современная русская литература
Мир изменился.
Он стал тише, страннее, местами пустыннее. Здесь легко увязнуть в страхах, тяжелых воспоминаниях, одиночестве и тоске о том, что уже не вернуть. Но даже в таком мире можно продолжать идти вперёд.
Волчонок отправляется вслед за Маяком н…
Мир изменился.
Он стал тише, страннее, местами пустыннее. Здесь легко увязнуть в страхах, тяжелых воспоминаниях, одиночестве и тоске о том, что уже не вернуть. Но даже в таком мире можно продолжать идти вперёд.
Волчонок отправляется вслед за Маяком н…
Этот роман — глубокая психологическая драма о поиске смысла жизни, личного счастья и порой трагичных способах разрешения внутренних конфликтов.Это откровенная, почти исповедальная история молодой женщины, которая прошла путь от неуверенной, замкнутой…
Этот роман — глубокая психологическая драма о поиске смысла жизни, личного счастья и порой трагичных способах разрешения внутренних конфликтов.Это откровенная, почти исповедальная история молодой женщины, которая прошла путь от неуверенной, замкнутой…
Кафе, где хамство — главное блюдо, а вежливость не входит в меню. Место, где унижение клиентов возведено в принцип, а названия блюд могут оскорбить кого угодно. Осмелишься заглянуть?
Кафе, где хамство — главное блюдо, а вежливость не входит в меню. Место, где унижение клиентов возведено в принцип, а названия блюд могут оскорбить кого угодно. Осмелишься заглянуть?
«Медведь» был девятым. Ковчег рухнул на Тею и стал горой — коконом, где человечество выживало полтора века. Здесь мутировали, забыли Землю и научились слышать голос планеты. Но Земля не забыла их. Когда с орбиты приходит крейсер, чтобы изъять техноло…
«Медведь» был девятым. Ковчег рухнул на Тею и стал горой — коконом, где человечество выживало полтора века. Здесь мутировали, забыли Землю и научились слышать голос планеты. Но Земля не забыла их. Когда с орбиты приходит крейсер, чтобы изъять техноло…
В провинциальном городе Заречье, где единственным развлечением для молодежи остается выживание среди ржавых гаражей и бетонных коробок, четверо подростков создают группу. Их цель — не просто победить на национальном фестивале «Новая волна улиц», а вз…
В провинциальном городе Заречье, где единственным развлечением для молодежи остается выживание среди ржавых гаражей и бетонных коробок, четверо подростков создают группу. Их цель — не просто победить на национальном фестивале «Новая волна улиц», а вз…
После неожиданного убийства нашим героям предстоит выяснить что замышляет "Кровожадный медведь".
После неожиданного убийства нашим героям предстоит выяснить что замышляет "Кровожадный медведь".
Что происходит, когда самый хитрый зверь леса встречает того, кого невозможно обмануть?
Это не просто сказка о лисе и сове. Это история о страхе близости, свободе, одиночестве, мудрости и выборе, который однажды приходится сделать каждому. Под маскам…
Что происходит, когда самый хитрый зверь леса встречает того, кого невозможно обмануть?
Это не просто сказка о лисе и сове. Это история о страхе близости, свободе, одиночестве, мудрости и выборе, который однажды приходится сделать каждому. Под маскам…
В сорок лет я получила от бывшего мужа горный отель. На бумаге — актив стоимостью девяносто два миллиона. В реальности — пустой счет, просроченные зарплаты, опасное крыло и кредит, который банк готов потребовать досрочно.
Кирилл уверен, что я не спра…
В сорок лет я получила от бывшего мужа горный отель. На бумаге — актив стоимостью девяносто два миллиона. В реальности — пустой счет, просроченные зарплаты, опасное крыло и кредит, который банк готов потребовать досрочно.
Кирилл уверен, что я не спра…
Возможно кто-то удивится, но русский язык сейчас изучают во многих странах мира: в школах, институтах и на различных языковых платформах.
Я преподаю русский язык иностранцам на одной из таких платформ. На уроках, чтобы разговорить моих студентов, я …
Возможно кто-то удивится, но русский язык сейчас изучают во многих странах мира: в школах, институтах и на различных языковых платформах.
Я преподаю русский язык иностранцам на одной из таких платформ. На уроках, чтобы разговорить моих студентов, я …
Красивая история о любви, которая не смотрит в зеркало. О тишине, которая громче любого колокола. О рыжей девушке со шрамами на руках и о хромом звонаре, который триста лет ждал, когда кто-то не испугается его лица.
Красивая история о любви, которая не смотрит в зеркало. О тишине, которая громче любого колокола. О рыжей девушке со шрамами на руках и о хромом звонаре, который триста лет ждал, когда кто-то не испугается его лица.
В этой истории не будет ни победителей, ни проигравших. Лишь те, кто отдал слишком много, чтобы спасти то, что было дорого, и те, кто никогда не остановится, даже когда ставки станут слишком высоки.
Здесь нет случайностей.
Здесь не прощают ошибок.
Зд…
В этой истории не будет ни победителей, ни проигравших. Лишь те, кто отдал слишком много, чтобы спасти то, что было дорого, и те, кто никогда не остановится, даже когда ставки станут слишком высоки.
Здесь нет случайностей.
Здесь не прощают ошибок.
Зд…
Эта книга — увлекательный мистический роман, полный сверхъестественных элементов и неожиданных сюжетных поворотов. Главная героиня обладает редким даром — она способна видеть мир за гранью и общаться с существами, невидимыми обычным людям. Этот дар о…
Эта книга — увлекательный мистический роман, полный сверхъестественных элементов и неожиданных сюжетных поворотов. Главная героиня обладает редким даром — она способна видеть мир за гранью и общаться с существами, невидимыми обычным людям. Этот дар о…
Книга-исповедь, написанная в начале нулевых, но понятная каждому, кто когда-либо любил, терял и находил себя в чужих песнях и стихах.
Лекарство от пустоты. Капсула времени, 2000-2006 гг.
Сегодня, в мире пластиковых эмоций, отредактированных лиц и ней…
Книга-исповедь, написанная в начале нулевых, но понятная каждому, кто когда-либо любил, терял и находил себя в чужих песнях и стихах.
Лекарство от пустоты. Капсула времени, 2000-2006 гг.
Сегодня, в мире пластиковых эмоций, отредактированных лиц и ней…
«Записки соцработника. Суть. Истории, которые не рассказывают»
Рассказы в книге расположены не по темам, а в хронологии моих профессиональных воспоминаний. Именно так события сохранились в памяти и постепенно стали литературными историями.
Все они об…
«Записки соцработника. Суть. Истории, которые не рассказывают»
Рассказы в книге расположены не по темам, а в хронологии моих профессиональных воспоминаний. Именно так события сохранились в памяти и постепенно стали литературными историями.
Все они об…
Ты чувствуешь? Нет? Значит, чип работает После ядерной войны человечество спряталось в подземных секторах. Правительство и искусственный интеллект Нулевой управляют всем: рождаемостью, работой, мыслями, ресурсами. Люди не чувствуют страха, радости, г…
Ты чувствуешь? Нет? Значит, чип работает После ядерной войны человечество спряталось в подземных секторах. Правительство и искусственный интеллект Нулевой управляют всем: рождаемостью, работой, мыслями, ресурсами. Люди не чувствуют страха, радости, г…
Санкт-Петербург — город, где каждый камень будто хранит чью-то историю, а ветер с Невы доносит отголоски тысяч судеб. В этом сборнике коротких рассказов город перестаёт быть просто фоном: он становится полноправным героем, который шепчет тайны, подки…
Санкт-Петербург — город, где каждый камень будто хранит чью-то историю, а ветер с Невы доносит отголоски тысяч судеб. В этом сборнике коротких рассказов город перестаёт быть просто фоном: он становится полноправным героем, который шепчет тайны, подки…
«Казино любви. Исповедь бывшей жертвы абьюза» – это психологическая драма, где личная история автора сплетает воедино боль, бесконечные предательства и внутреннюю силу. Это практическое пособие профессионального КПТ-психолога, прошедшего через ад, дл…
«Казино любви. Исповедь бывшей жертвы абьюза» – это психологическая драма, где личная история автора сплетает воедино боль, бесконечные предательства и внутреннюю силу. Это практическое пособие профессионального КПТ-психолога, прошедшего через ад, дл…
Что если точка схода — не место на карте, а мгновение, когда маршрут перестаёт быть функцией, а становится вопросом?
Я жила в промежутке между внешними импульсами, пока однажды не заметила: вертикаль не там, где её ищут.
Это не роман-побег. Это иссле…
Что если точка схода — не место на карте, а мгновение, когда маршрут перестаёт быть функцией, а становится вопросом?
Я жила в промежутке между внешними импульсами, пока однажды не заметила: вертикаль не там, где её ищут.
Это не роман-побег. Это иссле…
– Кирочка, у меня для тебя подарок, – протягивает сестренка, расплываясь в улыбке. – Вернее, у нас Олежек, ты скажешь или я?
– Давай ты, – деловито протягивает мой муж.
– Я беременна, дорогая! От твоего мужа. Теперь мы все будем счастливы, да? Ну, ск…
– Кирочка, у меня для тебя подарок, – протягивает сестренка, расплываясь в улыбке. – Вернее, у нас Олежек, ты скажешь или я?
– Давай ты, – деловито протягивает мой муж.
– Я беременна, дорогая! От твоего мужа. Теперь мы все будем счастливы, да? Ну, ск…
Тайны многоквартирного дома сплетаются из гула лифтов и шепота за стенами. Каждый этаж – отдельная вселенная, со своими созвездиями судеб и личными драмами. За дверью с поцарапанной краской может скрываться художник-затворник, чей гений признают лишь…
Тайны многоквартирного дома сплетаются из гула лифтов и шепота за стенами. Каждый этаж – отдельная вселенная, со своими созвездиями судеб и личными драмами. За дверью с поцарапанной краской может скрываться художник-затворник, чей гений признают лишь…





















