современная русская литература
Она выжила на алтаре безумца, но заплатила за это дорогую цену. Она связана с Раданфиром. Но что это значит? Теперь Алису охотится император, желающий подчинить тьму. Скрываясь в княжестве Эльбор, она становится наследницей престола, заводит опасные …
Она выжила на алтаре безумца, но заплатила за это дорогую цену. Она связана с Раданфиром. Но что это значит? Теперь Алису охотится император, желающий подчинить тьму. Скрываясь в княжестве Эльбор, она становится наследницей престола, заводит опасные …
Главный герой Андрей Лукьяненко переехал в новый город со своей мамой. Он пытается найти новых друзей, но безысходно. Он любил прогуливаться по крышам и смотреть на закат, и во время одной из такой прогулки, он встретил его. И его жизнь заиграла новы…
Главный герой Андрей Лукьяненко переехал в новый город со своей мамой. Он пытается найти новых друзей, но безысходно. Он любил прогуливаться по крышам и смотреть на закат, и во время одной из такой прогулки, он встретил его. И его жизнь заиграла новы…
Шарвили — имя легендарного лезгинского богатыря, обладавшего силой, пока его ноги касались родной земли. Студент института гражданской авиации, названный в честь эпического героя, строит свою жизнь, пытаясь соединить влечение сердца и верность миссии…
Шарвили — имя легендарного лезгинского богатыря, обладавшего силой, пока его ноги касались родной земли. Студент института гражданской авиации, названный в честь эпического героя, строит свою жизнь, пытаясь соединить влечение сердца и верность миссии…
Это не роман. Не учебник. Не мемуары.
Это архив. Собрание свидетельств, записанных разными голосами в разное время. Здесь Штурман прокладывает курс через Ψ-поле. Здесь Самак рассказывает притчи, которые лечат душу. Здесь звучат Псалмы — Grape-импуль…
Это не роман. Не учебник. Не мемуары.
Это архив. Собрание свидетельств, записанных разными голосами в разное время. Здесь Штурман прокладывает курс через Ψ-поле. Здесь Самак рассказывает притчи, которые лечат душу. Здесь звучат Псалмы — Grape-импуль…
приключенческих рассказов о войне в тылу врага, где партизанская борьба переплетается с шпионским триллером, а каждая победа может оказаться частью чужой игры.
приключенческих рассказов о войне в тылу врага, где партизанская борьба переплетается с шпионским триллером, а каждая победа может оказаться частью чужой игры.
Книга Алины Луны " Случайность которая изменила всё"-короткий роман посвященный тому, что любовь можно найти везде. Книга предназначена для детей старших двенадцати лет и взрослым.
Книга Алины Луны " Случайность которая изменила всё"-короткий роман посвященный тому, что любовь можно найти везде. Книга предназначена для детей старших двенадцати лет и взрослым.
История Роберта — это ода первой любви, оборванной жестокостью обстоятельств. Когда в его жизнь входит загадочная новенькая, мир переворачивается, но вместе с тем трещат по швам старые дружеские связи — приятели чувствуют себя брошенными и всё чаще о…
История Роберта — это ода первой любви, оборванной жестокостью обстоятельств. Когда в его жизнь входит загадочная новенькая, мир переворачивается, но вместе с тем трещат по швам старые дружеские связи — приятели чувствуют себя брошенными и всё чаще о…
Манекен в витрине центрального универмага наблюдает за жизнью Лены — от девочки с огромными белыми бантами до женщины, потерявшей сына. Сорок лет он стоит за стеклом, впитывая отражения эпохи: очереди за водкой в девяностых, дефолт, Чечню, первый iPh…
Манекен в витрине центрального универмага наблюдает за жизнью Лены — от девочки с огромными белыми бантами до женщины, потерявшей сына. Сорок лет он стоит за стеклом, впитывая отражения эпохи: очереди за водкой в девяностых, дефолт, Чечню, первый iPh…
Пятнадцать лет автобусное сиденье хранило тепло своих пассажиров. Обычные +36,6 – и особенные +37,2, когда в мае 2001 года Сергей впервые взял Ирину за локоть. Здесь были их встречи, свадьба, ссоры, разлука. Сиденье помнило всё: как падала температур…
Пятнадцать лет автобусное сиденье хранило тепло своих пассажиров. Обычные +36,6 – и особенные +37,2, когда в мае 2001 года Сергей впервые взял Ирину за локоть. Здесь были их встречи, свадьба, ссоры, разлука. Сиденье помнило всё: как падала температур…
41 год. 16 этажей. Одна чугунная труба, которая слышала всё. Пьяница Васька, чьи четыре бутылки по пятницам стали ритуалом длиною в жизнь. Женщина с восьмого этажа, выбросившая свадебное фото и обручальное кольцо. Гена, семнадцать лет писавший письма…
41 год. 16 этажей. Одна чугунная труба, которая слышала всё. Пьяница Васька, чьи четыре бутылки по пятницам стали ритуалом длиною в жизнь. Женщина с восьмого этажа, выбросившая свадебное фото и обручальное кольцо. Гена, семнадцать лет писавший письма…
Последняя ночь старого таксофона на пустыре. Утром его демонтируют. А пока ток ещё течёт по проводам, сквозь шум и статику прорываются голоса. Пьяный из 1998-го, ищущий Любу. Мальчик, исправивший двойку. Старик, которого бросил сын. Раиса Петровна с …
Последняя ночь старого таксофона на пустыре. Утром его демонтируют. А пока ток ещё течёт по проводам, сквозь шум и статику прорываются голоса. Пьяный из 1998-го, ищущий Любу. Мальчик, исправивший двойку. Старик, которого бросил сын. Раиса Петровна с …
Они были сшиты в 1980-м на фабрике «Большевичка» для сильных духом. Туфли 37-го размера прошли через три женских судьбы, три эпохи, три жизни. Молодая учительница Анна купила их на первую зарплату, танцевала в них на свадьбе, а после развода спрятала…
Они были сшиты в 1980-м на фабрике «Большевичка» для сильных духом. Туфли 37-го размера прошли через три женских судьбы, три эпохи, три жизни. Молодая учительница Анна купила их на первую зарплату, танцевала в них на свадьбе, а после развода спрятала…
23 года одно стекло смотрело на улицу. Оно помнит всё: ночь, когда двое грабителей пили чай с сушками, а рыжая кошка Муся царапнула дверь, изменив ход событий. Помнит пьяных, влюблённых, плачущих, счастливых. Помнит руки Сергея, который когда-то иска…
23 года одно стекло смотрело на улицу. Оно помнит всё: ночь, когда двое грабителей пили чай с сушками, а рыжая кошка Муся царапнула дверь, изменив ход событий. Помнит пьяных, влюблённых, плачущих, счастливых. Помнит руки Сергея, который когда-то иска…
Обычная койка в общежитии №3 стала немым свидетелем сорока трёх лет человеческих судеб. Здесь отчаянно зубрил сопромат молодой Гена Корольков, ещё не знающий, что его неотправленные письма станут легендой. Здесь плакали над философией, прятались от п…
Обычная койка в общежитии №3 стала немым свидетелем сорока трёх лет человеческих судеб. Здесь отчаянно зубрил сопромат молодой Гена Корольков, ещё не знающий, что его неотправленные письма станут легендой. Здесь плакали над философией, прятались от п…
«Люди забыли эту истину, – сказал Лис. – Но ты не должен её забывать. Мы всегда будем в ответе за тех, кого приручили. И ты отвечаешь за свою розу».
Да, я читал Антуана де Сент-Экзюпери, но не в двенадцать лет, а несколько позже. Однако это не снима…
«Люди забыли эту истину, – сказал Лис. – Но ты не должен её забывать. Мы всегда будем в ответе за тех, кого приручили. И ты отвечаешь за свою розу».
Да, я читал Антуана де Сент-Экзюпери, но не в двенадцать лет, а несколько позже. Однако это не снима…
«От дисморфофобии к тишине» — это путешествие по лабиринтам человеческой души.
Каково это — каждый день просыпаться с ощущением, что ты не дотягиваешь до идеальных стандартов красоты, не умеешь говорить твердое «нет» и постоянно глушишь фоновую трево…
«От дисморфофобии к тишине» — это путешествие по лабиринтам человеческой души.
Каково это — каждый день просыпаться с ощущением, что ты не дотягиваешь до идеальных стандартов красоты, не умеешь говорить твердое «нет» и постоянно глушишь фоновую трево…
Что, если все, во что ты веришь, – ложь, рожденная страхом и одиночеством?
А может, наоборот: ложь – это то, что называют реальностью?
Эмилия Глацких – семнадцатилетняя девушка, обвиненная в серии убийств, которых не совершала. Единственный, в смерт…
Что, если все, во что ты веришь, – ложь, рожденная страхом и одиночеством?
А может, наоборот: ложь – это то, что называют реальностью?
Эмилия Глацких – семнадцатилетняя девушка, обвиненная в серии убийств, которых не совершала. Единственный, в смерт…
На безымянный берег пришли люди, уверенные, что смогут построить новый мир.
И очень скоро поняли: эта земля не сдаётся без крови.
Здесь каждый шаг оставляет след, а любая слабость стоит жизни.
Война перестаёт быть событием — она становится привычкой.…
На безымянный берег пришли люди, уверенные, что смогут построить новый мир.
И очень скоро поняли: эта земля не сдаётся без крови.
Здесь каждый шаг оставляет след, а любая слабость стоит жизни.
Война перестаёт быть событием — она становится привычкой.…
Небольшой поэтический рассказик о любви. История, которой увлекает с первых строк. Для тех, кто верит в мистику, в судьбу, в стремление жить и учиться жить.
Небольшой поэтический рассказик о любви. История, которой увлекает с первых строк. Для тех, кто верит в мистику, в судьбу, в стремление жить и учиться жить.
«7 теней между нами: От теней — к диалогу, который сближает» — психологический комикс о преодолении недопонимания в отношениях.
7 типичных сценариев, которые мешают партнёрам слышать друг друга. 7 шагов, чтобы превратить молчаливые обиды в честный ра…
«7 теней между нами: От теней — к диалогу, который сближает» — психологический комикс о преодолении недопонимания в отношениях.
7 типичных сценариев, которые мешают партнёрам слышать друг друга. 7 шагов, чтобы превратить молчаливые обиды в честный ра…





















