мистика
Иногда, пытаясь сбежать от проблем, мы попадаем в ловушку, из которой нет выхода.
Александр Мельников — человек, потерявший всё: семью, деньги, веру в будущее. Надеясь начать новую жизнь, он оказывается в Сомбре, странном городе, которого нет на ка…
Иногда, пытаясь сбежать от проблем, мы попадаем в ловушку, из которой нет выхода.
Александр Мельников — человек, потерявший всё: семью, деньги, веру в будущее. Надеясь начать новую жизнь, он оказывается в Сомбре, странном городе, которого нет на ка…
Можно ли обмануть смерть, если запутать следы? Остановить грузовик силой мысли — но не вернуть себе ноги? Найти любовь в чужом паспорте? И что будет, если выпить пиво с этикеткой «Не пить. Портал в прошлое»?
Сборник «Цена выбора. Вера и чудо» — это д…
Можно ли обмануть смерть, если запутать следы? Остановить грузовик силой мысли — но не вернуть себе ноги? Найти любовь в чужом паспорте? И что будет, если выпить пиво с этикеткой «Не пить. Портал в прошлое»?
Сборник «Цена выбора. Вера и чудо» — это д…
Всем добрый день в этой книге больше 15 страшный историй. Дорогие читатели, я надеюсь, вам понравится, приятного чтения.
Всем добрый день в этой книге больше 15 страшный историй. Дорогие читатели, я надеюсь, вам понравится, приятного чтения.
Пылинбург... Славный городок, жаль забытый. Ах, нет, вернее, его нынче почитают городом-призраком, слабым отголоском обычной жизни! А вот раньше он был известным, благородным и всеми любимым туристическим местом, или, как его прозвали, «городом присл…
Пылинбург... Славный городок, жаль забытый. Ах, нет, вернее, его нынче почитают городом-призраком, слабым отголоском обычной жизни! А вот раньше он был известным, благородным и всеми любимым туристическим местом, или, как его прозвали, «городом присл…
Она была слишком красива, чтобы остаться незамеченной. Слишком скромна, чтобы играть по правилам. Илья любил Ксеньку молча, издалека. Пока однажды не встал на ее защиту. А спустя несколько дней первую красавицу деревни нашли мертвой. Теперь она являе…
Она была слишком красива, чтобы остаться незамеченной. Слишком скромна, чтобы играть по правилам. Илья любил Ксеньку молча, издалека. Пока однажды не встал на ее защиту. А спустя несколько дней первую красавицу деревни нашли мертвой. Теперь она являе…
Карим приехал спасти бывшую жену — и нашел её мёртвой в снежной глуши он не знал, что, выполняя отчаянную просьбу Евгении, становится живым оберегом в её древнем ритуале перерождения и теперь от его крови и воли зависит, восстанет ли она из мёртвых и…
Карим приехал спасти бывшую жену — и нашел её мёртвой в снежной глуши он не знал, что, выполняя отчаянную просьбу Евгении, становится живым оберегом в её древнем ритуале перерождения и теперь от его крови и воли зависит, восстанет ли она из мёртвых и…
В унылом провинциальном городке, не процветающем, несмотря на близость столицы, живёт Матвей. В свои тридцать лет, разочарованный в личной жизни и работе, он мечтает о переменах. Несмотря на уговоры друзей, Матвей, получивший новые навыки в IT, твёрд…
В унылом провинциальном городке, не процветающем, несмотря на близость столицы, живёт Матвей. В свои тридцать лет, разочарованный в личной жизни и работе, он мечтает о переменах. Несмотря на уговоры друзей, Матвей, получивший новые навыки в IT, твёрд…
Горький привкус тайны остаётся на губах, когда любовь становится проклятием, а бессмертие — самой страшной клеткой.
Вера, уставшая от серого брака женщина, получает в наследство ключ от старинного дома на Псарском переулке. Там она встречает Марка — …
Горький привкус тайны остаётся на губах, когда любовь становится проклятием, а бессмертие — самой страшной клеткой.
Вера, уставшая от серого брака женщина, получает в наследство ключ от старинного дома на Псарском переулке. Там она встречает Марка — …
Каждую ночь я умираю. Не в буквальном смысле — я просто захожу в зеркало и оказываюсь в Саркисе-13, вечно сумеречном городе, где безликие Стражи следят за порядком, а души застревают в циклах страха. Я — Проводник, и мой сарказм помогает не хуже эмпа…
Каждую ночь я умираю. Не в буквальном смысле — я просто захожу в зеркало и оказываюсь в Саркисе-13, вечно сумеречном городе, где безликие Стражи следят за порядком, а души застревают в циклах страха. Я — Проводник, и мой сарказм помогает не хуже эмпа…
Каждую ночь я умираю. Не в буквальном смысле — я просто захожу в зеркало и оказываюсь в Саркисе-13, вечно сумеречном городе, где безликие Стражи следят за порядком, а души застревают в циклах страха. Я — Проводник, и мой сарказм помогает не хуже эмпа…
Каждую ночь я умираю. Не в буквальном смысле — я просто захожу в зеркало и оказываюсь в Саркисе-13, вечно сумеречном городе, где безликие Стражи следят за порядком, а души застревают в циклах страха. Я — Проводник, и мой сарказм помогает не хуже эмпа…
Третья и заключительная история о приключениях и играх памяти Арины, Ярослава, Антона и Киры.
Арина теперь не одна, с ней друзья и любимый, но прошлые загадки вновь атакуют и не обещают спокойной жизни.
Наступает время луны – и здесь это не просто и…
Третья и заключительная история о приключениях и играх памяти Арины, Ярослава, Антона и Киры.
Арина теперь не одна, с ней друзья и любимый, но прошлые загадки вновь атакуют и не обещают спокойной жизни.
Наступает время луны – и здесь это не просто и…
Четверо нелегальных проводников - сталкеров, окрылённых адреналином, прешагивают грань, отделяющую реальность от древнего, голодного ужаса. Зона встречает их не радиактивными руинами а гнетущей тишиной, серым рассветом похожим на липкую плесень, и во…
Четверо нелегальных проводников - сталкеров, окрылённых адреналином, прешагивают грань, отделяющую реальность от древнего, голодного ужаса. Зона встречает их не радиактивными руинами а гнетущей тишиной, серым рассветом похожим на липкую плесень, и во…
Его герб - безоружная ладонь, его закон - совесть, а единственный вассал - усталый оруженосец, который давно не спорит. Иоанна де Заборо называют сумасшедшим, но именно он заступается за беззащитных, бросает вызов сильным и ищет дракона, чтобы увидет…
Его герб - безоружная ладонь, его закон - совесть, а единственный вассал - усталый оруженосец, который давно не спорит. Иоанна де Заборо называют сумасшедшим, но именно он заступается за беззащитных, бросает вызов сильным и ищет дракона, чтобы увидет…
В городе N. появляется балаган «Комната кривых зеркал». Его зеркала не лгут, а обнажают потаённую, звериную суть человеческой души. С ужасающей быстротой город погружается в пучину "освобождённого" греха, где порок и мерзость становятся новой, оправд…
В городе N. появляется балаган «Комната кривых зеркал». Его зеркала не лгут, а обнажают потаённую, звериную суть человеческой души. С ужасающей быстротой город погружается в пучину "освобождённого" греха, где порок и мерзость становятся новой, оправд…
В центре сюжета — трагическая история Захара Жарова, чья жизнь была искалечена жестокостью отца и его окружения после смерти матери. Превратившись из забитого подростка в серийного убийцу, он становится воплощением коллективной вины жителей деревни, …
В центре сюжета — трагическая история Захара Жарова, чья жизнь была искалечена жестокостью отца и его окружения после смерти матери. Превратившись из забитого подростка в серийного убийцу, он становится воплощением коллективной вины жителей деревни, …
Древние печати, веками удерживавшие Безду, начинают разрушаться одна за другой. Лапуш вновь становится центром событий, способных изменить судьбу не только людей, но и всех существ, скрывающихся во тьме. Эмми узнаёт страшную правду о своём происхожд…
Древние печати, веками удерживавшие Безду, начинают разрушаться одна за другой. Лапуш вновь становится центром событий, способных изменить судьбу не только людей, но и всех существ, скрывающихся во тьме. Эмми узнаёт страшную правду о своём происхожд…
«Я пишу это, чтобы не забыть. Пока я могу написать первую строчку — я ещё немного я».
Отец Алекса умер весной, а к осени дом начал забывать, что он вообще существовал. Сначала пропали мелочи — запах, скрип кресла, следы у двери. Потом память матери с…
«Я пишу это, чтобы не забыть. Пока я могу написать первую строчку — я ещё немного я».
Отец Алекса умер весной, а к осени дом начал забывать, что он вообще существовал. Сначала пропали мелочи — запах, скрип кресла, следы у двери. Потом память матери с…
1920-е годы, эпоха джаза — время небоскрёбов, шумных вечеринок и иллюзии бесконечного праздника. Богатый и властный Гарольд Томпсон привозит жену Эвелин в старинный отель в горах Кэтскилл — подальше от нью-йоркской суеты, туда, где воздух чист, а вре…
1920-е годы, эпоха джаза — время небоскрёбов, шумных вечеринок и иллюзии бесконечного праздника. Богатый и властный Гарольд Томпсон привозит жену Эвелин в старинный отель в горах Кэтскилл — подальше от нью-йоркской суеты, туда, где воздух чист, а вре…
Карина думала, что худшее уже позади: автокатастрофа, год в коме, потеря родителей Но жизнь решила подкинуть ей ещё один «подарок» — вещие сны. Теперь каждый раз, закрывая глаза, она видит чужие смерти — и, что самое страшное, эти видения сбываются.
…
Карина думала, что худшее уже позади: автокатастрофа, год в коме, потеря родителей Но жизнь решила подкинуть ей ещё один «подарок» — вещие сны. Теперь каждый раз, закрывая глаза, она видит чужие смерти — и, что самое страшное, эти видения сбываются.
…
Группа эко-активистов высаживается в глухой лес, чтобы помешать незаконной вырубке. На вторую ночь они понимают: лес ведет себя как живой организм. Тропы меняются, техника выходит из строя, а птицы начинают повторять голоса умерших. Лес не просто защ…
Группа эко-активистов высаживается в глухой лес, чтобы помешать незаконной вырубке. На вторую ночь они понимают: лес ведет себя как живой организм. Тропы меняются, техника выходит из строя, а птицы начинают повторять голоса умерших. Лес не просто защ…