книги о приключениях
«А мир хочет увидеть тебя?» — этот вопрос водителя грузовика застаёт Жана врасплох. Молодой автостопщик, привыкший прятаться от жизни в библиотеках, впервые сталкивается с человеком, который ломает его уютные представления о мире. Джеймс Скотт — не п…
«А мир хочет увидеть тебя?» — этот вопрос водителя грузовика застаёт Жана врасплох. Молодой автостопщик, привыкший прятаться от жизни в библиотеках, впервые сталкивается с человеком, который ломает его уютные представления о мире. Джеймс Скотт — не п…
Можно ли начать жизнь с чистого листа, если ты не помнишь своего прошлого? И что делать, если прошлое вернулось – со всеми ошибками, болью и утратами?
Буян – это не место на карте. Это место, где реальность переплетается с легендой, а каждый уголок х…
Можно ли начать жизнь с чистого листа, если ты не помнишь своего прошлого? И что делать, если прошлое вернулось – со всеми ошибками, болью и утратами?
Буян – это не место на карте. Это место, где реальность переплетается с легендой, а каждый уголок х…
Исследовательское судно разворачивается от шторма, но автопилот снова и снова возвращает его на курс прямо к чёрному фронту. Штурман Марк Сазонов отключает автоматику и находит в её памяти старую спасательную линию, ведущую в квадрат, где десятилетия…
Исследовательское судно разворачивается от шторма, но автопилот снова и снова возвращает его на курс прямо к чёрному фронту. Штурман Марк Сазонов отключает автоматику и находит в её памяти старую спасательную линию, ведущую в квадрат, где десятилетия…
За сплошной стеной дождя вспыхивает маяк, давно переведённый на обычный режим. Его интервалы не совпадают ни с одной опубликованной характеристикой, а затем складываются в координату посреди безопасного фарватера. Гидрограф Елизавета Орлова идёт на о…
За сплошной стеной дождя вспыхивает маяк, давно переведённый на обычный режим. Его интервалы не совпадают ни с одной опубликованной характеристикой, а затем складываются в координату посреди безопасного фарватера. Гидрограф Елизавета Орлова идёт на о…
В пустом зимнем приюте спасатели находят нетронутое топливо, тёплую золу и коробок с одной сгоревшей спичкой. Трое топографов исчезли на безлесном плато, а их лыжня ведёт против ветра слишком ровно, словно её нарисовали специально. Проводник Денис Ка…
В пустом зимнем приюте спасатели находят нетронутое топливо, тёплую золу и коробок с одной сгоревшей спичкой. Трое топографов исчезли на безлесном плато, а их лыжня ведёт против ветра слишком ровно, словно её нарисовали специально. Проводник Денис Ка…
В пустом зимнем приюте спасатели находят нетронутое топливо, тёплую золу и коробок с одной сгоревшей спичкой. Трое топографов исчезли на безлесном плато, а их лыжня ведёт против ветра слишком ровно, словно её нарисовали специально. Проводник Денис Ка…
В пустом зимнем приюте спасатели находят нетронутое топливо, тёплую золу и коробок с одной сгоревшей спичкой. Трое топографов исчезли на безлесном плато, а их лыжня ведёт против ветра слишком ровно, словно её нарисовали специально. Проводник Денис Ка…
Эта книга — про вас. Про всех нас. Про то, что мы называем «жизнь» и что на самом деле — длинный, пыльный, иногда смешной, иногда страшный Тракт. По которому мы идём. Или ползём. Или стоим, делая вид, что идём.
Я писал её для человека, которому остал…
Эта книга — про вас. Про всех нас. Про то, что мы называем «жизнь» и что на самом деле — длинный, пыльный, иногда смешной, иногда страшный Тракт. По которому мы идём. Или ползём. Или стоим, делая вид, что идём.
Я писал её для человека, которому остал…
После землетрясения из северной стены зимнего замка начинает идти тёплый воздух. Трое обследователей исчезают внутри контрфорса, а их радио отвечает одним коротким щелчком. Реставратор Ксения Ратова находит в каменном орнаменте план тайного хода, но …
После землетрясения из северной стены зимнего замка начинает идти тёплый воздух. Трое обследователей исчезают внутри контрфорса, а их радио отвечает одним коротким щелчком. Реставратор Ксения Ратова находит в каменном орнаменте план тайного хода, но …
Учебная группа передаёт координаты бедствия и исчезает в зоне свежей лавины. Цифры указывают прямо на отвесную стену, маяк молчит, а спасатели готовы признать сообщение ошибочным. Координатор Тимур Астафьев замечает старое обозначение системы отсчёта…
Учебная группа передаёт координаты бедствия и исчезает в зоне свежей лавины. Цифры указывают прямо на отвесную стену, маяк молчит, а спасатели готовы признать сообщение ошибочным. Координатор Тимур Астафьев замечает старое обозначение системы отсчёта…
Книга будет интересна взрослы и детям интересующимися психологией. В книге представлено фантастическое будущее в котором девочка Тома начинает взрослеть и понимать свои переживания и чувства, делиться со своим окружением, учится принимать сложные реш…
Книга будет интересна взрослы и детям интересующимися психологией. В книге представлено фантастическое будущее в котором девочка Тома начинает взрослеть и понимать свои переживания и чувства, делиться со своим окружением, учится принимать сложные реш…
На полевой карте исчезнувшего картографа остаётся единственная красная точка, нанесённая поверх готового листа. Она лежит в стороне от официального маршрута — между ледником и строящейся плотиной. Картограф Дарья Векшина идёт по этой отметке и обнару…
На полевой карте исчезнувшего картографа остаётся единственная красная точка, нанесённая поверх готового листа. Она лежит в стороне от официального маршрута — между ледником и строящейся плотиной. Картограф Дарья Векшина идёт по этой отметке и обнару…
С автоматического островного маяка ежедневно приходят радиограммы, подписанные именем смотрителя. Проблема в том, что такого человека никогда не существовало. Инспектор Лев Борисов прибывает на остров и находит пустой дом, три кружки, три размера сап…
С автоматического островного маяка ежедневно приходят радиограммы, подписанные именем смотрителя. Проблема в том, что такого человека никогда не существовало. Инспектор Лев Борисов прибывает на остров и находит пустой дом, три кружки, три размера сап…
Элис Флайтен живет в обычном интернате с обычной жизнью. Но что если она однажды узнает что в часах не 12 часов, а она и вовсе не простая девчушка. По её следам идет кто-то злой, кто-то кто очень не желает чтобы она знала о часах и что они скрывают. …
Элис Флайтен живет в обычном интернате с обычной жизнью. Но что если она однажды узнает что в часах не 12 часов, а она и вовсе не простая девчушка. По её следам идет кто-то злой, кто-то кто очень не желает чтобы она знала о часах и что они скрывают. …
У каждого лета есть своя история. Одно начинается с поездки на дачу, другое – со случайного знакомства в самолёте или желания, загаданного у воды. А какое-то остаётся в памяти тайной, о которой трудно рассказать даже спустя годы.
«Одна летняя история…
У каждого лета есть своя история. Одно начинается с поездки на дачу, другое – со случайного знакомства в самолёте или желания, загаданного у воды. А какое-то остаётся в памяти тайной, о которой трудно рассказать даже спустя годы.
«Одна летняя история…
Торопиться нет смысла. Ждать, верить, надеяться и ничего не делать, убивая время. Время уже давно мертво, хотя слово «давно» стало условным.
Живые существа не ждут, а доживают. Не верят и не будут услышаны свыше. Решать всё придётся самим.
Самыми сме…
Торопиться нет смысла. Ждать, верить, надеяться и ничего не делать, убивая время. Время уже давно мертво, хотя слово «давно» стало условным.
Живые существа не ждут, а доживают. Не верят и не будут услышаны свыше. Решать всё придётся самим.
Самыми сме…
Ровно в полночь горный замок поднимает порткуллис на одну минуту. Электричество отключено, ворота опечатаны, но после двенадцатого удара древний механизм снова приходит в движение. Инженер Никита Волин замечает трос, уходящий под мост, и находит в ба…
Ровно в полночь горный замок поднимает порткуллис на одну минуту. Электричество отключено, ворота опечатаны, но после двенадцатого удара древний механизм снова приходит в движение. Инженер Никита Волин замечает трос, уходящий под мост, и находит в ба…
"Часто все выглядит совсем не так, если смотреть со стороны. Кем может быть твой собеседник?
Самоотверженным человеком, другом и любимым. Убийцей, контрабандистом и вором. Кто может найти любовь там – где нет места сладким речам, или любить с уважен…
"Часто все выглядит совсем не так, если смотреть со стороны. Кем может быть твой собеседник?
Самоотверженным человеком, другом и любимым. Убийцей, контрабандистом и вором. Кто может найти любовь там – где нет места сладким речам, или любить с уважен…
Эта книга — не острый социальный памфлет и не историческая хроника. Это личная история женщины, рождённой в прошлом веке и прошедшей вместе со страной все перипетии. Сумевшей не только выстоять, но и создать свою жизнь заново. Без жалости к себе и бе…
Эта книга — не острый социальный памфлет и не историческая хроника. Это личная история женщины, рождённой в прошлом веке и прошедшей вместе со страной все перипетии. Сумевшей не только выстоять, но и создать свою жизнь заново. Без жалости к себе и бе…
Среди зимнего шторма загорается маяк, которого давно нет на навигационных картах. Его трёхчастный луч ведёт не к острову, а рисует новый проход среди рифов. Инженер Антон Северин идёт на сигнал и находит обесточенную башню, механическую линзу и ранен…
Среди зимнего шторма загорается маяк, которого давно нет на навигационных картах. Его трёхчастный луч ведёт не к острову, а рисует новый проход среди рифов. Инженер Антон Северин идёт на сигнал и находит обесточенную башню, механическую линзу и ранен…
Спутниковый трек природоохранного отряда обрывается среди чёрной торфяной реки, где после паводка появились новые протоки. Гидролог Ольга Миронова замечает на воде белый пенный след: днём он почти невидим, а под холодным светом складывается в последо…
Спутниковый трек природоохранного отряда обрывается среди чёрной торфяной реки, где после паводка появились новые протоки. Гидролог Ольга Миронова замечает на воде белый пенный след: днём он почти невидим, а под холодным светом складывается в последо…





















