ЛитРес: чтец
Каникулы в старинном особняке гостеприимного вампира обернулись дерзкой кражей. Из тайника хозяина дома похищен фамильный артефакт невиданной силы. Под подозрением каждый из гостей. Очаровательной ведьме Нине и сыну некроманта Александру предстоит ра…
Каникулы в старинном особняке гостеприимного вампира обернулись дерзкой кражей. Из тайника хозяина дома похищен фамильный артефакт невиданной силы. Под подозрением каждый из гостей. Очаровательной ведьме Нине и сыну некроманта Александру предстоит ра…
«Было это… право, теперь мне кажется порой, что это было триста лет тому назад: так много событий, лиц, городов, удач, неуспехов, радостей и горя легло между нынешним и тогдашним временем. Я жил тогда в Киеве, в самом начале Подола, под Александровск…
«Было это… право, теперь мне кажется порой, что это было триста лет тому назад: так много событий, лиц, городов, удач, неуспехов, радостей и горя легло между нынешним и тогдашним временем. Я жил тогда в Киеве, в самом начале Подола, под Александровск…
«Сон был беспокойный, но в первый раз за много лет проспал он до десяти часов.
Проснулся, потянулся и с удивлением заметил, что поясница не болит.
Привычным движением ухватил себя за подбородок, чтобы вытянуть из-под одеяла свою длинную жидкую седую …
«Сон был беспокойный, но в первый раз за много лет проспал он до десяти часов.
Проснулся, потянулся и с удивлением заметил, что поясница не болит.
Привычным движением ухватил себя за подбородок, чтобы вытянуть из-под одеяла свою длинную жидкую седую …
Познакомившись в парке с безобидной старушкой, выгуливавшей собачку, телохранитель Евгения Охотникова и не предполагала, что новой знакомой понадобятся ее услуги. Причем охранять Жене предстояло не саму пожилую даму, а… ее собаку – сообразительного б…
Познакомившись в парке с безобидной старушкой, выгуливавшей собачку, телохранитель Евгения Охотникова и не предполагала, что новой знакомой понадобятся ее услуги. Причем охранять Жене предстояло не саму пожилую даму, а… ее собаку – сообразительного б…
«… Действительно, палкой он постучал так громко и заложил ногу за ногу так решительно – будто бы хотел потребовать все самое лучшее, что есть в погребе, в кухне и на сцене.
– Что позволите? – замотал невидимым хвостом метрдотель.
Костя поднял на него…
«… Действительно, палкой он постучал так громко и заложил ногу за ногу так решительно – будто бы хотел потребовать все самое лучшее, что есть в погребе, в кухне и на сцене.
– Что позволите? – замотал невидимым хвостом метрдотель.
Костя поднял на него…
«В Москве, между Солянкой и Яузским бульваром, находился до революции широко известный Хитров рынок. Днем там толокся народ, продавал и покупал всякое барахло, в толпе мелькали босяки с жуликоватыми глазами. Вечером тускло светились окна ночлежных до…
«В Москве, между Солянкой и Яузским бульваром, находился до революции широко известный Хитров рынок. Днем там толокся народ, продавал и покупал всякое барахло, в толпе мелькали босяки с жуликоватыми глазами. Вечером тускло светились окна ночлежных до…
«Нет на свете той красоты и той добродетели, которая, в чрезвычайно сгущенном виде, не превратилась бы в уродство. Чудесно пахнут духи Rose Jacqueminot, но концентрированная розовая эссенция непереносна для обоняния. Так и бережливость – навык весьма…
«Нет на свете той красоты и той добродетели, которая, в чрезвычайно сгущенном виде, не превратилась бы в уродство. Чудесно пахнут духи Rose Jacqueminot, но концентрированная розовая эссенция непереносна для обоняния. Так и бережливость – навык весьма…
«Так подготовлялась и началась Смута. Как вы видите, она была вызвана двумя поводами: насильственным и таинственным пресечением старой династии и потом искусственным ее воскрешением в лице первого самозванца. Насильственное и таинственное пресечение …
«Так подготовлялась и началась Смута. Как вы видите, она была вызвана двумя поводами: насильственным и таинственным пресечением старой династии и потом искусственным ее воскрешением в лице первого самозванца. Насильственное и таинственное пресечение …
«… – А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает?
– О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер.
– Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не остало…
«… – А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает?
– О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер.
– Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не остало…
Принять непростое решение – покинуть службу и начать работать на себя. Хорошая идея, не спорю! Если бы я знал, к чему это приведет, десять раз бы подумал, а стоит ли? Ведь очень непросто пытаться заработать на жизнь, когда тебя пытается убить самый н…
Принять непростое решение – покинуть службу и начать работать на себя. Хорошая идея, не спорю! Если бы я знал, к чему это приведет, десять раз бы подумал, а стоит ли? Ведь очень непросто пытаться заработать на жизнь, когда тебя пытается убить самый н…
«… – Ах, Марья Игнатьевна, – обратился он, всплеснув руками, к хозяйке. – Я сейчас только с дачи, и у нас там, представьте, выпал град величиной с орех. Прямо ужас! Я захватил даже с собой несколько градин, чтобы показать вам. Где, бишь, они?.. Вот т…
«… – Ах, Марья Игнатьевна, – обратился он, всплеснув руками, к хозяйке. – Я сейчас только с дачи, и у нас там, представьте, выпал град величиной с орех. Прямо ужас! Я захватил даже с собой несколько градин, чтобы показать вам. Где, бишь, они?.. Вот т…
Проза поэта о поэтах… Двойная субъективность, дающая тем не менее максимальное приближение к истинному положению вещей. Андрей Белый – глазами Марины Цветаевой.
Проза поэта о поэтах… Двойная субъективность, дающая тем не менее максимальное приближение к истинному положению вещей. Андрей Белый – глазами Марины Цветаевой.
Эхо Ленинграда – это наше прошлое, звучащее потомкам мира. Эхо Ленинграда – это наше настоящее, потому что благодаря ему мы живём здесь и сейчас. Эхо Ленинграда – наше будущее, которое заслужил мир. Эхо Ленинграда – эпоха людей, которых не победило в…
Эхо Ленинграда – это наше прошлое, звучащее потомкам мира. Эхо Ленинграда – это наше настоящее, потому что благодаря ему мы живём здесь и сейчас. Эхо Ленинграда – наше будущее, которое заслужил мир. Эхо Ленинграда – эпоха людей, которых не победило в…
Мне восемнадцать, и впереди вся жизнь. Учеба. Новые друзья. Ничто не мешает наслаждаться каждым её мгновением. Но что, если Незримые тени уже дышат в затылок? Что, если тот, кто должен меня защитить, станет моим палачом?
… Закрой глаза. Я – твоя тень…
Мне восемнадцать, и впереди вся жизнь. Учеба. Новые друзья. Ничто не мешает наслаждаться каждым её мгновением. Но что, если Незримые тени уже дышат в затылок? Что, если тот, кто должен меня защитить, станет моим палачом?
… Закрой глаза. Я – твоя тень…
Три детективные истории. Главный герой, как это видно из названия, когда-то вел не самую законную жизнь. Но теперь он остепенился, вышел, можно сказать, на пенсию и поселился на самом тихом острове в Атлантике. Острове, где никогда ничего не происход…
Три детективные истории. Главный герой, как это видно из названия, когда-то вел не самую законную жизнь. Но теперь он остепенился, вышел, можно сказать, на пенсию и поселился на самом тихом острове в Атлантике. Острове, где никогда ничего не происход…
«После царя-самозванца на престол вступил князь В. И. Шуйский, царь-заговорщик. Это был пожилой, 54-летний боярин небольшого роста, невзрачный, подслеповатый, человек неглупый, но более хитрый, чем умный, донельзя изолгавшийся и изынтриганившийся, пр…
«После царя-самозванца на престол вступил князь В. И. Шуйский, царь-заговорщик. Это был пожилой, 54-летний боярин небольшого роста, невзрачный, подслеповатый, человек неглупый, но более хитрый, чем умный, донельзя изолгавшийся и изынтриганившийся, пр…
«Друзья зашли в цветочный магазин и взяли букет из роз, приготовленный для Вениамина. Они вышли на улицу, слегка опьяненные влажным и дурманным запахом цветов, привезенных из Ниццы, томных, усталых от долгого пути… Николай и Вениамин прошли два бульв…
«Друзья зашли в цветочный магазин и взяли букет из роз, приготовленный для Вениамина. Они вышли на улицу, слегка опьяненные влажным и дурманным запахом цветов, привезенных из Ниццы, томных, усталых от долгого пути… Николай и Вениамин прошли два бульв…
«– Эй! Иван! Тащи паровоз! Мы поедем через Китай прямо в Ямайку!
И тотчас же Иван-денщик тащит небольшой походный самовар красной меди и ставит его на стол…»
«– Эй! Иван! Тащи паровоз! Мы поедем через Китай прямо в Ямайку!
И тотчас же Иван-денщик тащит небольшой походный самовар красной меди и ставит его на стол…»
«Как очень многие из моих ровесников, я в свое время увлекался опереткой. Но это была оперетка Лентовского, Родона, Вельской, Зориной, Вальяно, Давыдова, Тартакова, Чернова. Трудно было не увлечься.
И впоследствии я должен был заплатить долг оперетке…
«Как очень многие из моих ровесников, я в свое время увлекался опереткой. Но это была оперетка Лентовского, Родона, Вельской, Зориной, Вальяно, Давыдова, Тартакова, Чернова. Трудно было не увлечься.
И впоследствии я должен был заплатить долг оперетке…
"Лекарь был в отчаянии. Он к Ивану Трофимовичу и с вертелом, и с ланцетом, и с щипцами: Иван Трофимович не дается. Наконец городничий рассердился, лекарь также; минута была решительная: от нее зависели и будущая слава Богдана Ивановича, и богатство, …
"Лекарь был в отчаянии. Он к Ивану Трофимовичу и с вертелом, и с ланцетом, и с щипцами: Иван Трофимович не дается. Наконец городничий рассердился, лекарь также; минута была решительная: от нее зависели и будущая слава Богдана Ивановича, и богатство, …