современная русская литература
Обжорный ряд — исчезнувший торговый квартал в самом сердце Москвы, где с XVII века кормили бедняков щами без мяса. Он жил триста лет, ушёл под землю в 1930-е и был заново найден археологами в 1990-е. Новелла о месте, которого нет на карте, но которое…
Обжорный ряд — исчезнувший торговый квартал в самом сердце Москвы, где с XVII века кормили бедняков щами без мяса. Он жил триста лет, ушёл под землю в 1930-е и был заново найден археологами в 1990-е. Новелла о месте, которого нет на карте, но которое…
Владислава видит чужие смерти. Не все — только тех, кто пересекается с её судьбой. Каждую ночь она проживает последние минуты чужой жизни. А потом просыпается. И записывает в блокнот.
Но есть то, что она не может объяснить. В каждом сне есть мужчина.…
Владислава видит чужие смерти. Не все — только тех, кто пересекается с её судьбой. Каждую ночь она проживает последние минуты чужой жизни. А потом просыпается. И записывает в блокнот.
Но есть то, что она не может объяснить. В каждом сне есть мужчина.…
Обжорный ряд — исчезнувший торговый квартал в самом сердце Москвы, где с XVII века кормили бедняков щами без мяса. Он жил триста лет, ушёл под землю в 1930-е и был заново найден археологами в 1990-е. Новелла о месте, которого нет на карте, но которое…
Обжорный ряд — исчезнувший торговый квартал в самом сердце Москвы, где с XVII века кормили бедняков щами без мяса. Он жил триста лет, ушёл под землю в 1930-е и был заново найден археологами в 1990-е. Новелла о месте, которого нет на карте, но которое…
Я помню, как лежал у того самого столба, глядя в бездонное, равнодушное небо, и чувствовал, как пульсирует боль в ноге, становясь всё тяжелее и горячее. А он, этот «божий одуванчик», вместо того чтобы вызвать скорую, суетился вокруг своей разбитой фа…
Я помню, как лежал у того самого столба, глядя в бездонное, равнодушное небо, и чувствовал, как пульсирует боль в ноге, становясь всё тяжелее и горячее. А он, этот «божий одуванчик», вместо того чтобы вызвать скорую, суетился вокруг своей разбитой фа…
Глубокая и поэтичная история о том, что наша жизнь — это не просто мгновение, а вклад в вечность. О том, что каждый день мы выбираем, каким следом останемся в памяти поколений.
Глубокая и поэтичная история о том, что наша жизнь — это не просто мгновение, а вклад в вечность. О том, что каждый день мы выбираем, каким следом останемся в памяти поколений.
Но пришлось уехать, частникам помешали, мы же могли сразу 10 «карпал» без хлеба оставить за один рейс. Несколько раз съездил с ними в Ялту, потом они молча стали «сами с усами».
Но я успел в Ялте неплохо пару раз в челюсть получить, ведь обнагл…
Но пришлось уехать, частникам помешали, мы же могли сразу 10 «карпал» без хлеба оставить за один рейс. Несколько раз съездил с ними в Ялту, потом они молча стали «сами с усами».
Но я успел в Ялте неплохо пару раз в челюсть получить, ведь обнагл…
Это жесткая, мужская проза, которая не предлагает простых ответов, но точно попадает в болевой нерв современного отношения человека к окружающему миру. Трагическая история волчьей семьи, живущей у подножия Горы. После жестокого нападения вооруженных …
Это жесткая, мужская проза, которая не предлагает простых ответов, но точно попадает в болевой нерв современного отношения человека к окружающему миру. Трагическая история волчьей семьи, живущей у подножия Горы. После жестокого нападения вооруженных …
Почти по Пушкину. Современная Татьяна на пороге зрелости, когда жизнь была "другому отдана", всё-таки встречает настоящую любовь.
Почти по Пушкину. Современная Татьяна на пороге зрелости, когда жизнь была "другому отдана", всё-таки встречает настоящую любовь.
Умереть в 65 лет, будучи лучшим ювелиром-экспертом Очнуться в теле 17-летнего подмастерья? Судьба любит злые шутки. Мой разум это энциклопедия технологий XXI века, а руки помнят работу с микронами. Вокруг меня мир примитивных инструментов и грубых ме…
Умереть в 65 лет, будучи лучшим ювелиром-экспертом Очнуться в теле 17-летнего подмастерья? Судьба любит злые шутки. Мой разум это энциклопедия технологий XXI века, а руки помнят работу с микронами. Вокруг меня мир примитивных инструментов и грубых ме…
Московский- житель- Константин- решил навести порядок по вопросу ПАмятников Великим Писателям и Поэтам России в Москве. С этой целью- под предлогом Друга мэра- проникает в Мэрию- общается с мэром- и выходит с достоинством из ситуации. Юмор- на грани …
Московский- житель- Константин- решил навести порядок по вопросу ПАмятников Великим Писателям и Поэтам России в Москве. С этой целью- под предлогом Друга мэра- проникает в Мэрию- общается с мэром- и выходит с достоинством из ситуации. Юмор- на грани …
В этой книге сплетаются множество историй — про будни, в которых детское «мне страшно», «мне обидно», «я не справляюсь» тонет в равнодушном «не выдумывай» и «будь взрослым». Взрослые, сами когда то заставленные прятать свои чувства, не замечают, …
В этой книге сплетаются множество историй — про будни, в которых детское «мне страшно», «мне обидно», «я не справляюсь» тонет в равнодушном «не выдумывай» и «будь взрослым». Взрослые, сами когда то заставленные прятать свои чувства, не замечают, …
Размышления пожилого человека о прошлом и будущем молодежи, прерванные теплым разговором с подростками.
Размышления пожилого человека о прошлом и будущем молодежи, прерванные теплым разговором с подростками.
Как не скинуть фул-хаус, и чтобы каре не переехало, и чтобы сразу раз - и выиграл, и ушел с победой в руках...
Как не скинуть фул-хаус, и чтобы каре не переехало, и чтобы сразу раз - и выиграл, и ушел с победой в руках...
Котёнок был махонький, серый, с глазами, в которых помещалась вся неизъяснимая тоска мироздания. Едва очутившись на полу, он метнулся под комод и сидел там три дня, как чиновник, застигнутый ревизией. Фома Фомич ходил вокруг на цыпочках, шептал: «Кыс…
Котёнок был махонький, серый, с глазами, в которых помещалась вся неизъяснимая тоска мироздания. Едва очутившись на полу, он метнулся под комод и сидел там три дня, как чиновник, застигнутый ревизией. Фома Фомич ходил вокруг на цыпочках, шептал: «Кыс…
История Зайтуна, чье детство разрушила жестокость одноклассников, а жизнь спасло милосердие. Спустя много лет девочка, виновная в его травле, став врачом Ольгой Петровной, борется за его жизнь после тяжелой травмы на стройке. Их пути символично перес…
История Зайтуна, чье детство разрушила жестокость одноклассников, а жизнь спасло милосердие. Спустя много лет девочка, виновная в его травле, став врачом Ольгой Петровной, борется за его жизнь после тяжелой травмы на стройке. Их пути символично перес…
Сатирический рассказ о столкновении журналистики и судебной системы. Журналист, защищающийся в суде от иска коррумпированного чиновника, побеждает благодаря хладнокровию судьи, которая срывает телефонные звонки во время судебного заседания. Рассказ «…
Сатирический рассказ о столкновении журналистики и судебной системы. Журналист, защищающийся в суде от иска коррумпированного чиновника, побеждает благодаря хладнокровию судьи, которая срывает телефонные звонки во время судебного заседания. Рассказ «…
Амалия мечтает стать дизайнером, любить и самой выбирать своё будущее. Случайная встреча в книжном магазине и потерянный кулон связывают её с Мансуром — наследником строительной компании. Их разговоры становятся всё откровеннее, а встречи — всё дорож…
Амалия мечтает стать дизайнером, любить и самой выбирать своё будущее. Случайная встреча в книжном магазине и потерянный кулон связывают её с Мансуром — наследником строительной компании. Их разговоры становятся всё откровеннее, а встречи — всё дорож…
Сборник стихов Андрея Мисюрина «Солдатский дом» — это глубокое погружение в мир военной и гражданской жизни России через призму личного опыта и исторических событий. В книге переплетаются темы патриотизма, воинской доблести, памяти о подвигах предков…
Сборник стихов Андрея Мисюрина «Солдатский дом» — это глубокое погружение в мир военной и гражданской жизни России через призму личного опыта и исторических событий. В книге переплетаются темы патриотизма, воинской доблести, памяти о подвигах предков…
Немного о ней - о любви. Кинематографичная и напряженная история любви на фоне репрессий 1930-х годов. Автору удались яркие детали эпохи, дерзкий побег влюбленных под вагонами и сильный финальный твист с подменой поездов.
Немного о ней - о любви. Кинематографичная и напряженная история любви на фоне репрессий 1930-х годов. Автору удались яркие детали эпохи, дерзкий побег влюбленных под вагонами и сильный финальный твист с подменой поездов.
В Уфе случайная цепочка событий связывает судьбы разных людей вокруг лотерейного билета и телефона, приводя к кражам, трагедии и неожиданным встречам.
На этом фоне слепой пациент возвращает зрение, а таксист и одинокая женщина находят друг друга.
В Уфе случайная цепочка событий связывает судьбы разных людей вокруг лотерейного билета и телефона, приводя к кражам, трагедии и неожиданным встречам.
На этом фоне слепой пациент возвращает зрение, а таксист и одинокая женщина находят друг друга.





















