современные любовные романы
Аня уехала из родного приморского городка четыре года назад — в Москву, за большой жизнью, за любовью, за чем-то, что казалось ей тогда важнее моря. Теперь она возвращается: у отца давление, у матери нервы, а у неё самой — разбитая вдребезги жизнь и …
Аня уехала из родного приморского городка четыре года назад — в Москву, за большой жизнью, за любовью, за чем-то, что казалось ей тогда важнее моря. Теперь она возвращается: у отца давление, у матери нервы, а у неё самой — разбитая вдребезги жизнь и …
– Мы предохранялись, Дина, ты не могла от меня забеременеть!
– Ни одно средство не даёт стопроцентной гарантии, – выговариваю с трудом, чувствуя, как всё внутри стынет. – Ты же взрослый человек
– Взрослый, – резко перебивает мой жених. – Именно поэто…
– Мы предохранялись, Дина, ты не могла от меня забеременеть!
– Ни одно средство не даёт стопроцентной гарантии, – выговариваю с трудом, чувствуя, как всё внутри стынет. – Ты же взрослый человек
– Взрослый, – резко перебивает мой жених. – Именно поэто…
После гибели мужа-лётчика Вера зареклась возвращаться в небо, но её свёкор Виктор не оставил ей времени на страх — предложил работу стюардессы на своём частном борту и сам сел за штурвал. Рядом оказался ещё и Дмитрий, второй пилот, чьи взгляды заста…
После гибели мужа-лётчика Вера зареклась возвращаться в небо, но её свёкор Виктор не оставил ей времени на страх — предложил работу стюардессы на своём частном борту и сам сел за штурвал. Рядом оказался ещё и Дмитрий, второй пилот, чьи взгляды заста…
Легко ли быть восемнадцатилетней волчицей, которая до сих пор не умеет оборачиваться? В Клане Скалистого Предела на меня смотрели с жалостью. Но переезд в Эларион меняет всё. Моя мама получает шанс на новую жизнь рядом с Альфой Клана Лунной Долины, а…
Легко ли быть восемнадцатилетней волчицей, которая до сих пор не умеет оборачиваться? В Клане Скалистого Предела на меня смотрели с жалостью. Но переезд в Эларион меняет всё. Моя мама получает шанс на новую жизнь рядом с Альфой Клана Лунной Долины, а…
Его Вера в жизнь родилась весной.
Он встретил её, когда цвела верба, и тогда ещё не знал, что некоторые встречи становятся судьбой. Они прожили вместе долгую жизнь-смеялись, ссорились, старели, держались друг за друга, пока смерть не оставила его одн…
Его Вера в жизнь родилась весной.
Он встретил её, когда цвела верба, и тогда ещё не знал, что некоторые встречи становятся судьбой. Они прожили вместе долгую жизнь-смеялись, ссорились, старели, держались друг за друга, пока смерть не оставила его одн…
- Ты должна была быть другой. Блондинкой. Покорной вещью для уплаты долга, - его низкий, с хрипотцой голос обжигает кожу даже на расстоянии. - А я рыжая и с зубами. Не повезло тебе, Лютый, - отвечаю я, вскидывая подбородок, хотя сердце ухает в пятки.…
- Ты должна была быть другой. Блондинкой. Покорной вещью для уплаты долга, - его низкий, с хрипотцой голос обжигает кожу даже на расстоянии. - А я рыжая и с зубами. Не повезло тебе, Лютый, - отвечаю я, вскидывая подбородок, хотя сердце ухает в пятки.…
- Загадала желание, Катенька?
Девочка хитренько смотрит на меня и мечтательно вздыхая, отковыривает большой ложкой розочку с торта.
- Загадала, - сообщает маленькая сладкоежка.
- Поделишься? заискивающе улыбаюсь.
Катюша кивает и шепчет на ухо:
- Толь…
- Загадала желание, Катенька?
Девочка хитренько смотрит на меня и мечтательно вздыхая, отковыривает большой ложкой розочку с торта.
- Загадала, - сообщает маленькая сладкоежка.
- Поделишься? заискивающе улыбаюсь.
Катюша кивает и шепчет на ухо:
- Толь…
Оля всегда любила жить в своём посёлке. Её устраивала размеренность и предсказуемость повседневной жизни, когда каждый день похож на предыдущий, а все жители знают друг друга. Но одно письмо от тёти меняет всё: она получает в наследство квартиру в б…
Оля всегда любила жить в своём посёлке. Её устраивала размеренность и предсказуемость повседневной жизни, когда каждый день похож на предыдущий, а все жители знают друг друга. Но одно письмо от тёти меняет всё: она получает в наследство квартиру в б…









