социальная фантастика
Это вторая книга фантастической трилогии «Мы так живём».
В этот раз автор отправляет своих героев, Игоря Егорова и его друзей, в новые захватывающие приключения и не на близкую Луну, а на незнакомые планеты, отстоящие от
Земли на миллиарды и миллиар…
Это вторая книга фантастической трилогии «Мы так живём».
В этот раз автор отправляет своих героев, Игоря Егорова и его друзей, в новые захватывающие приключения и не на близкую Луну, а на незнакомые планеты, отстоящие от
Земли на миллиарды и миллиар…
Глобальное потепление превратило мир в высохшую пустыню с городами-призраками, но бизнесмен-футурист Гибсон Уэллс придумал, как спасти человечество, основав компанию Облако. Облако дает работу, жилье и надежду.
Пакстон потерял все, и его шанс – получ…
Глобальное потепление превратило мир в высохшую пустыню с городами-призраками, но бизнесмен-футурист Гибсон Уэллс придумал, как спасти человечество, основав компанию Облако. Облако дает работу, жилье и надежду.
Пакстон потерял все, и его шанс – получ…
История молодой девушки, открывшей в себе необычные способности по перемещению во времени, которые полностью изменили ее однообразную жизнь. Героиня попадает в жуткий водоворот событий, выйти из которого вряд ли сможет без потерь…
История молодой девушки, открывшей в себе необычные способности по перемещению во времени, которые полностью изменили ее однообразную жизнь. Героиня попадает в жуткий водоворот событий, выйти из которого вряд ли сможет без потерь…
В романе «Живи высочайшей милостью» тема упадка цивилизации переплетается с излюбленной темой Саймака – контактом с иным разумом. Но произведение пронизывает общий лейтмотив веры в разум, способный противостоять страхам и невежественности.
В романе «Живи высочайшей милостью» тема упадка цивилизации переплетается с излюбленной темой Саймака – контактом с иным разумом. Но произведение пронизывает общий лейтмотив веры в разум, способный противостоять страхам и невежественности.
«Мультивселенная с ее бесконечным числом альтернативных миров – это своего рода «сад расходящихся тропок», как назвал один из своих рассказов Борхес. И направление этих тропок зависит от каждого из нас. Когда кто-то говорит: «Ну, что я могу сделать, …
«Мультивселенная с ее бесконечным числом альтернативных миров – это своего рода «сад расходящихся тропок», как назвал один из своих рассказов Борхес. И направление этих тропок зависит от каждого из нас. Когда кто-то говорит: «Ну, что я могу сделать, …
Треть населения Земли в один момент открыла в себе способности, выходящие за грань человеческого понимания. Люди остались наедине с пьянящими возможностями и пугающей неизвестностью – Том и Диана не стали исключением. Каждый из них по-своему справляе…
Треть населения Земли в один момент открыла в себе способности, выходящие за грань человеческого понимания. Люди остались наедине с пьянящими возможностями и пугающей неизвестностью – Том и Диана не стали исключением. Каждый из них по-своему справляе…
Америка и Англия, Кингвуд-сити и Булвертон, виртуальный сценарий – и мир настоящий. Совпадения – вещь весьма заурядная, пока с ними не связано ничто экстремальное.
Агент ФБР Тереза Саймонс теряет мужа в стихийной перестрелке в пригороде Абилина. Похо…
Америка и Англия, Кингвуд-сити и Булвертон, виртуальный сценарий – и мир настоящий. Совпадения – вещь весьма заурядная, пока с ними не связано ничто экстремальное.
Агент ФБР Тереза Саймонс теряет мужа в стихийной перестрелке в пригороде Абилина. Похо…
«Беззумный Аддам» – третья часть трилогии, в которую входят «Орикс и Коростель» и «Год потопа». Книга получила восторженные отзывы критики, вошла в списки бестселлеров New York Times и Washington Post, была названа лучшей книгой по версии The Guardia…
«Беззумный Аддам» – третья часть трилогии, в которую входят «Орикс и Коростель» и «Год потопа». Книга получила восторженные отзывы критики, вошла в списки бестселлеров New York Times и Washington Post, была названа лучшей книгой по версии The Guardia…
Однажды в жизнь простого отечественного электрика врывается мистика.
Надо сказать что врывается она с ударом тока, так что…
Он теперь может разговаривать с духами, призраками.
Но Петрович не спешит подавать заявку на Битву Экстрасенсов. И привидения …
Однажды в жизнь простого отечественного электрика врывается мистика.
Надо сказать что врывается она с ударом тока, так что…
Он теперь может разговаривать с духами, призраками.
Но Петрович не спешит подавать заявку на Битву Экстрасенсов. И привидения …
После атомной войны Америка превратилась в темную мистическую версию Дикого Запада. Миром правят револьвер, жестокость и магия. Смерть – слишком важное дело, чтобы доверять его взрослым. Однорукий стрелок и двое детей – мальчик Джек и девочка Бетти –…
После атомной войны Америка превратилась в темную мистическую версию Дикого Запада. Миром правят револьвер, жестокость и магия. Смерть – слишком важное дело, чтобы доверять его взрослым. Однорукий стрелок и двое детей – мальчик Джек и девочка Бетти –…
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – п…
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – п…
«Гамлет Оганезов по прозвищу Омлет и Али Алиевич Алиев, для друзей просто Алик, возвращались из торгового центра «Кони-Айленд». У Омлета там был магазинчик, у Алика – два…»
«Гамлет Оганезов по прозвищу Омлет и Али Алиевич Алиев, для друзей просто Алик, возвращались из торгового центра «Кони-Айленд». У Омлета там был магазинчик, у Алика – два…»
В своем романе, заканчивающем «Калифорнийский триптих», Робинсон снова переносит нас в середину XXI века. Книга не является буквальным продолжением двух предыдущих романов. Вся трилогия – разные альтернативные версии одного мира. «Дикий берег» изобра…
В своем романе, заканчивающем «Калифорнийский триптих», Робинсон снова переносит нас в середину XXI века. Книга не является буквальным продолжением двух предыдущих романов. Вся трилогия – разные альтернативные версии одного мира. «Дикий берег» изобра…
Земля, 2144 год. Джек, ученый и борец с копирайтом, превратилась в пирата. В своей подводной лодке она занимается контрабандой – синтезирует и дешево продает копии дорогих лекарств. Но последняя партия «стимулятора работы» вызвала зависимость и ряд л…
Земля, 2144 год. Джек, ученый и борец с копирайтом, превратилась в пирата. В своей подводной лодке она занимается контрабандой – синтезирует и дешево продает копии дорогих лекарств. Но последняя партия «стимулятора работы» вызвала зависимость и ряд л…
«– А если… – начала было Янка.
– Без «если», – прервал Бричиков. – Кстати, если хочешь – кури.
Янка достала из сумочки пачку и закурила, закинув ногу на ногу.
– Все будет хорошо, – сказал Бричиков и улыбнулся…»
«– А если… – начала было Янка.
– Без «если», – прервал Бричиков. – Кстати, если хочешь – кури.
Янка достала из сумочки пачку и закурила, закинув ногу на ногу.
– Все будет хорошо, – сказал Бричиков и улыбнулся…»
«Когда разведчик с Ырхары подлетал к Земле, он и без анализаторов понял, что нашел то, что надо. Показания датчиков свидетельствовали о том, что планета покрыта морями и океанами воды, а в составе атмосферы – большое содержание кислорода. То есть на …
«Когда разведчик с Ырхары подлетал к Земле, он и без анализаторов понял, что нашел то, что надо. Показания датчиков свидетельствовали о том, что планета покрыта морями и океанами воды, а в составе атмосферы – большое содержание кислорода. То есть на …
Уровень Мирового океана поднялся, и улицы превратились в каналы. Каждый небоскреб стал островом. Но для обитателей площади Мэдисон Нью-Йорк 2140 года – вовсе не мертвый город. Рыночный торговец, который умеет найти новые возможности там, где другие н…
Уровень Мирового океана поднялся, и улицы превратились в каналы. Каждый небоскреб стал островом. Но для обитателей площади Мэдисон Нью-Йорк 2140 года – вовсе не мертвый город. Рыночный торговец, который умеет найти новые возможности там, где другие н…
«Ахалтекинец главнокомандующего шел как по струнке. Свита, несмотря на снеговые плюмажи, золотые аксельбанты, солнечные кирасы, несмотря на коней и оружие, рядом с богатырем Михаилом Александровичем казалась стайкой воробьев, вприскочку следующих за …
«Ахалтекинец главнокомандующего шел как по струнке. Свита, несмотря на снеговые плюмажи, золотые аксельбанты, солнечные кирасы, несмотря на коней и оружие, рядом с богатырем Михаилом Александровичем казалась стайкой воробьев, вприскочку следующих за …
Легенды слагаются о великих. Но в мире после Большой войны их почти не осталось. Первый Дзёнин появился, когда не стало ничего, и вернул людям надежду на будущее. Он научил их защищаться и верить в себя.
Теперь судьба Деревни в руках Катерины. Смогут…
Легенды слагаются о великих. Но в мире после Большой войны их почти не осталось. Первый Дзёнин появился, когда не стало ничего, и вернул людям надежду на будущее. Он научил их защищаться и верить в себя.
Теперь судьба Деревни в руках Катерины. Смогут…
«Любомудров с ненавистью и робкой надеждой взглянул на будильник. Нет, тот и не думал униматься, дребезжал во все децибелы. Игорь Евгеньевич по горькому опыту знал, что завода хватит еще минут на семь. Тут и безногий встанет…»
«Любомудров с ненавистью и робкой надеждой взглянул на будильник. Нет, тот и не думал униматься, дребезжал во все децибелы. Игорь Евгеньевич по горькому опыту знал, что завода хватит еще минут на семь. Тут и безногий встанет…»