современная русская литература

Комар
5
Рассказы о бытовых ситуациях, истории из жизни современников автора, забавные и трагические страницы, которые могли случиться с любым из вас. Каждый рассказ - характер или пример из жизни, на котором можно научиться или пролистать дальше. Или найти …
Рассказы о бытовых ситуациях, истории из жизни современников автора, забавные и трагические страницы, которые могли случиться с любым из вас. Каждый рассказ - характер или пример из жизни, на котором можно научиться или пролистать дальше. Или найти …
Сердечко
3
Это документальная, почти детективная история о том, как человек незадолго до семидесяти лет решил подработать на фрилансе и попал в сети хорошо организованных мошенников. Сначала — тишина и отказы на бирже, затем первый обман, а после — заманчивое п…
Это документальная, почти детективная история о том, как человек незадолго до семидесяти лет решил подработать на фрилансе и попал в сети хорошо организованных мошенников. Сначала — тишина и отказы на бирже, затем первый обман, а после — заманчивое п…
Четыре билета
3
Алиса едет к морю с Кириллом и почти уверена: в этой поездке он сделает ей предложение. Вероника отправляется в тот же тур с Артёмом — мужчиной, с которым её будущее тоже кажется решённым. Четыре билета. Две пары. Один маршрут. Но ночная поломка авто…
Алиса едет к морю с Кириллом и почти уверена: в этой поездке он сделает ей предложение. Вероника отправляется в тот же тур с Артёмом — мужчиной, с которым её будущее тоже кажется решённым. Четыре билета. Две пары. Один маршрут. Но ночная поломка авто…
Батя на время
4
— Вадим Тимофеевич, не знаете, как так вышло, что я вдруг стала замужней? — стараюсь говорить спокойным, ровным голосом, хотя внутри всё клокочет от еле сдерживаемой злости. — Ах да! Валентина, совсем забыл сказать. Пока вы были в больнице, нас пожен…
— Вадим Тимофеевич, не знаете, как так вышло, что я вдруг стала замужней? — стараюсь говорить спокойным, ровным голосом, хотя внутри всё клокочет от еле сдерживаемой злости. — Ах да! Валентина, совсем забыл сказать. Пока вы были в больнице, нас пожен…
Живая
4
Лето 2017 года. Посёлок, где жара плавит асфальт, а единственный собеседник — вентилятор, натужно разгоняющий горячий воздух. Натали шестнадцать, и её будущее кажется давно расписано кем-то другим: факультет, который она не выбирала, жизнь, которую о…
Лето 2017 года. Посёлок, где жара плавит асфальт, а единственный собеседник — вентилятор, натужно разгоняющий горячий воздух. Натали шестнадцать, и её будущее кажется давно расписано кем-то другим: факультет, который она не выбирала, жизнь, которую о…
Генетическая лотерея
3
Анна выиграла генетическую лотерею. И поэтому её жизнь больше ей не принадлежит. В недалёком будущем государство внедряет программу для повышения здоровья и репродукции нации, распределяя граждан по генетическому статусу. Анна относится к редкой кате…
Анна выиграла генетическую лотерею. И поэтому её жизнь больше ей не принадлежит. В недалёком будущем государство внедряет программу для повышения здоровья и репродукции нации, распределяя граждан по генетическому статусу. Анна относится к редкой кате…
здесь не ложится снег
5
Посёлок Гривцы, юг Кузбасса, три тысячи двести человек. Под ним с 2003 года горит угольный пласт: на горе Тёплой не держится снег, из трещин тянет серой, зимой угорают по двое-трое за сезон, и это считается бытовухой. Тушить не тушат — есть только пр…
Посёлок Гривцы, юг Кузбасса, три тысячи двести человек. Под ним с 2003 года горит угольный пласт: на горе Тёплой не держится снег, из трещин тянет серой, зимой угорают по двое-трое за сезон, и это считается бытовухой. Тушить не тушат — есть только пр…
Нить памяти и свет любви. Фантастический роман
5
На краю древнего леса, в деревне Великое Озеро, держит границу между мирами последняя хранительница — Калина. Когда прорехи в ткани мира начинают расти, она переходит по ту сторону и становится якорем, удерживающим мир от распада. Цена — память. С ка…
На краю древнего леса, в деревне Великое Озеро, держит границу между мирами последняя хранительница — Калина. Когда прорехи в ткани мира начинают расти, она переходит по ту сторону и становится якорем, удерживающим мир от распада. Цена — память. С ка…
Познание жизни
4
Этот сборник разбивает зеркала реальности и помогает понять, что каждый человек по-своему видит жизнь. Здесь вы обнаружите, что: Ваша "правда" лишь одна из миллиона версий. Тишина между людьми самый красноречивый диалог. Чужая боль становится понятно…
Этот сборник разбивает зеркала реальности и помогает понять, что каждый человек по-своему видит жизнь. Здесь вы обнаружите, что: Ваша "правда" лишь одна из миллиона версий. Тишина между людьми самый красноречивый диалог. Чужая боль становится понятно…
Pet Me If You Can
5
Want an immortal pet? Unpack the Yandex box. Scratch the cat behind the ear. Activation complete. He's always there. Reminds you about your pills, purrs. The perfect companion for a lonely woman with a disabled son. But he records every sigh, every c…
Want an immortal pet? Unpack the Yandex box. Scratch the cat behind the ear. Activation complete. He's always there. Reminds you about your pills, purrs. The perfect companion for a lonely woman with a disabled son. But he records every sigh, every c…
Шут
5
История о необычном мальчике по прозвищу Шут, наделенном даром-видеть истинную сущность людей и отражать ее в своем поведении. Поначалу это кажется лишь игрой-яркие представления, остроумные реплики. Но постепенно Шут понимает: его дар способен не пр…
История о необычном мальчике по прозвищу Шут, наделенном даром-видеть истинную сущность людей и отражать ее в своем поведении. Поначалу это кажется лишь игрой-яркие представления, остроумные реплики. Но постепенно Шут понимает: его дар способен не пр…
Заткнись
4
Петербург, наши дни. Молодой учёный Илья Аксенов просыпается в больничной палате после попытки самоубийства. Он отчётливо помнит, что действительно пытался себя убить, помнит, что писал предсмертную записку, но совершенно не помнит и не понимает, зач…
Петербург, наши дни. Молодой учёный Илья Аксенов просыпается в больничной палате после попытки самоубийства. Он отчётливо помнит, что действительно пытался себя убить, помнит, что писал предсмертную записку, но совершенно не помнит и не понимает, зач…
Позволь мне разгадать тебя
4
Я знаю его всю жизнь, наши семьи живут в соседних домах. Когда-то он казался мне простым и понятным, а потом резко изменился и отдалился от меня. Я это пережила, продолжила смотреть вперед с высоко поднятой головой. Но неожиданно все изменилось, когд…
Я знаю его всю жизнь, наши семьи живут в соседних домах. Когда-то он казался мне простым и понятным, а потом резко изменился и отдалился от меня. Я это пережила, продолжила смотреть вперед с высоко поднятой головой. Но неожиданно все изменилось, когд…
Выстрел в себя
3
1986 год, Тбилиси. Учитель начальной военной подготовки вспоминает историю, которая осталась с ним на всю жизнь. В русско-грузинской школе есть Сергей Меринский — сын офицера, внешне обычный, но жестокий к тем, кто слабее. Его жертва — тихий, старате…
1986 год, Тбилиси. Учитель начальной военной подготовки вспоминает историю, которая осталась с ним на всю жизнь. В русско-грузинской школе есть Сергей Меринский — сын офицера, внешне обычный, но жестокий к тем, кто слабее. Его жертва — тихий, старате…
Засада на Карлсона
3
Одна крыша. Одна ночь. Два Карлсона. И ни одного пропеллера. Сначала они просто хотели посмотреть на Москву с высоты. Потом — познакомиться с Карлсоном. Потом — сфотографироваться с ночным фотографом. А потом на крыше появился человек с верёвкой. Зво…
Одна крыша. Одна ночь. Два Карлсона. И ни одного пропеллера. Сначала они просто хотели посмотреть на Москву с высоты. Потом — познакомиться с Карлсоном. Потом — сфотографироваться с ночным фотографом. А потом на крыше появился человек с верёвкой. Зво…
Маршрут на выходные
4
Эта книга родилась не из желания дать ответы. Она родилась из тишины, в которой привычные ответы перестали работать. У себя в кабинете я часто наблюдаю, как люди, привыкшие всё держать под контролем, вдруг сталкиваются с тем, что контролировать нельз…
Эта книга родилась не из желания дать ответы. Она родилась из тишины, в которой привычные ответы перестали работать. У себя в кабинете я часто наблюдаю, как люди, привыкшие всё держать под контролем, вдруг сталкиваются с тем, что контролировать нельз…
Мороз по жести
3
Ожившая деревянная статуя с добрым сердцем решается на ограбление музея ради спасения семерых братьев, но языческая богиня превращает это в мистическую схватку добра со злом. Андрей Рубанов – писатель, автор многих книг, среди которых роман “Сажайте…
Ожившая деревянная статуя с добрым сердцем решается на ограбление музея ради спасения семерых братьев, но языческая богиня превращает это в мистическую схватку добра со злом. Андрей Рубанов – писатель, автор многих книг, среди которых роман “Сажайте…
Вопросы к психу... себе
3
Это не инструкция по тому, как стать счастливее, и не история человека, который уже нашёл ответы на все вопросы. Это разговор с собой, который слишком долго откладывался. О детстве, родителях, злости, тревоге, семье, незаконченных делах, страхе стать…
Это не инструкция по тому, как стать счастливее, и не история человека, который уже нашёл ответы на все вопросы. Это разговор с собой, который слишком долго откладывался. О детстве, родителях, злости, тревоге, семье, незаконченных делах, страхе стать…
Шут
5
История о необычном мальчике по прозвищу Шут, наделенном даром-видеть истинную сущность людей и отражать ее в своем поведении. Поначалу это кажется лишь игрой-яркие представления, остроумные реплики. Но постепенно Шут понимает: его дар способен не пр…
История о необычном мальчике по прозвищу Шут, наделенном даром-видеть истинную сущность людей и отражать ее в своем поведении. Поначалу это кажется лишь игрой-яркие представления, остроумные реплики. Но постепенно Шут понимает: его дар способен не пр…
Как пишутся романы
3
Сильное убивает слабое. Когда-то и меня топтали. Мои первые тексты рвали в клочья критики, куда более жестокие, чем я. Они смеялись мне в лицо, называли выскочкой. Было больно. Унизительно. Но они не убили меня, потому что я оказался сильнее их. Злос…
Сильное убивает слабое. Когда-то и меня топтали. Мои первые тексты рвали в клочья критики, куда более жестокие, чем я. Они смеялись мне в лицо, называли выскочкой. Было больно. Унизительно. Но они не убили меня, потому что я оказался сильнее их. Злос…

Популярные авторы