нищего и, используя свои способности офицера спецназа, п…
Ойкумена на пороге войны. Три могучие цивилизации стягивают боевые флотилии к месту будущего сражения. Аскеты-брамайны, волки Великой Помпилии и Ларгитас, флагман технического прогресса – все готовы вцепиться друг другу в глотку. Причина раздора – ма…
Ойкумена на пороге войны. Три могучие цивилизации стягивают боевые флотилии к месту будущего сражения. Аскеты-брамайны, волки Великой Помпилии и Ларгитас, флагман технического прогресса – все готовы вцепиться друг другу в глотку. Причина раздора – ма…
Ойкумена на пороге войны. Три могучие цивилизации стягивают боевые флотилии к месту будущего сражения. Аскеты-брамайны, волки Великой Помпилии и Ларгитас, флагман технического прогресса – все готовы вцепиться друг другу в глотку. Причина раздора – ма…
Ойкумена на пороге войны. Три могучие цивилизации стягивают боевые флотилии к месту будущего сражения. Аскеты-брамайны, волки Великой Помпилии и Ларгитас, флагман технического прогресса – все готовы вцепиться друг другу в глотку. Причина раздора – ма…
Жизнь этого человека так бы и закончилась в двадцать первом веке, но что-то пошло не так, и он оказался в 1940 году, в теле семнадцатилетнего Кости Звягинцева. Главный герой – бывший наемник, воин-афганец, который имел в жизни только два принципа: не…
Жизнь этого человека так бы и закончилась в двадцать первом веке, но что-то пошло не так, и он оказался в 1940 году, в теле семнадцатилетнего Кости Звягинцева. Главный герой – бывший наемник, воин-афганец, который имел в жизни только два принципа: не…
Семнадцать лет Рэми жила среди людей и верила, что она такая же, как и они. Только одаренная, хотя и не умеющая управлять своими магическими способностями.
Но нет. Надо было чуть не погибнуть, покинуть отчий край, пройти полконтинента, чтобы узнать: …
Семнадцать лет Рэми жила среди людей и верила, что она такая же, как и они. Только одаренная, хотя и не умеющая управлять своими магическими способностями.
Но нет. Надо было чуть не погибнуть, покинуть отчий край, пройти полконтинента, чтобы узнать: …
Сказка для подросткового возраста (11-12 лет). Входит в серию «Настёнкиных сказок». Является продолжением сказки «О чём молчит ягодный тис».
Сказка для подросткового возраста (11-12 лет). Входит в серию «Настёнкиных сказок». Является продолжением сказки «О чём молчит ягодный тис».