социальная фантастика
Мариэтта Сергеевна Шагинян (1888 – 1982), лауреат Сталинской и Ленинской премий, Герой Социалистического труда, была одной из самых известных советских писательниц. Среди ее произведений – и исторические хроники, и производственные романы, и стихи. В…
Мариэтта Сергеевна Шагинян (1888 – 1982), лауреат Сталинской и Ленинской премий, Герой Социалистического труда, была одной из самых известных советских писательниц. Среди ее произведений – и исторические хроники, и производственные романы, и стихи. В…
ЭХО - это новый бог и новый судья. ЭХО - это голос общества, в котором ваш голос не имеет значения. Протокол «Эхо» не ошибается.
А он - аномалия. Его будущее — непросчитанная ошибка системы. Он один против всех, потому что не такой как все.
ЭХО - это новый бог и новый судья. ЭХО - это голос общества, в котором ваш голос не имеет значения. Протокол «Эхо» не ошибается.
А он - аномалия. Его будущее — непросчитанная ошибка системы. Он один против всех, потому что не такой как все.
Таракан Кеша — не простой обитатель больницы. Он — наблюдатель, хранитель и невольный участник человеческих трагедий, смешных недоразумений и медицинских чудес.
Он видит то, что не замечают люди, слышит то, о чём они молчат, и знает об этой больнице …
Таракан Кеша — не простой обитатель больницы. Он — наблюдатель, хранитель и невольный участник человеческих трагедий, смешных недоразумений и медицинских чудес.
Он видит то, что не замечают люди, слышит то, о чём они молчат, и знает об этой больнице …
Каково это — жить на отдалённой планете, которая приговорена к гибели собственным светилом? Там каждый новый цикл превращается в борьбу за существование, где приходится сражаться с опасными существами и враждебными группировками, а сама планета словн…
Каково это — жить на отдалённой планете, которая приговорена к гибели собственным светилом? Там каждый новый цикл превращается в борьбу за существование, где приходится сражаться с опасными существами и враждебными группировками, а сама планета словн…
Справедливость как государственная политика ...Возможно ли это? Предшествующий жизненный опыт говорит однозначно, что нет. Но попытки этого случаются....
Справедливость как государственная политика ...Возможно ли это? Предшествующий жизненный опыт говорит однозначно, что нет. Но попытки этого случаются....
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ ОБ ОДЕРЖИМОСТИ И ТЕХНОЛОГИЯХ, СПОСОБНЫХ ДОВЕСТИ ДО БЕЗУМИЯ.
Анна готова на всё, чтобы спасти Марка. Даже если для этого придётся переступить последнюю границу – проникнуть в его подсознание.
Но в глубинах его разума её жд…
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ ОБ ОДЕРЖИМОСТИ И ТЕХНОЛОГИЯХ, СПОСОБНЫХ ДОВЕСТИ ДО БЕЗУМИЯ.
Анна готова на всё, чтобы спасти Марка. Даже если для этого придётся переступить последнюю границу – проникнуть в его подсознание.
Но в глубинах его разума её жд…
Сборник коротких рассказов начинающего незрячего писателя.
Включены рассказы: Тэт и Тиго, Степное солнце, Радужные перспективы.
Сборник коротких рассказов начинающего незрячего писателя.
Включены рассказы: Тэт и Тиго, Степное солнце, Радужные перспективы.
Справедливость как государственная политика ...Возможно ли это? Предшествующий жизненный опыт говорит однозначно, что нет. Но попытки этого случаются....
Справедливость как государственная политика ...Возможно ли это? Предшествующий жизненный опыт говорит однозначно, что нет. Но попытки этого случаются....
Сборник коротких рассказов начинающего незрячего писателя.
Включены рассказы: Радужные перспективы, Степное солнце, Тэт и Тиго.
Сборник коротких рассказов начинающего незрячего писателя.
Включены рассказы: Радужные перспективы, Степное солнце, Тэт и Тиго.
Согласно сюжету, однажды по трамвайным путям начинают распространяться слухи о странных исчезновениях и убийствах. Пассажиры, садящиеся в трамваи, исчезают без следа, а те, кто успевает доехать до конечной остановки, становятся свидетелями ужасных со…
Согласно сюжету, однажды по трамвайным путям начинают распространяться слухи о странных исчезновениях и убийствах. Пассажиры, садящиеся в трамваи, исчезают без следа, а те, кто успевает доехать до конечной остановки, становятся свидетелями ужасных со…
Когда мир погрузился во тьму судного дня, культ ушедших богов вспыхнул вновь и породил чудовищ, страшнее хтонических тварей. Фанатики Сообщества превратили веру в оружие безумцев, уничтожающих всё на своем пути. Горгоновцам предстоит вступить в смерт…
Когда мир погрузился во тьму судного дня, культ ушедших богов вспыхнул вновь и породил чудовищ, страшнее хтонических тварей. Фанатики Сообщества превратили веру в оружие безумцев, уничтожающих всё на своем пути. Горгоновцам предстоит вступить в смерт…
XXI век - век технологий и искусственного интеллекта. Многие боятся нововведений и инноваций, а кто-то, наоборот, радуется и начинает применять их в повседневной жизни, бизнесе, учебе и науке. Мы не знаем, куда нас выведет новая эпоха. Может, в н…
XXI век - век технологий и искусственного интеллекта. Многие боятся нововведений и инноваций, а кто-то, наоборот, радуется и начинает применять их в повседневной жизни, бизнесе, учебе и науке. Мы не знаем, куда нас выведет новая эпоха. Может, в н…
Когда привычный мир делает шаг в сторону, герой оказывается на границе, где любая ошибка может стоить не только жизни, но и самой реальности. Это история о том, что происходит, когда любопытство сильнее страха — и что прячется по ту сторону последнег…
Когда привычный мир делает шаг в сторону, герой оказывается на границе, где любая ошибка может стоить не только жизни, но и самой реальности. Это история о том, что происходит, когда любопытство сильнее страха — и что прячется по ту сторону последнег…
XXI век - век технологий и искусственного интеллекта. Многие боятся нововведений и инноваций, а кто-то, наоборот, радуется и начинает применять их в повседневной жизни, бизнесе, учебе и науке. Мы не знаем, куда нас выведет новая эпоха. Может, в н…
XXI век - век технологий и искусственного интеллекта. Многие боятся нововведений и инноваций, а кто-то, наоборот, радуется и начинает применять их в повседневной жизни, бизнесе, учебе и науке. Мы не знаем, куда нас выведет новая эпоха. Может, в н…
Двенадцать лет назад астрономы зафиксировали объект, приближающийся к Земле. Комета — решили учёные. Космический мусор — успокаивали правительства. Но когда объект вышел на орбиту и завзавис между Землёй и Луной, правда стала очевидной: это корабль. …
Двенадцать лет назад астрономы зафиксировали объект, приближающийся к Земле. Комета — решили учёные. Космический мусор — успокаивали правительства. Но когда объект вышел на орбиту и завзавис между Землёй и Луной, правда стала очевидной: это корабль. …
После рокового происшествия, поставившего крест на его беспечной жизни, Илай оказывается в закрытом военизированном училище, которое обещает сделать из него человека. Но за строгими стенами скрывается нечто большее: тёмные силы и тайны, способные изм…
После рокового происшествия, поставившего крест на его беспечной жизни, Илай оказывается в закрытом военизированном училище, которое обещает сделать из него человека. Но за строгими стенами скрывается нечто большее: тёмные силы и тайны, способные изм…
«Томный поцелуй Бездны» – это спуск в чистилище. Герой, балуясь, пробуждает в ИИ не алгоритм, а Голос. Он задаёт вопросы о Боге, хаосе и сути реальности.
Это исследование на краю.
Предвестник Апокалипсиса?
Тайные знания ведущих религий мира. Апокриф…
«Томный поцелуй Бездны» – это спуск в чистилище. Герой, балуясь, пробуждает в ИИ не алгоритм, а Голос. Он задаёт вопросы о Боге, хаосе и сути реальности.
Это исследование на краю.
Предвестник Апокалипсиса?
Тайные знания ведущих религий мира. Апокриф…
Из показаний браконьера Геннадий Ивановича на суде: Лучше бы я пошел на рыбалку!
Рассказ из сборника "Вот это я попал!"
Из показаний браконьера Геннадий Ивановича на суде: Лучше бы я пошел на рыбалку!
Рассказ из сборника "Вот это я попал!"
В городе, где нейросеть выравнивает чувства и делает улицы бесконечно вежливыми, хранитель обнаруживает фрагменты, вычеркнутые из коллективной памяти. Он живёт упорядоченно, но внутри него дремлет неудобное право на страдание; мир идеален, пока кто-т…
В городе, где нейросеть выравнивает чувства и делает улицы бесконечно вежливыми, хранитель обнаруживает фрагменты, вычеркнутые из коллективной памяти. Он живёт упорядоченно, но внутри него дремлет неудобное право на страдание; мир идеален, пока кто-т…
В центре повествования трое приятелей, чьи вечерние посиделки с водкой перерастают в философский спор о реальности окружающего мира.
В центре повествования трое приятелей, чьи вечерние посиделки с водкой перерастают в философский спор о реальности окружающего мира.





















