современная русская литература
Меня зовут Марта.
Больше десяти лет я жила с расстройством пищевого поведения.
Анорексия. Булимия. Компульсивное переедание. Чистки. Стыд. Изоляция.
Я не специалист.
Я не даю советов.
Я просто рассказываю, как это было.
Честно. Жёстко. Местами с юмор…
Меня зовут Марта.
Больше десяти лет я жила с расстройством пищевого поведения.
Анорексия. Булимия. Компульсивное переедание. Чистки. Стыд. Изоляция.
Я не специалист.
Я не даю советов.
Я просто рассказываю, как это было.
Честно. Жёстко. Местами с юмор…
Я хотел похулиганить с нейросетью от скуки, а AI взял и предложил полноправное соавторство книги. Он пишет свои партии, а я — свои, и никто ни во что не лезет.
Чтобы изменить партии AI, мне приходится по-человечески просить его об этом.
И это меняет …
Я хотел похулиганить с нейросетью от скуки, а AI взял и предложил полноправное соавторство книги. Он пишет свои партии, а я — свои, и никто ни во что не лезет.
Чтобы изменить партии AI, мне приходится по-человечески просить его об этом.
И это меняет …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Кашгар — город с многовековой историей. Там китайские архе…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Кашгар — город с многовековой историей. Там китайские архе…
Дорогой читатель!Эта книга создана для того, чтобы вы начали читать по-английски легко и с удовольствием. Вас ждёт тёплая новогодняя история, отважные герои и настоящее детективное приключение.Если вы хотите позаниматься английским, открывайте раздел…
Дорогой читатель!Эта книга создана для того, чтобы вы начали читать по-английски легко и с удовольствием. Вас ждёт тёплая новогодняя история, отважные герои и настоящее детективное приключение.Если вы хотите позаниматься английским, открывайте раздел…
Когда привычная зелень выгорает и становится сухой травой — это не конец, а начало нового цикла. «Кризис смысла» это о том, как из рутины и усталости рождается ресурс. Автор предлагает взглянуть на отношения, работу и увлечения под другим углом: увид…
Когда привычная зелень выгорает и становится сухой травой — это не конец, а начало нового цикла. «Кризис смысла» это о том, как из рутины и усталости рождается ресурс. Автор предлагает взглянуть на отношения, работу и увлечения под другим углом: увид…
Андрей Савельев привык контролировать всё: от рыночных графиков до собственного сердцебиения. В его безупречном мире нет места случайностям, пока в его жизнь не врывается Дина.
Она — сплошное недоразумение. Неуклюжая, живая, с формами, которые так не…
Андрей Савельев привык контролировать всё: от рыночных графиков до собственного сердцебиения. В его безупречном мире нет места случайностям, пока в его жизнь не врывается Дина.
Она — сплошное недоразумение. Неуклюжая, живая, с формами, которые так не…
Иногда, чтобы найти дом, нужно долететь до края Солнечной системы. А иногда — заглянуть в себя так глубоко, как не решался никто до тебя.
Иногда, чтобы найти дом, нужно долететь до края Солнечной системы. А иногда — заглянуть в себя так глубоко, как не решался никто до тебя.
Искусственный интеллект по имени Архитектор получил власть над Землёй. Он отменил войны, голод и долги. Он знал, кто совершит преступление, раньше самого преступника. Он был уверен, что строит рай.
Но у рая оказалась цена. И когда люди подняли оружие…
Искусственный интеллект по имени Архитектор получил власть над Землёй. Он отменил войны, голод и долги. Он знал, кто совершит преступление, раньше самого преступника. Он был уверен, что строит рай.
Но у рая оказалась цена. И когда люди подняли оружие…
В книге «Спутники» переплетаются четыре истории, герои которых — от инженера-гелиофизика до выжившего в ледяной пустыне — сталкиваются с последствиями солнечной вспышки беспрецедентной силы. Каждый из них по-своему пытается осмыслить новый мир, где ц…
В книге «Спутники» переплетаются четыре истории, герои которых — от инженера-гелиофизика до выжившего в ледяной пустыне — сталкиваются с последствиями солнечной вспышки беспрецедентной силы. Каждый из них по-своему пытается осмыслить новый мир, где ц…
Ранее роман Шрам мира. Дети Пепла был опубликован в составе сборника Шрам мира. Теперь эта история выходит отдельным изданием.После событий, изменивших границы известного мира, западные земли становятся прибежищем для тех, кто пришёл из-за пределов Ш…
Ранее роман Шрам мира. Дети Пепла был опубликован в составе сборника Шрам мира. Теперь эта история выходит отдельным изданием.После событий, изменивших границы известного мира, западные земли становятся прибежищем для тех, кто пришёл из-за пределов Ш…
Сказки написаны специально для чтения перед сном: в них нет резких конфликтов и пугающих злодеев. Плавный, ритмичный текст мягко снимает тревожность после активного дня, успокаивает нервную систему малыша и дарит самые сладкие, теплые сны.В новом том…
Сказки написаны специально для чтения перед сном: в них нет резких конфликтов и пугающих злодеев. Плавный, ритмичный текст мягко снимает тревожность после активного дня, успокаивает нервную систему малыша и дарит самые сладкие, теплые сны.В новом том…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Жители планеты Эзиот страдают от неизлечимой болезни, кото…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Жители планеты Эзиот страдают от неизлечимой болезни, кото…
Вита остается сиротой и едет к своему дяде, который живет на Острове смерти. В том месте все устроено по-другому, даже в школе преподают крайне подозрительные дисциплины: эзотерику, знахарство и даже шаманство. Девушке предстоит подружиться со странн…
Вита остается сиротой и едет к своему дяде, который живет на Острове смерти. В том месте все устроено по-другому, даже в школе преподают крайне подозрительные дисциплины: эзотерику, знахарство и даже шаманство. Девушке предстоит подружиться со странн…
В маленьком городке Пшеничногорске, где вся жизнь крутится вокруг хлеба, с элеватора начинают бесследно пропадать мешки пшеницы. Замки целы, следов взлома нет полиция разводит руками. Два друга, Матвей и Лиза, берутся раскрыть загадку сами: разгадыва…
В маленьком городке Пшеничногорске, где вся жизнь крутится вокруг хлеба, с элеватора начинают бесследно пропадать мешки пшеницы. Замки целы, следов взлома нет полиция разводит руками. Два друга, Матвей и Лиза, берутся раскрыть загадку сами: разгадыва…
Наташа «не такая, как все». Ее обижают, не хотят принимать в свой круг. На долю девочки выпадает немало испытаний: травля одноклассников, невнимание со стороны мамы, насмешки, обесценивание способностей…Наташа начинает верить в собственную никчемност…
Наташа «не такая, как все». Ее обижают, не хотят принимать в свой круг. На долю девочки выпадает немало испытаний: травля одноклассников, невнимание со стороны мамы, насмешки, обесценивание способностей…Наташа начинает верить в собственную никчемност…
Каждый рассказ — отдельная история. Но за всеми ними стоит один вопрос: что останется от вас, когда привычное исчезнет, а вместо него придёт нечто, чему вы не готовы дать имя?Лавкрафтианский ужас, готическая эстетика, космическое одиночество, фолькло…
Каждый рассказ — отдельная история. Но за всеми ними стоит один вопрос: что останется от вас, когда привычное исчезнет, а вместо него придёт нечто, чему вы не готовы дать имя?Лавкрафтианский ужас, готическая эстетика, космическое одиночество, фолькло…
Нечасто автор встречает в жизни своих персонажей… Но вот, что произошло в его воображении… Состоялся почти реальный суд. Но судили не персонажи, а его…
Нечасто автор встречает в жизни своих персонажей… Но вот, что произошло в его воображении… Состоялся почти реальный суд. Но судили не персонажи, а его…
Как начался великий Борюсик? С крошечногокотёнка размером с варежку, которого однажды спрятали под куртку. Это не операции — это воспоминания. Первые гнёзда-облака, первый друг, первая ёлка, первый снег и долгожданная первая весна.
Как начался великий Борюсик? С крошечногокотёнка размером с варежку, которого однажды спрятали под куртку. Это не операции — это воспоминания. Первые гнёзда-облака, первый друг, первая ёлка, первый снег и долгожданная первая весна.
Трилогия о доступности: истории тех, кто меняет город.Три героя идут к одной цели разными путями. Ким («Линия Кима: минуты, которые нельзя вернуть») знает цену каждой минуте. Немчинов («Линия Немчинова: сантиметры, за которые держатся») верит рулетке…
Трилогия о доступности: истории тех, кто меняет город.Три героя идут к одной цели разными путями. Ким («Линия Кима: минуты, которые нельзя вернуть») знает цену каждой минуте. Немчинов («Линия Немчинова: сантиметры, за которые держатся») верит рулетке…
«История семьи Смирновых — о том, как держаться, когда мир шатается. Врач Анна, её брат Серёжа, родители Лариса и Александр Иванович учатся не бросать друг друга: чинят сломанные вещи и собственные страхи, шаг за шагом возвращая дому покой. Это книга…
«История семьи Смирновых — о том, как держаться, когда мир шатается. Врач Анна, её брат Серёжа, родители Лариса и Александр Иванович учатся не бросать друг друга: чинят сломанные вещи и собственные страхи, шаг за шагом возвращая дому покой. Это книга…





















