рассказы
«Вчера я получил странную книгу.
Формат – треугольный.
В ней 36 страниц, из которых 30 – пустые…»
«Вчера я получил странную книгу.
Формат – треугольный.
В ней 36 страниц, из которых 30 – пустые…»
Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925) – русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века.
В книгу вошел авторский сборник «Черным по белому». Аверченко рисует в нем замечательную галерею о…
Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925) – русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века.
В книгу вошел авторский сборник «Черным по белому». Аверченко рисует в нем замечательную галерею о…
Подумал раз царь, что если бы он всегда знал время, когда начинать всякое дело, знал бы еще, с какими людьми надо и с какими не надо заниматься, а главное, всегда знал, какое из всех дел самое важное, то ни в чем бы ему не было неудачи. И, подумав та…
Подумал раз царь, что если бы он всегда знал время, когда начинать всякое дело, знал бы еще, с какими людьми надо и с какими не надо заниматься, а главное, всегда знал, какое из всех дел самое важное, то ни в чем бы ему не было неудачи. И, подумав та…
«Был знойный, душный польский полдень. Солнце ослепительно сияло на безоблачном небе. Обширное поле спелых колосьев стояло так неподвижно, словно вылитое из золота. Поле перехватывали мягкие, темно-зеленые, усыпанные розовой кашкой, спрыснутые утренн…
«Был знойный, душный польский полдень. Солнце ослепительно сияло на безоблачном небе. Обширное поле спелых колосьев стояло так неподвижно, словно вылитое из золота. Поле перехватывали мягкие, темно-зеленые, усыпанные розовой кашкой, спрыснутые утренн…
«Вошёл я в город вечером; красные облака рдели над крышами; в неподвижном воздухе взвешена розоватая пыль. Суббота, в церквах благовестят ко всенощной. Из ограды маленькой, убогой церковки, затисканной в глухой тупик, эастроенный каменными домами, бо…
«Вошёл я в город вечером; красные облака рдели над крышами; в неподвижном воздухе взвешена розоватая пыль. Суббота, в церквах благовестят ко всенощной. Из ограды маленькой, убогой церковки, затисканной в глухой тупик, эастроенный каменными домами, бо…
Скрипач хочет вспомнить «музыку из сна», приходит к гипнотизёру и в трансе начинает играть божественную музыку…
Дальнейшие неожиданные повороты сюжета раскрывать не будем.
© FantLab.ru
Скрипач хочет вспомнить «музыку из сна», приходит к гипнотизёру и в трансе начинает играть божественную музыку…
Дальнейшие неожиданные повороты сюжета раскрывать не будем.
© FantLab.ru
«…У меня был денщик, бывший крепостной моей матери, Егор по имени. Человек он был честный и смирный; я знал его с детства и обращался с ним как с другом.
Вот однажды в доме, где я жил, поднялись бранчивые крики, вопли: у хозяйки украли двух кур, и он…
«…У меня был денщик, бывший крепостной моей матери, Егор по имени. Человек он был честный и смирный; я знал его с детства и обращался с ним как с другом.
Вот однажды в доме, где я жил, поднялись бранчивые крики, вопли: у хозяйки украли двух кур, и он…
«Пред нею находилося существо, которое назвать человеком было бы преступлением; брюшные полости поглощали весь состав его; раздавленная голова качалась беспрестанно как бы в знак согласия; толстый язык шевелился между отвисшими губами, не произнося н…
«Пред нею находилося существо, которое назвать человеком было бы преступлением; брюшные полости поглощали весь состав его; раздавленная голова качалась беспрестанно как бы в знак согласия; толстый язык шевелился между отвисшими губами, не произнося н…
Стены могут оказаться не только защитой от холода и ветра, но и угрозой для вас.
Стены могут оказаться не только защитой от холода и ветра, но и угрозой для вас.
«Я сижу в кабинете жандармского полковника, в маленькой комнате, сумрачной и тесной; широкий письменный стол, три кресла, обитые тёмной кожей, такой же диван и большой шкаф почти сплошь заполняют её; тягостное впечатление тесноты особенно усилено оби…
«Я сижу в кабинете жандармского полковника, в маленькой комнате, сумрачной и тесной; широкий письменный стол, три кресла, обитые тёмной кожей, такой же диван и большой шкаф почти сплошь заполняют её; тягостное впечатление тесноты особенно усилено оби…
«Я – ночной сторож станции Добринка; от шести часов вечера до шести утра хожу с палкой в руке вокруг пакгаузов; со степи тысячью пастей дует ветер, несутся тучи снега, в его серой массе медленно плывут туда и сюда локомотивы, тяжко вздыхая, влача за …
«Я – ночной сторож станции Добринка; от шести часов вечера до шести утра хожу с палкой в руке вокруг пакгаузов; со степи тысячью пастей дует ветер, несутся тучи снега, в его серой массе медленно плывут туда и сюда локомотивы, тяжко вздыхая, влача за …
«Тропинка заворачивала все вправо и манила в густеющую тень старых развесистых елей.
Ашимова и Крупинский шли медленно, останавливались на ходу, как любят делать русские. Он – коренастый, русый, с большими бакенбардами, в поярковой темной шляпе, в кл…
«Тропинка заворачивала все вправо и манила в густеющую тень старых развесистых елей.
Ашимова и Крупинский шли медленно, останавливались на ходу, как любят делать русские. Он – коренастый, русый, с большими бакенбардами, в поярковой темной шляпе, в кл…
Герой находит мудреца, поведавшего ему Смысл Жизни.
© FantLab.ru
Герой находит мудреца, поведавшего ему Смысл Жизни.
© FantLab.ru
«Барон подарил Мери письменный стол. Эту дорогую вещицу (дамский письменный стол неприятно называть мебелью) он купил нетерпеливо и радостно, предвкушая ласковую улыбку женщины.
Ей, конечно, необходимо было писать на чем-нибудь свои записочки-лилипут…
«Барон подарил Мери письменный стол. Эту дорогую вещицу (дамский письменный стол неприятно называть мебелью) он купил нетерпеливо и радостно, предвкушая ласковую улыбку женщины.
Ей, конечно, необходимо было писать на чем-нибудь свои записочки-лилипут…
«Долгом считаю донести вашему сиятельству, что у нас в Москве все пока обстоит благополучно, и особенно нового пока еще ничего нет. Правда, не переводятся у нас, как всегда, выскочки, которые думают, что они умнее всех
И даже князь Петра…»
«Долгом считаю донести вашему сиятельству, что у нас в Москве все пока обстоит благополучно, и особенно нового пока еще ничего нет. Правда, не переводятся у нас, как всегда, выскочки, которые думают, что они умнее всех
И даже князь Петра…»
Полемика о «Сне» и отношении русского писателя к иностранной литературе явилась наиболее значительным эпизодом в обсуждении рассказа. «Сон» появился одновременно с «Новью»; поэтому критики либо разбирали только роман, игнорируя «художественную бездел…
Полемика о «Сне» и отношении русского писателя к иностранной литературе явилась наиболее значительным эпизодом в обсуждении рассказа. «Сон» появился одновременно с «Новью»; поэтому критики либо разбирали только роман, игнорируя «художественную бездел…
Мы вправе выбирать, как жить. Мы в праве выбирать, что нам чувствовать.
Жаль, что только в конце жизни мы понимаем, что, возможно, прожили свою жизнь не так, как хотели. Только сейчас поняв, что могли бы почувствовать и узнать намного больше. Однако…
Мы вправе выбирать, как жить. Мы в праве выбирать, что нам чувствовать.
Жаль, что только в конце жизни мы понимаем, что, возможно, прожили свою жизнь не так, как хотели. Только сейчас поняв, что могли бы почувствовать и узнать намного больше. Однако…
«Тихая пристань ночлега.
Паркет непривычен запыленным ногам.
Комната не лишена уюта, она вполне вместит трех человек…»
«Тихая пристань ночлега.
Паркет непривычен запыленным ногам.
Комната не лишена уюта, она вполне вместит трех человек…»
Рассказ «Стук… стук… стук!..» создавался под настроениями, близкими к тем, которыми отмечен роман «Дым». В этом рассказе художественное воссоздание характерных для русской жизни определенного периода черт действительности сочеталось с изображением яв…
Рассказ «Стук… стук… стук!..» создавался под настроениями, близкими к тем, которыми отмечен роман «Дым». В этом рассказе художественное воссоздание характерных для русской жизни определенного периода черт действительности сочеталось с изображением яв…
«Я полюбил рыбаков, их здоровую вольную, бездумную, беззаботную жизнь на волнах, на ярком солнце, под открытым небом и проводил большую часть дня не в пансионате, где я поселился, а у них на берегу…»
«Я полюбил рыбаков, их здоровую вольную, бездумную, беззаботную жизнь на волнах, на ярком солнце, под открытым небом и проводил большую часть дня не в пансионате, где я поселился, а у них на берегу…»





















