современные детективы
Алекс видит звуки. Слышит цвета. Чувствует боль города на вкус.
Его синестезия — не дар, а проклятие, превращающее жизнь в непрерывную сенсорную атаку. Единственное убежище — тишина архивов, где он хоронит чужие прошлые жизни.
Всё меняется, когда е…
Алекс видит звуки. Слышит цвета. Чувствует боль города на вкус.
Его синестезия — не дар, а проклятие, превращающее жизнь в непрерывную сенсорную атаку. Единственное убежище — тишина архивов, где он хоронит чужие прошлые жизни.
Всё меняется, когда е…
Пожарный Артем Родин, бывший штурмовик с опытом чеченской войны, считал, что оставил прошлое позади. Но чудовищный пожар на секретном химическом заводе — не случайность. Это диверсия. Его расчет гибнет в огне, а сам он становится мишенью для безжалос…
Пожарный Артем Родин, бывший штурмовик с опытом чеченской войны, считал, что оставил прошлое позади. Но чудовищный пожар на секретном химическом заводе — не случайность. Это диверсия. Его расчет гибнет в огне, а сам он становится мишенью для безжалос…
Бригадир сварщиков Олег Ковалёв, экс-морпех, встает на пути рейдеров, захватывающих судоремонтный завод. С помощью верной бригады он превращает цех в неприступную крепость. Баллоны с газом, аппараты для сварки и боевой опыт против дубинок, штурмов и …
Бригадир сварщиков Олег Ковалёв, экс-морпех, встает на пути рейдеров, захватывающих судоремонтный завод. С помощью верной бригады он превращает цех в неприступную крепость. Баллоны с газом, аппараты для сварки и боевой опыт против дубинок, штурмов и …
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполнение приговоры, вынесенные тридцать лет назад, с безупречной точностью инженера. Каждая смерть — зво…
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполнение приговоры, вынесенные тридцать лет назад, с безупречной точностью инженера. Каждая смерть — зво…
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполнение приговоры, вынесенные тридцать лет назад, с безупречной точностью инженера. Каждая смерть — зво…
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполнение приговоры, вынесенные тридцать лет назад, с безупречной точностью инженера. Каждая смерть — зво…
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков списывает всё на несчастный случай. Но затем гибнет второй, третий… Все — тихо, без насилия, лишь с о…
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков списывает всё на несчастный случай. Но затем гибнет второй, третий… Все — тихо, без насилия, лишь с о…
Найден труп подростка, отравленный невидимым ядом. Только патологоанатом Артем -бывший наркоман видит следы лабораторий под Невой.
Его союзница Лера знает язык тоннелей и шприцев. Вместе они расшифровывают «Протоколы тишины»: где трупы становятся ул…
Найден труп подростка, отравленный невидимым ядом. Только патологоанатом Артем -бывший наркоман видит следы лабораторий под Невой.
Его союзница Лера знает язык тоннелей и шприцев. Вместе они расшифровывают «Протоколы тишины»: где трупы становятся ул…
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков списывает всё на несчастный случай. Но затем гибнет второй, третий… Все — тихо, без насилия, лишь с о…
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков списывает всё на несчастный случай. Но затем гибнет второй, третий… Все — тихо, без насилия, лишь с о…
Он — гениальный патологоанатом. Он же — бывший наркоман, заменивший прошлое на скальпель. Он видит то, что скрыто от всех: следы тайных экспериментов и ядов, не оставляющих следов.
Она — Лера. Чертоги метро и язык улиц для нее роднее любого дома. Она…
Он — гениальный патологоанатом. Он же — бывший наркоман, заменивший прошлое на скальпель. Он видит то, что скрыто от всех: следы тайных экспериментов и ядов, не оставляющих следов.
Она — Лера. Чертоги метро и язык улиц для нее роднее любого дома. Она…
В дождливой глуши старой французской деревушки Сен-Жермен время застыло между столетиями.
Сюда приезжает детектив Лоран Вильнёв, чтобы расследовать череду убийств, в которых полиция винит волка. Но чем глубже он погружается в историю, тем зыбче стан…
В дождливой глуши старой французской деревушки Сен-Жермен время застыло между столетиями.
Сюда приезжает детектив Лоран Вильнёв, чтобы расследовать череду убийств, в которых полиция винит волка. Но чем глубже он погружается в историю, тем зыбче стан…
«У каждого под шляпой — свой театр», — гласит эпиграф к этой пьесе. Перед вами история о людях сцены, чей привычный мир переворачивается с ног на голову за одну дождливую ночь. Появление Мефисто в стенах старого театра — это не просто визит странного…
«У каждого под шляпой — свой театр», — гласит эпиграф к этой пьесе. Перед вами история о людях сцены, чей привычный мир переворачивается с ног на голову за одну дождливую ночь. Появление Мефисто в стенах старого театра — это не просто визит странного…
Войны уносят миллионы жизней.
Но так же они уничтожают и произведения искусства.
В 1942 году из музея города Воронеж не успели эвакуировать почти полторы тысячи картин.
Их судьба неизвестна.
Что с ними случилось тогда, до сих пор остаётся загадкой.
К…
Войны уносят миллионы жизней.
Но так же они уничтожают и произведения искусства.
В 1942 году из музея города Воронеж не успели эвакуировать почти полторы тысячи картин.
Их судьба неизвестна.
Что с ними случилось тогда, до сих пор остаётся загадкой.
К…
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. Серия изощренных убийств, каждое из которых оформлено как кулинарный рецепт из позапрошлого века. Сл…
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. Серия изощренных убийств, каждое из которых оформлено как кулинарный рецепт из позапрошлого века. Сл…
Свадьба в старинном замке превращается в расследование, когда исчезновение старинного ключа из драгоценных камней, вскрывает правду, которую семьи годами скрывали во имя благополучия и героям приходится решить, можно ли начать новую жизнь, не разруш…
Свадьба в старинном замке превращается в расследование, когда исчезновение старинного ключа из драгоценных камней, вскрывает правду, которую семьи годами скрывали во имя благополучия и героям приходится решить, можно ли начать новую жизнь, не разруш…
Дарина Шторм умеет держать офис под контролем.
Документы по папкам. Людей в тонусе. Тайны при себе. Ее шеф регулярно в Дубае на переговорах, и Дарина виртуозно прикрывает легенду. Пока однажды в офис не врываются полиция и журналисты. А через нес…
Дарина Шторм умеет держать офис под контролем.
Документы по папкам. Людей в тонусе. Тайны при себе. Ее шеф регулярно в Дубае на переговорах, и Дарина виртуозно прикрывает легенду. Пока однажды в офис не врываются полиция и журналисты. А через нес…
Генеральный директор Дарина Шторм искренне ненавидит неприятности. Но неприятности упорно видят в ней свою главную музу.
Командировка в Эмираты накануне праздников оборачивается катастрофой: подруга бесследно исчезает, в дубайском офисе находят чужой…
Генеральный директор Дарина Шторм искренне ненавидит неприятности. Но неприятности упорно видят в ней свою главную музу.
Командировка в Эмираты накануне праздников оборачивается катастрофой: подруга бесследно исчезает, в дубайском офисе находят чужой…
Ереван, 1990 год. Ночной дождь смывает следы чёрной «Волги», но не может смыть тайну. В детском доме появляется Алёна – не просто подкидыш, а дочь двух ликвидированных агентов КГБ. Её существование – уже преступление. И за ним уже следят.Единственным…
Ереван, 1990 год. Ночной дождь смывает следы чёрной «Волги», но не может смыть тайну. В детском доме появляется Алёна – не просто подкидыш, а дочь двух ликвидированных агентов КГБ. Её существование – уже преступление. И за ним уже следят.Единственным…
– Вер, я…
Внезапно у неё вибрирует телефон. Она достаёт его, и я вижу боль… Адскую боль в её глазах. На секунду теряется, на девочку маленькую похожа, но тут же в руки себя берёт, понимая, что из образа выпала. Телефон новый, который я ей подарил, ра…
– Вер, я…
Внезапно у неё вибрирует телефон. Она достаёт его, и я вижу боль… Адскую боль в её глазах. На секунду теряется, на девочку маленькую похожа, но тут же в руки себя берёт, понимая, что из образа выпала. Телефон новый, который я ей подарил, ра…
РОМАН – ЛАУРЕАТ ПРЕМИИ ДЗЮНЪИТИ ВАТАНАБЭ ЗА 2024 ГОД.
Для поклонников Канаэ Минато.
Можно ли распутать дело, если сама реальность оказывается лишь фрагментом громадной иллюзии?
Атмосферный детектив о памяти, вине и поиске разгадки там, откуда ее никт…
РОМАН – ЛАУРЕАТ ПРЕМИИ ДЗЮНЪИТИ ВАТАНАБЭ ЗА 2024 ГОД.
Для поклонников Канаэ Минато.
Можно ли распутать дело, если сама реальность оказывается лишь фрагментом громадной иллюзии?
Атмосферный детектив о памяти, вине и поиске разгадки там, откуда ее никт…
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. Серия изощренных убийств, каждое из которых оформлено как кулинарный рецепт из позапрошлого века. Сл…
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. Серия изощренных убийств, каждое из которых оформлено как кулинарный рецепт из позапрошлого века. Сл…





















