современные любовные романы
Он появился на моем горизонте, как штормовое предупреждение - внезапный, опасный, неотвратимый. Тамерлан Миронов. Человек, чье имя шепчут со страхом, а смотрят с подобострастием. Криминальный король, привыкший брать всё, что пожелает. И в тот день на…
Он появился на моем горизонте, как штормовое предупреждение - внезапный, опасный, неотвратимый. Тамерлан Миронов. Человек, чье имя шепчут со страхом, а смотрят с подобострастием. Криминальный король, привыкший брать всё, что пожелает. И в тот день на…
Он - ледяной миллиардер, привыкший все контролировать. Она - огненная стихия, не признающая правил. Их фиктивный брак - поле битвы, где сталкиваются характеры, вспыхивают искры и рождается настоящее чувство. Но что будет, когда срок контракта истечет…
Он - ледяной миллиардер, привыкший все контролировать. Она - огненная стихия, не признающая правил. Их фиктивный брак - поле битвы, где сталкиваются характеры, вспыхивают искры и рождается настоящее чувство. Но что будет, когда срок контракта истечет…
Темный силуэт в дверном проеме. Жесткий черный взгляд. Татухи на мощных предплечьях.
Голос грубый.
А губы слишком пухлые для такого демона
И вообще, какого хрена я его лицо вспоминаю?
Он — одна из причин моих проблем, не считая долга и кричащего млад…
Темный силуэт в дверном проеме. Жесткий черный взгляд. Татухи на мощных предплечьях.
Голос грубый.
А губы слишком пухлые для такого демона
И вообще, какого хрена я его лицо вспоминаю?
Он — одна из причин моих проблем, не считая долга и кричащего млад…
— Почему ты не разведешься со своей клушей? — немного капризно звучит женский голос из гримерки.
— Детка, — произносит печально муж, — ну не ты же будешь мне гладить рубашки, убирать квартиру и готовить борщи. А Лиза к работе приучена с детства, мужс…
— Почему ты не разведешься со своей клушей? — немного капризно звучит женский голос из гримерки.
— Детка, — произносит печально муж, — ну не ты же будешь мне гладить рубашки, убирать квартиру и готовить борщи. А Лиза к работе приучена с детства, мужс…
Третий курс должен был стать для Насти обычным продолжением студенческой жизни. Но один слух, одно предательство и одна случайно услышанная фраза меняют всё.
Иногда достаточно одного неверного решения, недосказанности или страха, чтобы потерять всё. …
Третий курс должен был стать для Насти обычным продолжением студенческой жизни. Но один слух, одно предательство и одна случайно услышанная фраза меняют всё.
Иногда достаточно одного неверного решения, недосказанности или страха, чтобы потерять всё. …
У Кати небольшое кафе в курортном городке «Снежная долина». Она воспитывает дочь сестры, которая пошла в первый класс, и уже восемь лет не верит в любовь. Именно столько лет назад ее предал парень, а потом и сестра. Единственного родного по крови чел…
У Кати небольшое кафе в курортном городке «Снежная долина». Она воспитывает дочь сестры, которая пошла в первый класс, и уже восемь лет не верит в любовь. Именно столько лет назад ее предал парень, а потом и сестра. Единственного родного по крови чел…
– Зря ты на девчонку запал, Сева, – негромко заговорил Фил.
– В смысле? – Север сделал вид, будто не понимает.
– Дарьяна Дымова – не вариант, ее батя сначала тебя порвет на куски, а потом подумает о последствиях, – пояснил Филипп.
– Я тебя услышал…
– Зря ты на девчонку запал, Сева, – негромко заговорил Фил.
– В смысле? – Север сделал вид, будто не понимает.
– Дарьяна Дымова – не вариант, ее батя сначала тебя порвет на куски, а потом подумает о последствиях, – пояснил Филипп.
– Я тебя услышал…
В мире Москва-Сити эмоции — лишь статистическая погрешность. Максим Красин, безжалостный хищник венчурного бизнеса, привык уничтожать чужие империи за сорок минут. Но когда на его поле выходит Катерина — блестящий кризис-менеджер и дочь его поверженн…
В мире Москва-Сити эмоции — лишь статистическая погрешность. Максим Красин, безжалостный хищник венчурного бизнеса, привык уничтожать чужие империи за сорок минут. Но когда на его поле выходит Катерина — блестящий кризис-менеджер и дочь его поверженн…
Двенадцать лет я была идеальной женой. Держала дом, поддерживала его бизнес, отдала лучшие годы — и однажды услышала:
«Я подаю на развод. У неё будет ребёнок. А ты ты ведь ничего не вложила в этот брак».
Без вклада. Пустое место. Мебель, которую можн…
Двенадцать лет я была идеальной женой. Держала дом, поддерживала его бизнес, отдала лучшие годы — и однажды услышала:
«Я подаю на развод. У неё будет ребёнок. А ты ты ведь ничего не вложила в этот брак».
Без вклада. Пустое место. Мебель, которую можн…
Ким Хиери — единственная омега в клане альф. Её судьба предрешена с детства: выгодный брак и рождение наследников. Но в последний учебный год в школе появляется новый учитель — холодный и невозмутимый Ву Ифань. Его запах сводит с ума, а взгляд застав…
Ким Хиери — единственная омега в клане альф. Её судьба предрешена с детства: выгодный брак и рождение наследников. Но в последний учебный год в школе появляется новый учитель — холодный и невозмутимый Ву Ифань. Его запах сводит с ума, а взгляд застав…
На нашу оловянную свадьбу мы Никитой решаем устроить ее реконструкцию. Снимаем тот же загородный отель, что и десять лет назад, приглашаем тех же гостей и тамаду. Вот только ночью всё идет не по сценарию, и я застаю мужа в постели своей лучшей подруг…
На нашу оловянную свадьбу мы Никитой решаем устроить ее реконструкцию. Снимаем тот же загородный отель, что и десять лет назад, приглашаем тех же гостей и тамаду. Вот только ночью всё идет не по сценарию, и я застаю мужа в постели своей лучшей подруг…
Она вернулась в город, где умерла мама, чтобы начать новую жизнь. Вместо этого она встретила его.
Шквал – опасный, дерзкий, с репутацией, о которой ходят легенды. Николь не искала проблем, но они нашли её сами. Сосед, байкер, соперник на трассе. Межд…
Она вернулась в город, где умерла мама, чтобы начать новую жизнь. Вместо этого она встретила его.
Шквал – опасный, дерзкий, с репутацией, о которой ходят легенды. Николь не искала проблем, но они нашли её сами. Сосед, байкер, соперник на трассе. Межд…
Лос-Анджелес, 1994 год. Эпоха аудиокассет, бунтующего гранжа и неоновых огней Сансет-Стрип. Лили Кинг — девятнадцатилетняя дочь легендарной кантри-певицы Додди Вэнс и знаменитого писателя Томаса Кинга. Но вместо того чтобы пользоваться благами родите…
Лос-Анджелес, 1994 год. Эпоха аудиокассет, бунтующего гранжа и неоновых огней Сансет-Стрип. Лили Кинг — девятнадцатилетняя дочь легендарной кантри-певицы Додди Вэнс и знаменитого писателя Томаса Кинга. Но вместо того чтобы пользоваться благами родите…
Двадцать пять лет я была удобной женой.
У меня не было причин жаловаться на жизнь: взрослый сын, успешный муж, уютный дом. Пока в один день всё не рухнуло.
Когда я приехала на место аварии, скорая уже уехала. Я успела только увидеть, как белая машин…
Двадцать пять лет я была удобной женой.
У меня не было причин жаловаться на жизнь: взрослый сын, успешный муж, уютный дом. Пока в один день всё не рухнуло.
Когда я приехала на место аварии, скорая уже уехала. Я успела только увидеть, как белая машин…
– Отпустите, – прошу искусанными в кровь губами. – Я больше так не буду.
– В багажник, – коротко командует чудовище – лучший друг моего жениха, и меня начинают тащить мимо него.
– Мурад! – выкрикиваю и брыкаюсь. – Пожалуйста! Я обещаю, что исчезну с …
– Отпустите, – прошу искусанными в кровь губами. – Я больше так не буду.
– В багажник, – коротко командует чудовище – лучший друг моего жениха, и меня начинают тащить мимо него.
– Мурад! – выкрикиваю и брыкаюсь. – Пожалуйста! Я обещаю, что исчезну с …
















