попаданцы
Время идет. Великий князь Александр Александрович взрослеет, скоро ему четырнадцать. Становятся серьезнее и его проекты.
О нем пишут, им восхищаются. С ним начинают считаться. Но чего это ему стоит!
Чем больше усилий он прилагает, чтобы изменить окру…
Время идет. Великий князь Александр Александрович взрослеет, скоро ему четырнадцать. Становятся серьезнее и его проекты.
О нем пишут, им восхищаются. С ним начинают считаться. Но чего это ему стоит!
Чем больше усилий он прилагает, чтобы изменить окру…
Я жил себе тихо-мирно, правил загробным миром. Но потом припёрлась эта *** со своими людьми и ангелами! Всё порушили сволочи, да и меня едва не убили… Но я вернулся! Стоп! Мой единственный последователь и кандидат в тела – это больной пацан, который …
Я жил себе тихо-мирно, правил загробным миром. Но потом припёрлась эта *** со своими людьми и ангелами! Всё порушили сволочи, да и меня едва не убили… Но я вернулся! Стоп! Мой единственный последователь и кандидат в тела – это больной пацан, который …
Я жил себе тихо-мирно, правил загробным миром. Но потом припёрлась эта *** со своими людьми и ангелами! Всё порушили сволочи, да и меня едва не убили… Но я вернулся! Стоп! Мой единственный последователь и кандидат в тела – это больной пацан, который …
Я жил себе тихо-мирно, правил загробным миром. Но потом припёрлась эта *** со своими людьми и ангелами! Всё порушили сволочи, да и меня едва не убили… Но я вернулся! Стоп! Мой единственный последователь и кандидат в тела – это больной пацан, который …
Он открыл глаза на ледяном алтаре. Без одежды, без памяти, без ответов. Лишь холод камня под спиной и маска, вросшая в лицо первое, что подарил ему этот мир. Яков помнит только отзвуки кузнечного молота и чей-то ласковый голос из давно забытого детст…
Он открыл глаза на ледяном алтаре. Без одежды, без памяти, без ответов. Лишь холод камня под спиной и маска, вросшая в лицо первое, что подарил ему этот мир. Яков помнит только отзвуки кузнечного молота и чей-то ласковый голос из давно забытого детст…
Я очнулся в XIX веке, в теле избитого до полусмерти мальчишки. Вместо госпиталя - копна сена в хлеву, вместо автоматов - кнут и шашка, вместо спецназа - станичные казаки, живущие по своим законам. Память боевого ветерана и сила воли остаются при мне.…
Я очнулся в XIX веке, в теле избитого до полусмерти мальчишки. Вместо госпиталя - копна сена в хлеву, вместо автоматов - кнут и шашка, вместо спецназа - станичные казаки, живущие по своим законам. Память боевого ветерана и сила воли остаются при мне.…
Я умерла, но это неточно. Потому что вместо райских кущ попала в прошлое, в город ссыльных и речного пароходства. Была бухгалтером, а стала молоденькой выпускницей Вятской гимназии, которой папенька оставил богатое приданое.
Обратно мне не вернуться.…
Я умерла, но это неточно. Потому что вместо райских кущ попала в прошлое, в город ссыльных и речного пароходства. Была бухгалтером, а стала молоденькой выпускницей Вятской гимназии, которой папенька оставил богатое приданое.
Обратно мне не вернуться.…
Долгожданный отпуск на побережье Черного моря оборачивается для 9-летнего Вадика и его семьи настоящим кошмаром. В одну ночь он и ещё 43 жителя посёлка Красные камни впадают в кому, из которой их никак не получается вывести.
Пока семья мальчика и ост…
Долгожданный отпуск на побережье Черного моря оборачивается для 9-летнего Вадика и его семьи настоящим кошмаром. В одну ночь он и ещё 43 жителя посёлка Красные камни впадают в кому, из которой их никак не получается вывести.
Пока семья мальчика и ост…
Он очнулся на берегу. Один.
Остров. Джунгли. Тишина.
Здесь нет войны. Здесь вообще никого нет.
Только ветер, море и то, что осталось после других.
Два года.
Он очнулся на берегу. Один.
Остров. Джунгли. Тишина.
Здесь нет войны. Здесь вообще никого нет.
Только ветер, море и то, что осталось после других.
Два года.
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
Вечеринка в честь Хэллоуина, тяжелая тыква на голову - и вот я уже в теле самой ненавистной злодейки книги, которую увлеченно читала! Читатели ее хейтят, я же искренне считаю, что Розалия - просто жертва неудачного замужества.
Я получила второй шанс…
Вечеринка в честь Хэллоуина, тяжелая тыква на голову - и вот я уже в теле самой ненавистной злодейки книги, которую увлеченно читала! Читатели ее хейтят, я же искренне считаю, что Розалия - просто жертва неудачного замужества.
Я получила второй шанс…
Алис ненавидит Новый год. Для него это — не праздник, а напоминание о том, что мир уже никогда не станет прежним. Он привык быть один, скрывать чувства за вежливой улыбкой и делать вид, что всё в порядке.
Но в полночь всё меняется.
Он просыпается в…
Алис ненавидит Новый год. Для него это — не праздник, а напоминание о том, что мир уже никогда не станет прежним. Он привык быть один, скрывать чувства за вежливой улыбкой и делать вид, что всё в порядке.
Но в полночь всё меняется.
Он просыпается в…
Санкт-Петербург, 1893 год.
Вчера я проектировала здания в Москве XXI века. Сегодня я заперта в частной психбольнице в теле бесправной дворянки.
У меня отобрали всё — от имущества до свободы. По законам империи я всего лишь «несовершеннолетняя сумасш…
Санкт-Петербург, 1893 год.
Вчера я проектировала здания в Москве XXI века. Сегодня я заперта в частной психбольнице в теле бесправной дворянки.
У меня отобрали всё — от имущества до свободы. По законам империи я всего лишь «несовершеннолетняя сумасш…
Он открыл глаза на ледяном алтаре. Без одежды, без памяти, без ответов. Лишь холод камня под спиной и маска, вросшая в лицо — первое, что подарил ему этот мир.
Яков помнит только отзвуки кузнечного молота и чей-то ласковый голос из давно забытого де…
Он открыл глаза на ледяном алтаре. Без одежды, без памяти, без ответов. Лишь холод камня под спиной и маска, вросшая в лицо — первое, что подарил ему этот мир.
Яков помнит только отзвуки кузнечного молота и чей-то ласковый голос из давно забытого де…
Рейх начинает масштабное вторжение через доработанный с помощью магии переходной портал в альтернативный мир. России, на территории которой открылся портал, нечего и некого противопоставить практически бессмертным "красным братьям" из Роттен СС и тва…
Рейх начинает масштабное вторжение через доработанный с помощью магии переходной портал в альтернативный мир. России, на территории которой открылся портал, нечего и некого противопоставить практически бессмертным "красным братьям" из Роттен СС и тва…
Я - попаданка с Земли в магический мир, старая дева 35 лет без надежды на семью и счастье. Я давно уже поставила крест на своей личной жизни, решила, что буду жить в одиночестве. И думала так до тех пор, пока ко мне не приехал кузен с семьей и близки…
Я - попаданка с Земли в магический мир, старая дева 35 лет без надежды на семью и счастье. Я давно уже поставила крест на своей личной жизни, решила, что буду жить в одиночестве. И думала так до тех пор, пока ко мне не приехал кузен с семьей и близки…
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
После переезда в новый дом жизнь, казалось, начала налаживаться. Новые знакомства, знания, тренировки… Но стоит лишь на миг поверить в спокойствие — как что-то обязательно захочет его разрушить.
Арин — NPC 1-го уровня. Три года он стоял у ворот деревни и повторял три заученных фразы. Но системный сбой подарил ему то, чего у него не должно было быть: сознание.
Теперь за ним охотятся и игроки, и администрация сервера. Его таймер удаление тика…
Арин — NPC 1-го уровня. Три года он стоял у ворот деревни и повторял три заученных фразы. Но системный сбой подарил ему то, чего у него не должно было быть: сознание.
Теперь за ним охотятся и игроки, и администрация сервера. Его таймер удаление тика…