современная русская литература
Огромна наша Сибирь. На ее просторах живут люди увлеченные, душевные, открытые, любящие свой суровый край. Как ведет себя человек в будничной жизни и экстремальной обстановке? Этими вопросами задаётся писатель Владимир Киреев. Автор пишет просто и по…
Огромна наша Сибирь. На ее просторах живут люди увлеченные, душевные, открытые, любящие свой суровый край. Как ведет себя человек в будничной жизни и экстремальной обстановке? Этими вопросами задаётся писатель Владимир Киреев. Автор пишет просто и по…
Шестнадцать лет они жили в стерильном мире, где каждый вдох был регламентирован, а будущее — просчитано алгоритмами «Авангард-Био». Но когда банда подростков с сотого этажа обнаруживает, что их жизни — лишь часть бесконечного процесса утилизации, они…
Шестнадцать лет они жили в стерильном мире, где каждый вдох был регламентирован, а будущее — просчитано алгоритмами «Авангард-Био». Но когда банда подростков с сотого этажа обнаруживает, что их жизни — лишь часть бесконечного процесса утилизации, они…
На краю старого села, среди полей и дорог, стоит могучий дуб — живой свидетель смены поколений. Он помнит пожары и грозы, голодные годы и тихие летние полдни. Его корни уходят глубоко в землю, а крона касается неба. Когда-то он кормил людей желудями …
На краю старого села, среди полей и дорог, стоит могучий дуб — живой свидетель смены поколений. Он помнит пожары и грозы, голодные годы и тихие летние полдни. Его корни уходят глубоко в землю, а крона касается неба. Когда-то он кормил людей желудями …
Обычная фарфоровая чашка с голубой каёмкой и маленьким васильком на боку — казалось бы, просто посуда. Но за двадцать лет жизни на кухонном столе она стала чем-то большим: хранительницей утренних встреч, ночных разговоров и тихих минут одиночества. В…
Обычная фарфоровая чашка с голубой каёмкой и маленьким васильком на боку — казалось бы, просто посуда. Но за двадцать лет жизни на кухонном столе она стала чем-то большим: хранительницей утренних встреч, ночных разговоров и тихих минут одиночества. В…
Это история одного листа — самого верхнего, самого упрямого, который родился позже всех и дольше всех держался на ветке. Весь сентябрь он смотрел, как падают братья и сёстры, и боялся отпустить. Ветер звал его, старшие листья предупреждали, а земля в…
Это история одного листа — самого верхнего, самого упрямого, который родился позже всех и дольше всех держался на ветке. Весь сентябрь он смотрел, как падают братья и сёстры, и боялся отпустить. Ветер звал его, старшие листья предупреждали, а земля в…
В забытой деревне среди лесов жила старуха Марфа, которая умела прясть не просто нити — она вплетала в них воспоминания, запахи, тепло и саму жизнь. Её полотно согревало, лечило и хранило память ушедших. Когда нить обрывалась, она вздыхала, как живое…
В забытой деревне среди лесов жила старуха Марфа, которая умела прясть не просто нити — она вплетала в них воспоминания, запахи, тепло и саму жизнь. Её полотно согревало, лечило и хранило память ушедших. Когда нить обрывалась, она вздыхала, как живое…
Первое сентября. Белая рубашка, новый рюкзак, крепко сжатая мамина рука. Для одного мальчика этот день становится точкой отсчёта: вчера ещё было лето, качели и босые пятки в траве, а сегодня — школа. Большое здание с высокими окнами, строгие портреты…
Первое сентября. Белая рубашка, новый рюкзак, крепко сжатая мамина рука. Для одного мальчика этот день становится точкой отсчёта: вчера ещё было лето, качели и босые пятки в траве, а сегодня — школа. Большое здание с высокими окнами, строгие портреты…
Книга «Флейта в жёлтом футляре» — это сборник проникновенных и философских новелл, объединённых одной сквозной темой: целительной, преображающей и объединяющей силой музыки. Под символичным эпиграфом «Музыка не говорит о жизни — она живёт сама» разво…
Книга «Флейта в жёлтом футляре» — это сборник проникновенных и философских новелл, объединённых одной сквозной темой: целительной, преображающей и объединяющей силой музыки. Под символичным эпиграфом «Музыка не говорит о жизни — она живёт сама» разво…
Мы всё проходим свой жизненный путь по разному! Почему и зачем Рина прошла этот жизненный путь?! Столько ошибок и переживаний, нервных потрясений, необдуманных глупых поступков, чтобы понять что и прийти к чему? .. Предательство, воровство, проститу…
Мы всё проходим свой жизненный путь по разному! Почему и зачем Рина прошла этот жизненный путь?! Столько ошибок и переживаний, нервных потрясений, необдуманных глупых поступков, чтобы понять что и прийти к чему? .. Предательство, воровство, проститу…
Это хроники недавней истории – времени застоя в Советском Союзе и драмы перестройки. «Воскресла закатанная под асфальт вера, что наступит новая жизнь, где все народы в единую семью соединятся. Возникло даже реальное ощущение всемирного братства».
На…
Это хроники недавней истории – времени застоя в Советском Союзе и драмы перестройки. «Воскресла закатанная под асфальт вера, что наступит новая жизнь, где все народы в единую семью соединятся. Возникло даже реальное ощущение всемирного братства».
На…
Год полной изоляции. Белые стены. Тишина. Десять добровольцев, у которых отняли всё — имена, прошлое, роли. Что останется, когда не останется ничего?
Успешный адвокат входит в бункер одним человеком, а выходит — никем. Буквально. Он забывает лицо жен…
Год полной изоляции. Белые стены. Тишина. Десять добровольцев, у которых отняли всё — имена, прошлое, роли. Что останется, когда не останется ничего?
Успешный адвокат входит в бункер одним человеком, а выходит — никем. Буквально. Он забывает лицо жен…
Как гласит пословица: «Делу — время, потехе — час». Всего один час ему дан на столь долгожданное удовольствие, что он готов ради этого расстаться с деньгами, рисковать самоуважением, подстраиваться под обстоятельства и терпеть неудобства. Но когда ре…
Как гласит пословица: «Делу — время, потехе — час». Всего один час ему дан на столь долгожданное удовольствие, что он готов ради этого расстаться с деньгами, рисковать самоуважением, подстраиваться под обстоятельства и терпеть неудобства. Но когда ре…
В настоящей книге дано понятие государственного учреждения, его типы и виды, правовой статус бюджетных, казенных и автономных учреждений. Приведена судебная и иная практика, коллизионные и другие вопросы, а также многое другое.
В настоящей книге дано понятие государственного учреждения, его типы и виды, правовой статус бюджетных, казенных и автономных учреждений. Приведена судебная и иная практика, коллизионные и другие вопросы, а также многое другое.
Текст вводит читателя в цикл увлекательных историй из жизни главных героев: дедушки Мо и Эрна, проживающих на Дальнем Востоке в конце XVI века.
Загадочный дедушка Мо или «Белый шаман» родился в Италии и прошёл полмира, в том числе около 20 лет прожил…
Текст вводит читателя в цикл увлекательных историй из жизни главных героев: дедушки Мо и Эрна, проживающих на Дальнем Востоке в конце XVI века.
Загадочный дедушка Мо или «Белый шаман» родился в Италии и прошёл полмира, в том числе около 20 лет прожил…
Дамочку по имени Елена бомбануло от слова «авторка», она схватила дубинку и давай крушить всё подряд. Как ни странно, суд присяжных её оправдал. Шутка. Все остались живы и здоровы. На самом деле дамочка размахивала лишь словами и юмором.
Если серьёзн…
Дамочку по имени Елена бомбануло от слова «авторка», она схватила дубинку и давай крушить всё подряд. Как ни странно, суд присяжных её оправдал. Шутка. Все остались живы и здоровы. На самом деле дамочка размахивала лишь словами и юмором.
Если серьёзн…
Светлана Жукова работает в аптеке санитаркой. Когда то она училась в университете, но учёбу пришлось оставить. Встречалась с парнем, забеременела от него, а он её бросил. Спустя восемь лет они встретились.
Светлана Жукова работает в аптеке санитаркой. Когда то она училась в университете, но учёбу пришлось оставить. Встречалась с парнем, забеременела от него, а он её бросил. Спустя восемь лет они встретились.
Марк не любит Рождество и не верит в чудо.
Кейт, наоборот, ждёт принца и надеется, что однажды и к ней придёт рождественская сказка.
Случайная встреча, пролитая чашка кофе становятся началом их истории любви, в которой принц носит форму пилота и упра…
Марк не любит Рождество и не верит в чудо.
Кейт, наоборот, ждёт принца и надеется, что однажды и к ней придёт рождественская сказка.
Случайная встреча, пролитая чашка кофе становятся началом их истории любви, в которой принц носит форму пилота и упра…
Оказавшись в Кроличье-Норево, Оля желает лишь одного — отыскать дорогу домой. Но чем больше вопросов она задаёт, тем меньше ответов получает.
Деревня хранит в себе множество тайн. И главная — это место существует не случайно.
Эта история вовсе не о…
Оказавшись в Кроличье-Норево, Оля желает лишь одного — отыскать дорогу домой. Но чем больше вопросов она задаёт, тем меньше ответов получает.
Деревня хранит в себе множество тайн. И главная — это место существует не случайно.
Эта история вовсе не о…
В настоящей книге рассмотрено понятие договора цессии, его правовой природы, его правовой институт, обобщена судебная практика и многое другое.
В настоящей книге рассмотрено понятие договора цессии, его правовой природы, его правовой институт, обобщена судебная практика и многое другое.
Война и чудо. Как сочетаются два настолько разных явления? Возможны ли Божьи чудеса в самом горниле сражений? Вся русская история отвечает на эти вопросы «да». Бог – везде, поэтому и на войне тоже есть место чуду. Более того, именно там, в самые тяжк…
Война и чудо. Как сочетаются два настолько разных явления? Возможны ли Божьи чудеса в самом горниле сражений? Вся русская история отвечает на эти вопросы «да». Бог – везде, поэтому и на войне тоже есть место чуду. Более того, именно там, в самые тяжк…





















