ЛитРес: чтец
«Илька поднялась, подкралась к окошку и увидела. Увидела она огромную колымагу. Задние колеса втрое больше передних и обиты толстым железом. А перед колымагой катаются, переваливаются с брюха на спину громадные крысы – мягкие, жирные, запутались в кр…
«Илька поднялась, подкралась к окошку и увидела. Увидела она огромную колымагу. Задние колеса втрое больше передних и обиты толстым железом. А перед колымагой катаются, переваливаются с брюха на спину громадные крысы – мягкие, жирные, запутались в кр…
«В старой сказке говорится: „Тернист был путь славы для егеря Брюде; он хоть и достиг славы и почестей, но лишь после многих мыта́рств и бедствий“. Многие из нас, конечно, слышали эту сказку в детстве, может быть, читали её уже взрослыми и думали о с…
«В старой сказке говорится: „Тернист был путь славы для егеря Брюде; он хоть и достиг славы и почестей, но лишь после многих мыта́рств и бедствий“. Многие из нас, конечно, слышали эту сказку в детстве, может быть, читали её уже взрослыми и думали о с…
«Видали ли вы когда-нибудь старинный-старинный шкаф, почерневший от времени и весь изукрашенный резьбою в виде разных завитушек, цветов и листьев? Такой вот точно шкаф – наследство после прабабушки – и стоял в комнате. Он был весь покрыт резьбой – ро…
«Видали ли вы когда-нибудь старинный-старинный шкаф, почерневший от времени и весь изукрашенный резьбою в виде разных завитушек, цветов и листьев? Такой вот точно шкаф – наследство после прабабушки – и стоял в комнате. Он был весь покрыт резьбой – ро…
Новый мир… Как долго мы этого ждали! Это невероятное чувство, когда Ты там… Мы видели их только в музеях, а сейчас эти самые экспонаты пытаются активно нас сожрать, не пережевывая. Да и зря, наверное, мы доверились этим аборигенам. Но, как оказалось,…
Новый мир… Как долго мы этого ждали! Это невероятное чувство, когда Ты там… Мы видели их только в музеях, а сейчас эти самые экспонаты пытаются активно нас сожрать, не пережевывая. Да и зря, наверное, мы доверились этим аборигенам. Но, как оказалось,…
Перед вами драмеди-мини-сериал. Повесть о двух неделях жизни 26-летнего журналиста из областного центра, философа-нищеброда, обычного современного обывателя. Пелевин на минималках, – так отозвался об авторе рецензент рукописи. И в этом есть доля прав…
Перед вами драмеди-мини-сериал. Повесть о двух неделях жизни 26-летнего журналиста из областного центра, философа-нищеброда, обычного современного обывателя. Пелевин на минималках, – так отозвался об авторе рецензент рукописи. И в этом есть доля прав…
Довольно долгое время я вела тихую неприметную жизнь, избегая людей и неприятности. Моим домом был пансион для девочек, обладающих магическими способностями, где я преподавала историю магии.
Все изменилось, когда стала невольным свидетелем ограбления…
Довольно долгое время я вела тихую неприметную жизнь, избегая людей и неприятности. Моим домом был пансион для девочек, обладающих магическими способностями, где я преподавала историю магии.
Все изменилось, когда стала невольным свидетелем ограбления…
«Лошадь императора удостоилась золотых подков, по одной на каждую ногу.
За что?..»
«Лошадь императора удостоилась золотых подков, по одной на каждую ногу.
За что?..»
Рассказ о похождениях делового белого человека среди некоего народца, жившего на берегу Северного Ледовитого океана.
Рассказ о похождениях делового белого человека среди некоего народца, жившего на берегу Северного Ледовитого океана.
«Каждый раз, подъезжая к лесной деревушке Грязнухе, засевшей в глухом лесном углу, я испытывал особенное чувство, которое трудно назвать: это был край света, совершенно особый мир, страничка из русской истории XVII столетия. Где-то там далеко творили…
«Каждый раз, подъезжая к лесной деревушке Грязнухе, засевшей в глухом лесном углу, я испытывал особенное чувство, которое трудно назвать: это был край света, совершенно особый мир, страничка из русской истории XVII столетия. Где-то там далеко творили…
Сатирическая поэма, написаны под непосредственным влиянием поэзии Некрасова Н.А.
Сатирическая поэма, написаны под непосредственным влиянием поэзии Некрасова Н.А.
«Я был командирован для производства одного уголовного следствия в Кокинский уезд вместе с тамошним исправником, которого лично не знал, но слышал о нем много хорошего: все почти говорили, что он очень добрый человек и ловкий, распорядительный исправ…
«Я был командирован для производства одного уголовного следствия в Кокинский уезд вместе с тамошним исправником, которого лично не знал, но слышал о нем много хорошего: все почти говорили, что он очень добрый человек и ловкий, распорядительный исправ…
Когда предал самый близкий человек и кажется, что мир рухнул, помни, жизнь на этом не заканчивается! Особенно, если богатый и красивый парень предложил заключить необычный контракт на год… Вот только мало того, что парень оказался совсем не сахар, та…
Когда предал самый близкий человек и кажется, что мир рухнул, помни, жизнь на этом не заканчивается! Особенно, если богатый и красивый парень предложил заключить необычный контракт на год… Вот только мало того, что парень оказался совсем не сахар, та…
«Колодезь был глубокий, поэтому и верёвка была длинная; она медленно навёртывалась на ворот, когда вытаскивали полное ведро. Как ни прозрачна была вода в колодце, в ней никогда не играли солнечные лучи, – они не достигали до её поверхности. По стенка…
«Колодезь был глубокий, поэтому и верёвка была длинная; она медленно навёртывалась на ворот, когда вытаскивали полное ведро. Как ни прозрачна была вода в колодце, в ней никогда не играли солнечные лучи, – они не достигали до её поверхности. По стенка…
Князь Марко ди Вальдарно, некогда «ходячая мечта» каждой представительницы женского пола от 16 до 90 лет, чудом остаётся в живых после покушения, унесшего жизни его жены и дочери. Прикованный к инвалидному креслу и движимый местью, он отчаянно нуждае…
Князь Марко ди Вальдарно, некогда «ходячая мечта» каждой представительницы женского пола от 16 до 90 лет, чудом остаётся в живых после покушения, унесшего жизни его жены и дочери. Прикованный к инвалидному креслу и движимый местью, он отчаянно нуждае…
Апокалипсис приближается, зло в лице Ноктурны набирает мощь, но растет и сила, передаваемая Матерью Насте. Команда под руководством демона Самаэля ищет девочку-балерину, которая связана с Ноктурной. Но Самаэль знает, что Настя должна будет принести с…
Апокалипсис приближается, зло в лице Ноктурны набирает мощь, но растет и сила, передаваемая Матерью Насте. Команда под руководством демона Самаэля ищет девочку-балерину, которая связана с Ноктурной. Но Самаэль знает, что Настя должна будет принести с…
«Мужик (пашет, глядит вверх). Вот и полдни, пора отпрягать. Но, вылезь! Заморилась, сердечная. Вот завернусь оттуда, последнюю борозду проеду, да и обедать. Спасибо, догадался, с собою краюшку хлеба взял. Домой не поеду. Закушу у колодца, вздремну, а…
«Мужик (пашет, глядит вверх). Вот и полдни, пора отпрягать. Но, вылезь! Заморилась, сердечная. Вот завернусь оттуда, последнюю борозду проеду, да и обедать. Спасибо, догадался, с собою краюшку хлеба взял. Домой не поеду. Закушу у колодца, вздремну, а…





















