современная русская литература
За жизнью Веры и Арсения Ланских следят миллионы. Семейный блог «Всё хорошо» вырос вместе с их семьёй: любовь, трое детей, работа, успех — и привычка делиться частью своей жизни с другими.
Когда новая технология обещает освободить их от постоянной съ…
За жизнью Веры и Арсения Ланских следят миллионы. Семейный блог «Всё хорошо» вырос вместе с их семьёй: любовь, трое детей, работа, успех — и привычка делиться частью своей жизни с другими.
Когда новая технология обещает освободить их от постоянной съ…
«В школе выживает сильнейший. И далеко не всегда это ученик»
Что происходит, когда молодой идеалист с «синдромом отличницы» сталкивается с суровой реальностью государственной системы? Как не потерять себя среди бесконечных отчетов, родительских чатов…
«В школе выживает сильнейший. И далеко не всегда это ученик»
Что происходит, когда молодой идеалист с «синдромом отличницы» сталкивается с суровой реальностью государственной системы? Как не потерять себя среди бесконечных отчетов, родительских чатов…
Однажды летом Елена оставляет детей с бабушкой и идёт сорок минут через жаркий Ахтубинск ради чашки кофе, которую могла бы выпить дома. В кофейне она записывает на чёрной салфетке десять желаний: Куба, зимнее море, новая профессия, собственная кварти…
Однажды летом Елена оставляет детей с бабушкой и идёт сорок минут через жаркий Ахтубинск ради чашки кофе, которую могла бы выпить дома. В кофейне она записывает на чёрной салфетке десять желаний: Куба, зимнее море, новая профессия, собственная кварти…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Камю однажды написал, что Сизифа надо представить счастлив…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Камю однажды написал, что Сизифа надо представить счастлив…
В лихие девяностые все средства были хороши для достижения цели... Вот парочка этих журналюг и промышляла ремеслом телекиллеров.
В лихие девяностые все средства были хороши для достижения цели... Вот парочка этих журналюг и промышляла ремеслом телекиллеров.
Иногда память – единственное, что удерживает человечество от гибели.
Две сестры, Зойка и Василиса, сталкиваются с организацией, которая крадёт память. За спинами Отступников скрывается могущественный Держатель Забвения. Его цель – навсегда закрыть Дв…
Иногда память – единственное, что удерживает человечество от гибели.
Две сестры, Зойка и Василиса, сталкиваются с организацией, которая крадёт память. За спинами Отступников скрывается могущественный Держатель Забвения. Его цель – навсегда закрыть Дв…
Ангелина продолжает знакомить Даню с подсказками Бога. И открывает ему главную тайну.
А хотите узнать, как связаны Дмитрий Билан и Килиан Мбаппе, Рембрандт и Александр Пушкин, Киану Ривз и Криштиану Роналду, Роберт Де Ниро и Александр Овечкин, Владим…
Ангелина продолжает знакомить Даню с подсказками Бога. И открывает ему главную тайну.
А хотите узнать, как связаны Дмитрий Билан и Килиан Мбаппе, Рембрандт и Александр Пушкин, Киану Ривз и Криштиану Роналду, Роберт Де Ниро и Александр Овечкин, Владим…
Порой сны бывают вещие и приносят несчастье... Счастье если всё это кончается небольшими потерями...
Порой сны бывают вещие и приносят несчастье... Счастье если всё это кончается небольшими потерями...
Турист в чужой стране в бессознательном состоянии попадает в больницу. В его карманах – чужие документы. Кто поможет вернуть ему собственное имя? Какую цену заплатят люди, которые будут спасать его? Ведь ни одно доброе дело не должно остаться безнака…
Турист в чужой стране в бессознательном состоянии попадает в больницу. В его карманах – чужие документы. Кто поможет вернуть ему собственное имя? Какую цену заплатят люди, которые будут спасать его? Ведь ни одно доброе дело не должно остаться безнака…
Её карьера безупречна. Её подразделение — лидер отрасли. Её личная жизнь — катастрофа.
Ксения привыкла контролировать всё: сроки, бюджеты, команды. Но отношения снова и снова выходят из‑под контроля: женатые мужчины, измены, альфонсы… Пока в одном из…
Её карьера безупречна. Её подразделение — лидер отрасли. Её личная жизнь — катастрофа.
Ксения привыкла контролировать всё: сроки, бюджеты, команды. Но отношения снова и снова выходят из‑под контроля: женатые мужчины, измены, альфонсы… Пока в одном из…
Порой сны бывают вещие и приносят несчастье... Счастье если всё это кончается небольшими потерями...
Порой сны бывают вещие и приносят несчастье... Счастье если всё это кончается небольшими потерями...
После Перехода человечество избавилось от неточности. В новом языке нет места метафорам, эмоциям и лишним смыслам. За чистотой языка следит Департамент Лингвистической Чистоты, а Юрий - один из лучших его сотрудников.
Он годами стирал слова. Пока одн…
После Перехода человечество избавилось от неточности. В новом языке нет места метафорам, эмоциям и лишним смыслам. За чистотой языка следит Департамент Лингвистической Чистоты, а Юрий - один из лучших его сотрудников.
Он годами стирал слова. Пока одн…
Когда я ехал в этот город, я думал, что знаю, что такое смерть. Я ошибался.
Я видел, как люди умирают. Я нюхал их кровь. Я слышал, как пули входят в тела. Но я не знал, что можно умереть, не переставая дышать.
Я приехал в «Адище». Город, где война ст…
Когда я ехал в этот город, я думал, что знаю, что такое смерть. Я ошибался.
Я видел, как люди умирают. Я нюхал их кровь. Я слышал, как пули входят в тела. Но я не знал, что можно умереть, не переставая дышать.
Я приехал в «Адище». Город, где война ст…
Осторожно. Эти стихи оставляют шрамы.
Она не спрашивает разрешения говорить — её слова выгрызены из молчания и режут по живому. Здесь рушатся стереотипы, сгорают маски, трещит по швам броня амазонки. Любовь к судьбе – не исповедь, а боевой клич. …
Осторожно. Эти стихи оставляют шрамы.
Она не спрашивает разрешения говорить — её слова выгрызены из молчания и режут по живому. Здесь рушатся стереотипы, сгорают маски, трещит по швам броня амазонки. Любовь к судьбе – не исповедь, а боевой клич. …
Булгаков - единственный из всех писателей, упомянутых в этой книге, умер в собственной постели. Под присмотром врачей. На руках у жены. Тогда, как Есенин и Маяковский, как утверждает официальная пропаганда, покончили с собой. Хотя. И в том, и в друго…
Булгаков - единственный из всех писателей, упомянутых в этой книге, умер в собственной постели. Под присмотром врачей. На руках у жены. Тогда, как Есенин и Маяковский, как утверждает официальная пропаганда, покончили с собой. Хотя. И в том, и в друго…
















