мистика
Вера — успешный архитектор, который всегда занята, всегда спешит и всегда перебивает. Она сбрасывает звонки матери, игнорирует коллег и живёт в шуме мегаполиса, не замечая, что этот шум заглушает её саму. В один вторник она просыпается без голоса. Го…
Вера — успешный архитектор, который всегда занята, всегда спешит и всегда перебивает. Она сбрасывает звонки матери, игнорирует коллег и живёт в шуме мегаполиса, не замечая, что этот шум заглушает её саму. В один вторник она просыпается без голоса. Го…
Вы когда-нибудь задумывались, почему люди так любят путешествовать? Одни бегут от скуки. Другие — от себя. Третьи — от запаха, который вдруг стал слишком знакомым.
Эта книга — не для слабонервных. И не для тех, кто боится темноты, болот, грибов и со…
Вы когда-нибудь задумывались, почему люди так любят путешествовать? Одни бегут от скуки. Другие — от себя. Третьи — от запаха, который вдруг стал слишком знакомым.
Эта книга — не для слабонервных. И не для тех, кто боится темноты, болот, грибов и со…
Прохладная тень в жаркий летний день — не всегда безопасное место. Сбежав из религиозной секты, Сергей сталкивается с пугающей аномалией. Хватит ли у него смелости заглянуть во тьму?
Прохладная тень в жаркий летний день — не всегда безопасное место. Сбежав из религиозной секты, Сергей сталкивается с пугающей аномалией. Хватит ли у него смелости заглянуть во тьму?
Не все магические существа одного вида готовы жить в мире. У них тоже бывают разногласия.
Не все магические существа одного вида готовы жить в мире. У них тоже бывают разногласия.
В 1881 году Элеонора Блэквуд вышла из шатра Цирка теней – и исчезла навсегда. Семья назвала это похищением. Город – проклятием. А те, кто был рядом, слишком быстро начали путаться в показаниях, будто кто-то вырезал из их памяти живую часть.
Двадцать …
В 1881 году Элеонора Блэквуд вышла из шатра Цирка теней – и исчезла навсегда. Семья назвала это похищением. Город – проклятием. А те, кто был рядом, слишком быстро начали путаться в показаниях, будто кто-то вырезал из их памяти живую часть.
Двадцать …
Она была дочерью обедневшего дворянина, монастырской послушницей, преступницей, женой графа, а затем леди Винтер, фавориткой Бэкингема, шпионкой кардинала Ришелье. Судьба не раз ставила её на грань выживания — и каждый раз что-то спасало, заставляя ж…
Она была дочерью обедневшего дворянина, монастырской послушницей, преступницей, женой графа, а затем леди Винтер, фавориткой Бэкингема, шпионкой кардинала Ришелье. Судьба не раз ставила её на грань выживания — и каждый раз что-то спасало, заставляя ж…
Вдали от Родины и праздники, как траур. Вечность, это призрак смерти, а не жизни. Голоса в голове - не образы, а звук шагов, во время ушедших от нас геро-ев.
Вдали от Родины и праздники, как траур. Вечность, это призрак смерти, а не жизни. Голоса в голове - не образы, а звук шагов, во время ушедших от нас геро-ев.
Андрей продолжает вспоминать свои прошлые воплощения и находит способ использовать их способности в реальном мире. Только вот это оказывается опасным и ставит под угрозу жизнь его друзей.
Книга Хроники Акаши была разбита на два тома.
Андрей продолжает вспоминать свои прошлые воплощения и находит способ использовать их способности в реальном мире. Только вот это оказывается опасным и ставит под угрозу жизнь его друзей.
Книга Хроники Акаши была разбита на два тома.
Тайга не прощает ошибок, но еще хуже она хранит чужие секреты. Спустя почти семьдесят лет после загадочной гибели геологоразведочной партии в глухих ущельях Алтая Артём Савельев находит дневник своего деда — начальника той самой экспедиции.Расшифрова…
Тайга не прощает ошибок, но еще хуже она хранит чужие секреты. Спустя почти семьдесят лет после загадочной гибели геологоразведочной партии в глухих ущельях Алтая Артём Савельев находит дневник своего деда — начальника той самой экспедиции.Расшифрова…
Полтора года прошло с тех пор, как Демиан изгнал Лилит в Пустоту и освободился от её влияния. Он научился жить с тьмой внутри себя, построил дом на скале и обрёл покой рядом с женой, братом и друзьями. Но покой оказался обманчив.
Где-то глубоко в цен…
Полтора года прошло с тех пор, как Демиан изгнал Лилит в Пустоту и освободился от её влияния. Он научился жить с тьмой внутри себя, построил дом на скале и обрёл покой рядом с женой, братом и друзьями. Но покой оказался обманчив.
Где-то глубоко в цен…
Россия середины XIX века. Восемнадцатилетней Варваре Шупинской предстоит выйти замуж за старого друга отца, чтобы спасти себя и своих родных от надвигающейся бедности. Однако девушка не так проста, как кажется на первый взгляд. В детстве Варя чуть не…
Россия середины XIX века. Восемнадцатилетней Варваре Шупинской предстоит выйти замуж за старого друга отца, чтобы спасти себя и своих родных от надвигающейся бедности. Однако девушка не так проста, как кажется на первый взгляд. В детстве Варя чуть не…
Психологический роман с элементами мистики, повествующий о трагической судьбе молодой женщины по имени Джинни. История, рассказанная от лица ее подруги Кейт, поклонника Кайла, самой Джинни и ее скорбящего отца Томаса, сплетает воедино мотивы безответ…
Психологический роман с элементами мистики, повествующий о трагической судьбе молодой женщины по имени Джинни. История, рассказанная от лица ее подруги Кейт, поклонника Кайла, самой Джинни и ее скорбящего отца Томаса, сплетает воедино мотивы безответ…
Тайга не прощает ошибок, но еще хуже она хранит чужие секреты. Спустя почти семьдесят лет после загадочной гибели геологоразведочной партии в глухих ущельях Алтая Артём Савельев находит дневник своего деда — начальника той самой экспедиции.Расшифрова…
Тайга не прощает ошибок, но еще хуже она хранит чужие секреты. Спустя почти семьдесят лет после загадочной гибели геологоразведочной партии в глухих ущельях Алтая Артём Савельев находит дневник своего деда — начальника той самой экспедиции.Расшифрова…
Сборник рассказов Говарда Филлипса Лавкрафта, центральным звеном которого стала мрачная классика «Крысы в стенах», – это концентрат первобытного ужаса и древних тайн.
Каждое произведение здесь – словно трещина в реальности, сквозь которую просачивает…
Сборник рассказов Говарда Филлипса Лавкрафта, центральным звеном которого стала мрачная классика «Крысы в стенах», – это концентрат первобытного ужаса и древних тайн.
Каждое произведение здесь – словно трещина в реальности, сквозь которую просачивает…
Сергей живёт обычной жизнью с женой Дашей — тёплой, любящей, настоящей. Они вместе три года, и он ни разу не сомневался в том, что знает о ней всё.
Случайно загуглив её имя, он находит некролог. Даша умерла за несколько лет до их знакомства — убита, …
Сергей живёт обычной жизнью с женой Дашей — тёплой, любящей, настоящей. Они вместе три года, и он ни разу не сомневался в том, что знает о ней всё.
Случайно загуглив её имя, он находит некролог. Даша умерла за несколько лет до их знакомства — убита, …
Полтора года прошло с тех пор, как Демиан изгнал Лилит в Пустоту и освободился от её влияния. Он научился жить с тьмой внутри себя, построил дом на скале и обрёл покой рядом с женой, братом и друзьями. Но покой оказался обманчив.
Где-то глубоко в цен…
Полтора года прошло с тех пор, как Демиан изгнал Лилит в Пустоту и освободился от её влияния. Он научился жить с тьмой внутри себя, построил дом на скале и обрёл покой рядом с женой, братом и друзьями. Но покой оказался обманчив.
Где-то глубоко в цен…
Вдали от Родины и праздники, как траур. Вечность, это призрак смерти, а не жизни. Голоса в голове - не образы, а звук шагов, во время ушедших от нас геро-ев.
Вдали от Родины и праздники, как траур. Вечность, это призрак смерти, а не жизни. Голоса в голове - не образы, а звук шагов, во время ушедших от нас геро-ев.
Бывший военный пилот Анри Дюваль получает письмо от исчезнувшего дяди — ключ, карта Сахары и билет до Алжира. Дядя искал Око — древний механизм, способный открывать ткань времени. И нашёл.
Вместе с Элен, дочерью погибшего исследователя, и проводником…
Бывший военный пилот Анри Дюваль получает письмо от исчезнувшего дяди — ключ, карта Сахары и билет до Алжира. Дядя искал Око — древний механизм, способный открывать ткань времени. И нашёл.
Вместе с Элен, дочерью погибшего исследователя, и проводником…
«Я умерла десятого мая. Об этом я узнала только в ноябре, из газеты, которую мне принёс Виктор».
Она живёт в доме, где за окном всегда идёт снег. Он не держит её взаперти - дверь открыта. Но она не уходит. Потому что, возможно, уже умерла. Или спит. …
«Я умерла десятого мая. Об этом я узнала только в ноябре, из газеты, которую мне принёс Виктор».
Она живёт в доме, где за окном всегда идёт снег. Он не держит её взаперти - дверь открыта. Но она не уходит. Потому что, возможно, уже умерла. Или спит. …
В Гринвуде мистер Фром много лет записывал имена новорождённых в большую чёрную книгу.
Никто не знал, откуда взялся этот обычай, почему старик никогда не пропускает ни одного дома и что случится, если однажды записи не будет.
«Сэмюэл Грирсон» — расс…
В Гринвуде мистер Фром много лет записывал имена новорождённых в большую чёрную книгу.
Никто не знал, откуда взялся этот обычай, почему старик никогда не пропускает ни одного дома и что случится, если однажды записи не будет.
«Сэмюэл Грирсон» — расс…





















