рассказы
«Актер был так стар, что его еще помнили по ролям в немом и черно-белом кино.
Но и при всей его старости он помнил почти все свои роли. Память у него была просто великолепная. Если бы не дряхлость тела – все-таки ему уже за сто – он бы еще и поухажив…
«Актер был так стар, что его еще помнили по ролям в немом и черно-белом кино.
Но и при всей его старости он помнил почти все свои роли. Память у него была просто великолепная. Если бы не дряхлость тела – все-таки ему уже за сто – он бы еще и поухажив…
«В воздухе свистнуло.
Тягуче, быстро, хлестко.
Спину от поясницы к шее обожгло…»
«В воздухе свистнуло.
Тягуче, быстро, хлестко.
Спину от поясницы к шее обожгло…»
«Сегодня он опять проснулся рано, очень рано: не спалось, хотя лег далеко за полночь.
Только-только рассвело.
Редкие машины. Чьи-то крики. Ветер.
Прошел в туалет, затем в ванную комнату…»
«Сегодня он опять проснулся рано, очень рано: не спалось, хотя лег далеко за полночь.
Только-только рассвело.
Редкие машины. Чьи-то крики. Ветер.
Прошел в туалет, затем в ванную комнату…»
«Создание неподвижно сидело за столом и своем кабинете уже час.
Было скучно, муторно, тоскливо.
Оно смотрело в окно, ритмично стуча пальцами по крышке стола.
За окном шел дождь…»
«Создание неподвижно сидело за столом и своем кабинете уже час.
Было скучно, муторно, тоскливо.
Оно смотрело в окно, ритмично стуча пальцами по крышке стола.
За окном шел дождь…»
«Проблем у Виктора Нормана хватало, можно сказать, с самого момента его рождения.
Его отец – норвежский рыбак, – дав ему это необычное для Скандинавии имя, уплыл в море на ловлю нагулявшей трески и, попав в жестокий шторм, исчез вместе со своими това…
«Проблем у Виктора Нормана хватало, можно сказать, с самого момента его рождения.
Его отец – норвежский рыбак, – дав ему это необычное для Скандинавии имя, уплыл в море на ловлю нагулявшей трески и, попав в жестокий шторм, исчез вместе со своими това…
«Душа у меня творческая.
Господь иногда награждает идеей.
Вначале непонятной…»
«Душа у меня творческая.
Господь иногда награждает идеей.
Вначале непонятной…»
«Вот уже третий день у меня сильно болело сердце.
Нет, это была не ноющая боль под лопаткой, к которой я за долгие годы уже привык, а такая, от которой отнималась рука, а в душу вселялся страх смерти, причем скорой…»
«Вот уже третий день у меня сильно болело сердце.
Нет, это была не ноющая боль под лопаткой, к которой я за долгие годы уже привык, а такая, от которой отнималась рука, а в душу вселялся страх смерти, причем скорой…»
«Император был уже стар.
Волосы поседели, левая нога едва двигалась – отзывалось увлечение юности, катание на коньках. Он тогда часто падал, причем почему-то каждый раз на левую ногу, и, конечно, по молодости лет не обращал на ушибы внимания и не леч…
«Император был уже стар.
Волосы поседели, левая нога едва двигалась – отзывалось увлечение юности, катание на коньках. Он тогда часто падал, причем почему-то каждый раз на левую ногу, и, конечно, по молодости лет не обращал на ушибы внимания и не леч…
«В тихом отеле на окраине Парижа сидел в своем номере русский мальчуган Дима и скучал. Настоящее его имя было Вадим, но у шестилетнего человека все ведь маленькое: и башмачки, и курточка, и самое имя. В номере отеля не очень-то развлечешься. Дима отк…
«В тихом отеле на окраине Парижа сидел в своем номере русский мальчуган Дима и скучал. Настоящее его имя было Вадим, но у шестилетнего человека все ведь маленькое: и башмачки, и курточка, и самое имя. В номере отеля не очень-то развлечешься. Дима отк…
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погреб за углем, уронишь совок в ящик, наклонишься за ним, а тебя крыса за палец цапнет. Благодарю покорно!..
Само…
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погреб за углем, уронишь совок в ящик, наклонишься за ним, а тебя крыса за палец цапнет. Благодарю покорно!..
Само…
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матерью, выпростав голые ручки из-под легкого одеяла. В оконце качается мохнатая сосновая ветка. Порой присядет на …
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матерью, выпростав голые ручки из-под легкого одеяла. В оконце качается мохнатая сосновая ветка. Порой присядет на …
Стихотворения и рассказы Надежды Тэффи.
Стихотворения и рассказы Надежды Тэффи.
«ОСО – это особое совещание при министре, наркоме ОГПУ, чьей подписью без суда были отправлены миллионы людей, чтобы найти свою смерть на Дальнем Севере. В каждое личное дело, картонную папочку, тоненькую, новенькую, было вложено два документа – выпи…
«ОСО – это особое совещание при министре, наркоме ОГПУ, чьей подписью без суда были отправлены миллионы людей, чтобы найти свою смерть на Дальнем Севере. В каждое личное дело, картонную папочку, тоненькую, новенькую, было вложено два документа – выпи…
«Идя с патентами и столбами вдоль новой прусско-польской границы, королевские комиссары и сопровождавшие их солдаты приближались к обширному имению, расположенному на одном из пограничных ручьёв. В этом имении крестьянские хаты живописно были раскину…
«Идя с патентами и столбами вдоль новой прусско-польской границы, королевские комиссары и сопровождавшие их солдаты приближались к обширному имению, расположенному на одном из пограничных ручьёв. В этом имении крестьянские хаты живописно были раскину…
«Три раза опрашивал примас шляхту и три раза она повторяла имя Станислава Понятовского. Избрание нового короля было исполнено стародавним порядком. Тогда примас, на другой день, объявил на поле государем Польши и Литвы Станислава Понятовского и, став…
«Три раза опрашивал примас шляхту и три раза она повторяла имя Станислава Понятовского. Избрание нового короля было исполнено стародавним порядком. Тогда примас, на другой день, объявил на поле государем Польши и Литвы Станислава Понятовского и, став…
«В это утро городская площадь, окруженная со всех сторон старинными массивными зданиями из темно-бурого кирпича, казалась не такой печальной, как всегда.
По крайней мере – мне.
Солнце светило ярко, даже весело…»
«В это утро городская площадь, окруженная со всех сторон старинными массивными зданиями из темно-бурого кирпича, казалась не такой печальной, как всегда.
По крайней мере – мне.
Солнце светило ярко, даже весело…»
«Холостяки – из огромного количества мужиков самые непонятные.
Что им не хватает, от чего бегут и к чему стремятся – для всех страшная загадка.
Именно таким человеком пришел к своему сорокадвухлетию Павел Николаевич Жильцов…»
«Холостяки – из огромного количества мужиков самые непонятные.
Что им не хватает, от чего бегут и к чему стремятся – для всех страшная загадка.
Именно таким человеком пришел к своему сорокадвухлетию Павел Николаевич Жильцов…»
«3 марта 1847 года возвратился я из Испании в Марсель, дав себе обещание не только не пускаться в дальние морские путешествия, но избегать даже перевозов через реки. Причиною подобного обета был переезд из Алжира в Барцелонну, продолжавшийся не четве…
«3 марта 1847 года возвратился я из Испании в Марсель, дав себе обещание не только не пускаться в дальние морские путешествия, но избегать даже перевозов через реки. Причиною подобного обета был переезд из Алжира в Барцелонну, продолжавшийся не четве…
«Вот иду я в темноте.
К цели.
Идти трудно – путь-то незнакомый. Никто до меня им не ходил…»
«Вот иду я в темноте.
К цели.
Идти трудно – путь-то незнакомый. Никто до меня им не ходил…»





















