современная русская литература
Яркий, живой гротеск приправленный жизненной правдой.
Роман-фельетон для тех, кто скучает по Гоголю, Зощенко и Ильфу с Петровым, но с фирменным «зашибенским абсурдом».
Русская провинция. Графская конюшня, ныне - Дом культуры. Во главе - быв…
Яркий, живой гротеск приправленный жизненной правдой.
Роман-фельетон для тех, кто скучает по Гоголю, Зощенко и Ильфу с Петровым, но с фирменным «зашибенским абсурдом».
Русская провинция. Графская конюшня, ныне - Дом культуры. Во главе - быв…
Эта книга – жест преодоления времени. В ней проза и поэзия смыкаются не по законам жанра, а по общему праву быть причастными к судьбе поэта Николая Гумилёва – классика Серебряного века. Здесь нет ни музейной пыли, ни помпезных подражаний – только поп…
Эта книга – жест преодоления времени. В ней проза и поэзия смыкаются не по законам жанра, а по общему праву быть причастными к судьбе поэта Николая Гумилёва – классика Серебряного века. Здесь нет ни музейной пыли, ни помпезных подражаний – только поп…
Русские поэты Тютчев и Фед стояли у истоков этой книги стихотворений, где чувства человека тесно соприкасаются с окружающим миром. Они подсказали автору, как ярче изобразить русскую природу в поэзии.
Русские поэты Тютчев и Фед стояли у истоков этой книги стихотворений, где чувства человека тесно соприкасаются с окружающим миром. Они подсказали автору, как ярче изобразить русскую природу в поэзии.
Здравствуйте, дорогие читатели! Это книга о том, что мы в поисках во внешнем мире того, чьим источником являемся мы сами.
Здравствуйте, дорогие читатели! Это книга о том, что мы в поисках во внешнем мире того, чьим источником являемся мы сами.
Рассказ о том, как начиналось знакомство людей с кредитными картами и об инцидентах, которые при этом происходили в одной организации.
Рассказ о том, как начиналось знакомство людей с кредитными картами и об инцидентах, которые при этом происходили в одной организации.
Рассказ о подростке, который решил заниматься бальными танцами, чтобы быть ближе к девочке, в которую влюбился.
Рассказ о подростке, который решил заниматься бальными танцами, чтобы быть ближе к девочке, в которую влюбился.
По воле неизвестных сил в современный мир за пару дней до смерти, историки-любители возвращают Сталина, создав невероятную машину.
Великий вождь знакомится с современным миром и очень быстро пробивается наверх, пройдя сложнейший путь от завхоза учебн…
По воле неизвестных сил в современный мир за пару дней до смерти, историки-любители возвращают Сталина, создав невероятную машину.
Великий вождь знакомится с современным миром и очень быстро пробивается наверх, пройдя сложнейший путь от завхоза учебн…
Ишимбай, конец девяностых. Для семнадцатилетней Миляуши настоящий ад разворачивается не на улицах, а дома. У нее одна мечта - закончить школу и уехать из этого ада.. А пока единственным убежищем от реальности для нее стали книги и учеба. Она научилас…
Ишимбай, конец девяностых. Для семнадцатилетней Миляуши настоящий ад разворачивается не на улицах, а дома. У нее одна мечта - закончить школу и уехать из этого ада.. А пока единственным убежищем от реальности для нее стали книги и учеба. Она научилас…
Как оставаться хорошей, любящей мамой, если твоя собственная душа разбита на осколки отголосками детских травм?
Каково это — выходить на сцену, неизменно переплавляя свою боль в художественные образы, в то время как твое человеческое существование за…
Как оставаться хорошей, любящей мамой, если твоя собственная душа разбита на осколки отголосками детских травм?
Каково это — выходить на сцену, неизменно переплавляя свою боль в художественные образы, в то время как твое человеческое существование за…
1993 год. Бывший настройщик заводской службы точного времени Михаил Арсеньев пытается спасти от торгов старый дом-мастерскую. Его дочь Вера, архивист городского музея, хочет сохранить вместе с домом семейные бумаги и напольные часы, которые много лет…
1993 год. Бывший настройщик заводской службы точного времени Михаил Арсеньев пытается спасти от торгов старый дом-мастерскую. Его дочь Вера, архивист городского музея, хочет сохранить вместе с домом семейные бумаги и напольные часы, которые много лет…
Даша живет в режиме нон-стоп: работа, командировки, бесконечные гостиничные номера, похожие один на другой. Когда-то она выбрала карьеру и достигла успеха, а личную жизнь отложила «на потом». Теперь это «потом» превратилось в пустоту, но остановиться…
Даша живет в режиме нон-стоп: работа, командировки, бесконечные гостиничные номера, похожие один на другой. Когда-то она выбрала карьеру и достигла успеха, а личную жизнь отложила «на потом». Теперь это «потом» превратилось в пустоту, но остановиться…
После смерти матери реставратор Лида Воронцова хочет закрыть старую мастерскую и уехать из Ладожина. Но протечка перемешивает бирки, и четверо клиентов получают чужие вещи: карманные часы, голубую чашку, детские красные сапожки и пустой футляр от скр…
После смерти матери реставратор Лида Воронцова хочет закрыть старую мастерскую и уехать из Ладожина. Но протечка перемешивает бирки, и четверо клиентов получают чужие вещи: карманные часы, голубую чашку, детские красные сапожки и пустой футляр от скр…
Элен пытается вписаться в этот мир, который всегда был к ней недружелюбным. И вот когда у нее это почти получилось – ну или она так думала, судьба заносит ее в совершенно непривычные условия, далеко от благ цивилизации. Началось все как по шаблону: л…
Элен пытается вписаться в этот мир, который всегда был к ней недружелюбным. И вот когда у нее это почти получилось – ну или она так думала, судьба заносит ее в совершенно непривычные условия, далеко от благ цивилизации. Началось все как по шаблону: л…
Звукорежиссёр Нина Ланская готовит к закрытию старый Дом радио в Ладовом и обнаруживает невозможное свойство архивной студии: оригинальная магнитная лента позволяет вернуться в прошлое ровно на время одной песни. Наблюдателя никто не видит и не слыши…
Звукорежиссёр Нина Ланская готовит к закрытию старый Дом радио в Ладовом и обнаруживает невозможное свойство архивной студии: оригинальная магнитная лента позволяет вернуться в прошлое ровно на время одной песни. Наблюдателя никто не видит и не слыши…
Семь глубоких и пронзительных историй, в центре которых — судьбы обычных людей, столкнувшихся с непростыми жизненными испытаниями. Первая любовь и зрелое чувство, дружба и предательство, поиск себя и преодоление предрассудков - всё это есть в книге. …
Семь глубоких и пронзительных историй, в центре которых — судьбы обычных людей, столкнувшихся с непростыми жизненными испытаниями. Первая любовь и зрелое чувство, дружба и предательство, поиск себя и преодоление предрассудков - всё это есть в книге. …
Сборник коротких новелл соавторов Анастасии Поляковой (Сидорочевой) и Артема Лобчука. Три захватывающих истории о людях, волею судьбы оказавшихся на жизненном перепутье, и об их неожиданном выборе своего пути.
Содержит нецензурную брань.
Сборник коротких новелл соавторов Анастасии Поляковой (Сидорочевой) и Артема Лобчука. Три захватывающих истории о людях, волею судьбы оказавшихся на жизненном перепутье, и об их неожиданном выборе своего пути.
Содержит нецензурную брань.
Есть книги-саги, книги-трагедии, в них громыхают войны, рвутся судьбы, стучат колесами поезда, вертятся турбины горя. У этой книги тихий гром, и тихий стук, и тихий шаг. Тик-так — время в ней идет назад, время возвращается в память. Говорят, мы уходи…
Есть книги-саги, книги-трагедии, в них громыхают войны, рвутся судьбы, стучат колесами поезда, вертятся турбины горя. У этой книги тихий гром, и тихий стук, и тихий шаг. Тик-так — время в ней идет назад, время возвращается в память. Говорят, мы уходи…
Семь глубоких и пронзительных историй, в центре которых — судьбы обычных людей, столкнувшихся с непростыми жизненными испытаниями. Первая любовь и зрелое чувство, дружба и предательство, поиск себя и преодоление предрассудков - всё это есть в книге. …
Семь глубоких и пронзительных историй, в центре которых — судьбы обычных людей, столкнувшихся с непростыми жизненными испытаниями. Первая любовь и зрелое чувство, дружба и предательство, поиск себя и преодоление предрассудков - всё это есть в книге. …
Нерадивый начинающий писатель Григорий никак не может отпустить старый образ, рождённый ещё в юные года. Он пытается, но не может преодолеть себя.
Нерадивый начинающий писатель Григорий никак не может отпустить старый образ, рождённый ещё в юные года. Он пытается, но не может преодолеть себя.
Роман-мессендж («роман-сообщение»), в котором главный герой не способен говорить, но не может молчать.
Антоний Типов - двадцатилетний немой сторителлер, видеоблогер, ведущий свой ежедневный контент в формате записей, отображаемых на экране ноутбука …
Роман-мессендж («роман-сообщение»), в котором главный герой не способен говорить, но не может молчать.
Антоний Типов - двадцатилетний немой сторителлер, видеоблогер, ведущий свой ежедневный контент в формате записей, отображаемых на экране ноутбука …





















