остросюжетные любовные романы
После развода бывший муж предложил выкупить мой отель почти на треть дешевле. Он был уверен: кредит, старое здание и приближающийся сезон заставят меня согласиться. Я отказала. На рассвете в служебном корпусе начался пожар.
Теперь страховая не спешит…
После развода бывший муж предложил выкупить мой отель почти на треть дешевле. Он был уверен: кредит, старое здание и приближающийся сезон заставят меня согласиться. Я отказала. На рассвете в служебном корпусе начался пожар.
Теперь страховая не спешит…
Молодой инженер Александр внедряется на работу в крупную строительную компанию. Он сразу замечает, что его коллегу Оксану травят за то, что она вскрыла махинации в документах. Александр решает помочь девушке и попутно разобраться в происходящем, испо…
Молодой инженер Александр внедряется на работу в крупную строительную компанию. Он сразу замечает, что его коллегу Оксану травят за то, что она вскрыла махинации в документах. Александр решает помочь девушке и попутно разобраться в происходящем, испо…
Их брак — холодный расчёт, призванный скрепить мир между семьями. Он привёз её в свой дом, чтобы медленно уничтожить, но не учёл одного: она уже была сломлена задолго до их встречи. Сможет ли монстр, привыкший только разрушать, спасти то, что сам же …
Их брак — холодный расчёт, призванный скрепить мир между семьями. Он привёз её в свой дом, чтобы медленно уничтожить, но не учёл одного: она уже была сломлена задолго до их встречи. Сможет ли монстр, привыкший только разрушать, спасти то, что сам же …
Молодой инженер Александр внедряется на работу в крупную строительную компанию. Он сразу замечает, что его коллегу Оксану травят за то, что она вскрыла махинации в документах. Александр решает помочь девушке и попутно разобраться в происходящем, испо…
Молодой инженер Александр внедряется на работу в крупную строительную компанию. Он сразу замечает, что его коллегу Оксану травят за то, что она вскрыла махинации в документах. Александр решает помочь девушке и попутно разобраться в происходящем, испо…
Регина, дочь легендарного игрока, сменила покерный блеф на академическую карьеру, пытаясь убежать от теней прошлого. Но появление таинственного Джокера, готового исполнить любое желание за победу в игре, заставляет её вернуться за стол.
Её подруга Ли…
Регина, дочь легендарного игрока, сменила покерный блеф на академическую карьеру, пытаясь убежать от теней прошлого. Но появление таинственного Джокера, готового исполнить любое желание за победу в игре, заставляет её вернуться за стол.
Её подруга Ли…
Он привык покупать всё, что хочет.
Женщин, молчание, чужие страхи.
Она появилась в его жизни как красивая картинка - слишком холодная, слишком спокойная и слишком любящая деньги. Он решил, что она будет терпеть всё, если цена достаточно высока.
Он ош…
Он привык покупать всё, что хочет.
Женщин, молчание, чужие страхи.
Она появилась в его жизни как красивая картинка - слишком холодная, слишком спокойная и слишком любящая деньги. Он решил, что она будет терпеть всё, если цена достаточно высока.
Он ош…
Она мое предназначение, истинная с момента рождения, но я был слеп и не понял этого сразу.
Обойдя полмира, завоевывая, покоряя, устрашая, я встретил ее снова там, где она никак не могла оказаться, но теперь она не может узнать меня.
Мне придется док…
Она мое предназначение, истинная с момента рождения, но я был слеп и не понял этого сразу.
Обойдя полмира, завоевывая, покоряя, устрашая, я встретил ее снова там, где она никак не могла оказаться, но теперь она не может узнать меня.
Мне придется док…
В 22:10 новая жена моего бывшего положила на мой стол договоры с моей подписью. Я их не подписывала.
Алина пришла не просить прощения. Подделали и ее подпись, а Сергей уже готовит сделку: производственная линия уйдет связанной фирме, опасные модули —…
В 22:10 новая жена моего бывшего положила на мой стол договоры с моей подписью. Я их не подписывала.
Алина пришла не просить прощения. Подделали и ее подпись, а Сергей уже готовит сделку: производственная линия уйдет связанной фирме, опасные модули —…
После развода бывший муж предложил выкупить мой отель почти на треть дешевле. Он был уверен: кредит, старое здание и приближающийся сезон заставят меня согласиться. Я отказала. На рассвете в служебном корпусе начался пожар.
Теперь страховая не спешит…
После развода бывший муж предложил выкупить мой отель почти на треть дешевле. Он был уверен: кредит, старое здание и приближающийся сезон заставят меня согласиться. Я отказала. На рассвете в служебном корпусе начался пожар.
Теперь страховая не спешит…
– Измени мне.
– Что?
Мне кажется, я ослышалась, потому что он не мог... Мой муж не мог такое сказать. Мы десять лет женаты, мы счастливы, мы...
– Пожалуйста.
– Ты... ты...
От шока я заикаюсь. А вот он выглядит так же невозмутимо, как и до этого.…
– Измени мне.
– Что?
Мне кажется, я ослышалась, потому что он не мог... Мой муж не мог такое сказать. Мы десять лет женаты, мы счастливы, мы...
– Пожалуйста.
– Ты... ты...
От шока я заикаюсь. А вот он выглядит так же невозмутимо, как и до этого.…
Он – человек с безупречной репутацией и тенью прошлого. Мужчина, с которым не спорят.
Она – художница, привыкшая жить тихо и незаметно, и та, кто случайно оказалась слишком близко. Слишком упрямая. Слишком живая.
Их миры не должны были пересечься.
Но…
Он – человек с безупречной репутацией и тенью прошлого. Мужчина, с которым не спорят.
Она – художница, привыкшая жить тихо и незаметно, и та, кто случайно оказалась слишком близко. Слишком упрямая. Слишком живая.
Их миры не должны были пересечься.
Но…
— Ей сорок, Кир. Ни своей компании, ни дохода. Пошумит, поплачет и подпишет. Куда она денется?
Мой муж говорит это в номере для молодожёнов, пока его 25-летняя любовница поправляет платье. В номере, который спроектировала я.
В день рождения я узнаю: …
— Ей сорок, Кир. Ни своей компании, ни дохода. Пошумит, поплачет и подпишет. Куда она денется?
Мой муж говорит это в номере для молодожёнов, пока его 25-летняя любовница поправляет платье. В номере, который спроектировала я.
В день рождения я узнаю: …
Ты когда-нибудь читала роман, каждое слово в котором живёт и меняет реальность всех, кто с ним соприкасается?
Мне ни разу не попадался такой, но я превратилась в его покорную рабу в тот миг, когда месяц назад меня буквально на пятой скорости впечатал…
Ты когда-нибудь читала роман, каждое слово в котором живёт и меняет реальность всех, кто с ним соприкасается?
Мне ни разу не попадался такой, но я превратилась в его покорную рабу в тот миг, когда месяц назад меня буквально на пятой скорости впечатал…
Я вышла замуж! Но это случайно! И не точно!
Чтоб наверняка избежать неприятностей решила укрыться в Академии тонких материй, про которую ходят мрачные слухи, но это единственное место не выдающее даже преступников, не то что беглых невест или жен.
…
Я вышла замуж! Но это случайно! И не точно!
Чтоб наверняка избежать неприятностей решила укрыться в Академии тонких материй, про которую ходят мрачные слухи, но это единственное место не выдающее даже преступников, не то что беглых невест или жен.
…
Он смотрит на меня. Я замираю, потому что мне страшно. Но глаз не отвести. Он держит меня, изучает, рассматривает. Этот мужчина пугает меня до дрожи. Молчание затягивается. Нужно что-то сказать. Но я не могу. Язык точно прилипает к небу.
– Надия Мух…
Он смотрит на меня. Я замираю, потому что мне страшно. Но глаз не отвести. Он держит меня, изучает, рассматривает. Этот мужчина пугает меня до дрожи. Молчание затягивается. Нужно что-то сказать. Но я не могу. Язык точно прилипает к небу.
– Надия Мух…
Они нарушили главное правило путешествий во времени. И заплатили за это.
2147 год. Ральф и Рейчел получают дипломы путешественников во времени и отправляются в Древнюю Грецию — посмотреть на легендарную осаду Сиракуз. Правила просты: не вмешивайся в …
Они нарушили главное правило путешествий во времени. И заплатили за это.
2147 год. Ральф и Рейчел получают дипломы путешественников во времени и отправляются в Древнюю Грецию — посмотреть на легендарную осаду Сиракуз. Правила просты: не вмешивайся в …
Два осколка. Синий, синий, синий... синий. Его глаза были синие. Нет, ультрамариновые, яркие, сочные, насыщенные. Словно два сапфира, или две бездны, а может грозовое небо. Вероятно, они сочетали в себе все. Обжигали не касаясь. Лишь на один миг, смо…
Два осколка. Синий, синий, синий... синий. Его глаза были синие. Нет, ультрамариновые, яркие, сочные, насыщенные. Словно два сапфира, или две бездны, а может грозовое небо. Вероятно, они сочетали в себе все. Обжигали не касаясь. Лишь на один миг, смо…
Полину послали за водой. Вторая дверь слева — и она уже не в буфете: комната без окон, человек на коленях, Артём Громов.
— Закройте, — говорит он. — Вы ничего не видели. Либо видели всё.
Через час на столе папка. Три месяца. Деньги маме — в клинику. …
Полину послали за водой. Вторая дверь слева — и она уже не в буфете: комната без окон, человек на коленях, Артём Громов.
— Закройте, — говорит он. — Вы ничего не видели. Либо видели всё.
Через час на столе папка. Три месяца. Деньги маме — в клинику. …
Иногда прошлое не уходит — оно просто ждёт своего момента, чтобы снова напомнить о себе.
Она пыталась начать всё заново: забыть ошибки, залечить раны и научиться доверять. Но одна встреча рушит хрупкое спокойствие, которое она так долго выстраивала.
…
Иногда прошлое не уходит — оно просто ждёт своего момента, чтобы снова напомнить о себе.
Она пыталась начать всё заново: забыть ошибки, залечить раны и научиться доверять. Но одна встреча рушит хрупкое спокойствие, которое она так долго выстраивала.
…
Иногда исчезновение - это не бегство, а переписанная биография. Тринадцать лет назад её объявили мёртвой. Не метафорически, а официально. Она выжила, но потеряла детей, имя и право на собственную жизнь.
Теперь, спустя годы, она возвращается в реально…
Иногда исчезновение - это не бегство, а переписанная биография. Тринадцать лет назад её объявили мёртвой. Не метафорически, а официально. Она выжила, но потеряла детей, имя и право на собственную жизнь.
Теперь, спустя годы, она возвращается в реально…