современные любовные романы
Вера Соколова всегда старалась жить так, как от неё ждали другие. Быть удобной, принимать правильные решения и не задавать лишних вопросов. Но однажды она понимает, что жизнь, которую она так старательно строила, больше ей не принадлежит.
Вера Соколова всегда старалась жить так, как от неё ждали другие. Быть удобной, принимать правильные решения и не задавать лишних вопросов. Но однажды она понимает, что жизнь, которую она так старательно строила, больше ей не принадлежит.
Мой позывной Призрак.
Я не оставляю следов, не привязываюсь, не позволяю себе слабости – на моём теле выбиты только даты тех, кого я не смог спасти.
Она спасла меня. Врач с холодными пальцами и невозможным взглядом, которая вытащила меня буквально с …
Мой позывной Призрак.
Я не оставляю следов, не привязываюсь, не позволяю себе слабости – на моём теле выбиты только даты тех, кого я не смог спасти.
Она спасла меня. Врач с холодными пальцами и невозможным взглядом, которая вытащила меня буквально с …
Аделаиде Лорен сорок девять. Она богата, безупречна и знаменита своей коллекцией картин и дурной славой. В её особняке с тяжёлыми красными шторами нет места иллюзиям: здесь молодые мужчины — художники, музыканты, студенты — получают деньги, славу и с…
Аделаиде Лорен сорок девять. Она богата, безупречна и знаменита своей коллекцией картин и дурной славой. В её особняке с тяжёлыми красными шторами нет места иллюзиям: здесь молодые мужчины — художники, музыканты, студенты — получают деньги, славу и с…
Он – звезда хоккея, бабник и самовлюблённый мажор, которого я хочу придушить.
Для него я – стерва: холодная карьеристка без сердца.
Взаимность полная: мы друг друга на дух не переносим.
Но он – брат моей лучшей подруги, так что деваться некуда: об…
Он – звезда хоккея, бабник и самовлюблённый мажор, которого я хочу придушить.
Для него я – стерва: холодная карьеристка без сердца.
Взаимность полная: мы друг друга на дух не переносим.
Но он – брат моей лучшей подруги, так что деваться некуда: об…
Она знает его тело лучше, чем он сам. Но так и не узнала, кем была для него.
Мира всегда рядом. Лечит его травмы, открывает дверь после полуночи и ничего не спрашивает. Почти ничего.
Макс привык получать всё, чего хочет. В том числе её.
Рано или позд…
Она знает его тело лучше, чем он сам. Но так и не узнала, кем была для него.
Мира всегда рядом. Лечит его травмы, открывает дверь после полуночи и ничего не спрашивает. Почти ничего.
Макс привык получать всё, чего хочет. В том числе её.
Рано или позд…
Всю жизнь Владлина считала, что знает свою семью. До тех пор, пока письмо от незнакомой женщины не открыло ей правду: у её отца есть сестра, а за его прошлым скрывается целый мир, о существовании которого Влада даже не подозревала.
Виктория Воронцова…
Всю жизнь Владлина считала, что знает свою семью. До тех пор, пока письмо от незнакомой женщины не открыло ей правду: у её отца есть сестра, а за его прошлым скрывается целый мир, о существовании которого Влада даже не подозревала.
Виктория Воронцова…
У Насти необычный дар исцеления, о котором мало кто знал. Но один роковой день всё меняет. Преследование бандитами, секта, колдун — и вот она превращена в кошку.
Андрей не замечал её, когда она работала в зоомагазине. Но судьба сводит их вновь — в па…
У Насти необычный дар исцеления, о котором мало кто знал. Но один роковой день всё меняет. Преследование бандитами, секта, колдун — и вот она превращена в кошку.
Андрей не замечал её, когда она работала в зоомагазине. Но судьба сводит их вновь — в па…
Она хотела увидеть мир — а нашла войну между мирами.
Лира выросла у Стены, которая разделяет мир людей и мир фейри. Она не знала, что в её жилах течёт магия света. Теперь Лира должна сорвать пять печатей, чтобы вернуть силу: пройти испытание земли, в…
Она хотела увидеть мир — а нашла войну между мирами.
Лира выросла у Стены, которая разделяет мир людей и мир фейри. Она не знала, что в её жилах течёт магия света. Теперь Лира должна сорвать пять печатей, чтобы вернуть силу: пройти испытание земли, в…
«Убийство морально разложившихся людей сродни удалению раковых клеток. Операцию проводят во благо...» — так Александра Корнеева оправдывала собственного монстра. Тюрьма должна была похоронить её будущее, но вместо этого подарила лицензию на казнь. По…
«Убийство морально разложившихся людей сродни удалению раковых клеток. Операцию проводят во благо...» — так Александра Корнеева оправдывала собственного монстра. Тюрьма должна была похоронить её будущее, но вместо этого подарила лицензию на казнь. По…
В Торонто стоял февраль 1994 года — самый промозглый, серый и чужой февраль в жизни Наташи. В погоне за иллюзорной заграничной мечтой дипломированный московский филолог превратилась в забитую эмигрантку, выживающую на трех грязных работах. Но настоящ…
В Торонто стоял февраль 1994 года — самый промозглый, серый и чужой февраль в жизни Наташи. В погоне за иллюзорной заграничной мечтой дипломированный московский филолог превратилась в забитую эмигрантку, выживающую на трех грязных работах. Но настоящ…
VIP-клиент моего брачного агентства просит о деликатной услуге. Он одержим властью и контролем, и всегда получает все, что хочет. Абсолютно все.
А хочет он меня.
Но есть одна проблема.
И она даже не в том, что я скоро выхожу замуж, а в том, что все п…
VIP-клиент моего брачного агентства просит о деликатной услуге. Он одержим властью и контролем, и всегда получает все, что хочет. Абсолютно все.
А хочет он меня.
Но есть одна проблема.
И она даже не в том, что я скоро выхожу замуж, а в том, что все п…
Он шагнул с края скалы — и оказался за покерным столом. В мире, где не существует времени, это совершенно обычно.
Здесь вчера может наступить завтра, будущее известно заранее, а люди помнят даже то, чего ещё не произошло. Никто не боится, не мечтает …
Он шагнул с края скалы — и оказался за покерным столом. В мире, где не существует времени, это совершенно обычно.
Здесь вчера может наступить завтра, будущее известно заранее, а люди помнят даже то, чего ещё не произошло. Никто не боится, не мечтает …
**«Швабра! Бомжиха! Ты никто!»** – это я слышала каждый день. Но однажды одноклассники заманили меня в школьный туалет, заставили пережить страшное унижение и выложили видео в интернет. А парень, которого я любила два года, даже не попытался меня защ…
**«Швабра! Бомжиха! Ты никто!»** – это я слышала каждый день. Но однажды одноклассники заманили меня в школьный туалет, заставили пережить страшное унижение и выложили видео в интернет. А парень, которого я любила два года, даже не попытался меня защ…
**«Швабра! Бомжиха! Ты никто!»** – это я слышала каждый день. Но однажды одноклассники заманили меня в школьный туалет, заставили пережить страшное унижение и выложили видео в интернет. А парень, которого я любила два года, даже не попытался меня защ…
**«Швабра! Бомжиха! Ты никто!»** – это я слышала каждый день. Но однажды одноклассники заманили меня в школьный туалет, заставили пережить страшное унижение и выложили видео в интернет. А парень, которого я любила два года, даже не попытался меня защ…
Иногда, чтобы спасти того, кто тебе дорог, приходится шагнуть прямо в ад.
Оказавшись в полной власти жестокого и властного Кристиана, она становится пешкой в опасной игре, где права на ошибку нет. Кристиан привык подчинять и забирать всё без остатка.…
Иногда, чтобы спасти того, кто тебе дорог, приходится шагнуть прямо в ад.
Оказавшись в полной власти жестокого и властного Кристиана, она становится пешкой в опасной игре, где права на ошибку нет. Кристиан привык подчинять и забирать всё без остатка.…
В Майами есть люди, которым принадлежат гоночные трассы, чужие долги и право решать, кто пересечёт финишную черту. Томас Дрейк один из них.
Десять лет назад Кэролайн Найт потеряла отца. С тех пор имя Дрейка связано для неё с той трагедией, а встреча …
В Майами есть люди, которым принадлежат гоночные трассы, чужие долги и право решать, кто пересечёт финишную черту. Томас Дрейк один из них.
Десять лет назад Кэролайн Найт потеряла отца. С тех пор имя Дрейка связано для неё с той трагедией, а встреча …
Я читала Набокова, и у меня стыла кровь. Потому что это была не просто классика. Это была моя жизнь.
Вы думаете роковые истории о юных девочках и взрослых хищниках бывают только в романах?
Все началось в недавнем 20..-м. Я выглядела совсем девчонкой.…
Я читала Набокова, и у меня стыла кровь. Потому что это была не просто классика. Это была моя жизнь.
Вы думаете роковые истории о юных девочках и взрослых хищниках бывают только в романах?
Все началось в недавнем 20..-м. Я выглядела совсем девчонкой.…
Виктор Край — сын влиятельного политика. Звезда европейского бокса. Гордость семьи. Таким его видят все, но сам он видит только ее. Девчонку с медовыми глазами, которая прячет синяки под рукавами растянутой кофты и моет полы во Дворце спорта.
У них н…
Виктор Край — сын влиятельного политика. Звезда европейского бокса. Гордость семьи. Таким его видят все, но сам он видит только ее. Девчонку с медовыми глазами, которая прячет синяки под рукавами растянутой кофты и моет полы во Дворце спорта.
У них н…
— Ты всегда такая напряжённая, крошка?
Голос низкий, тягучий, с лёгкой насмешкой.
Я дёргаюсь, разворачиваюсь — и мгновенно чувствую, как щеки вспыхивают.
Он.
Тот самый мужчина.
Тот, кто видел меня в ситуации, о которой я мечтаю забыть навсегда.
— Вы …
— Ты всегда такая напряжённая, крошка?
Голос низкий, тягучий, с лёгкой насмешкой.
Я дёргаюсь, разворачиваюсь — и мгновенно чувствую, как щеки вспыхивают.
Он.
Тот самый мужчина.
Тот, кто видел меня в ситуации, о которой я мечтаю забыть навсегда.
— Вы …
Алиса Васильева — девушка, которая привыкла быть в центре внимания. Яркая, дерзкая, уверенная. Но когда их профессор уезжает на курсы, а вместо него приходит молодой, строгий и до неприличия красивый Соколов, она решает: это вызов.
План прост: коротк…
Алиса Васильева — девушка, которая привыкла быть в центре внимания. Яркая, дерзкая, уверенная. Но когда их профессор уезжает на курсы, а вместо него приходит молодой, строгий и до неприличия красивый Соколов, она решает: это вызов.
План прост: коротк…