ЛитРес: чтец
Слушайте, дети: сейчас начнется сказка про Щелкуна и Мышиного Даря. Сказку эту написал по-немецки знаменитый немецкий писатель Гофман, а я вам ее перескажу по-русски. К сказке этой есть даже особая музыка; сочинил ее для Фортепиано немецкий композито…
Слушайте, дети: сейчас начнется сказка про Щелкуна и Мышиного Даря. Сказку эту написал по-немецки знаменитый немецкий писатель Гофман, а я вам ее перескажу по-русски. К сказке этой есть даже особая музыка; сочинил ее для Фортепиано немецкий композито…
Денис Ракитин сразу обратил внимание на Настю, девушку с грустными глазами, похожую на ожившую античную статую, и подумал: с Ларисой пора расставаться. Их связь тянулась еще со школы и благополучно пережила несколько замужеств Лары, но сейчас она поч…
Денис Ракитин сразу обратил внимание на Настю, девушку с грустными глазами, похожую на ожившую античную статую, и подумал: с Ларисой пора расставаться. Их связь тянулась еще со школы и благополучно пережила несколько замужеств Лары, но сейчас она поч…
К 70-летию Великой Победы. Уникальные воспоминания командира Т-34, отвоевавшего на передовой более года, – для танкиста это был огромный срок, ведь танковые части зачастую дрались буквально «до последней машины»: их отводили в тыл на переформирование…
К 70-летию Великой Победы. Уникальные воспоминания командира Т-34, отвоевавшего на передовой более года, – для танкиста это был огромный срок, ведь танковые части зачастую дрались буквально «до последней машины»: их отводили в тыл на переформирование…
«Быть бы индейцем, готов хоть сейчас…»
«Быть бы индейцем, готов хоть сейчас…»
«У Дена вышли неприятности из-за латыни, и его оставили в классной; вот поэтому-то Уна и ушла одна в Дальний лес. Сделанная Хобденом катапульта Дена хранилась в дупле огромного бука на западной опушке леса. В честь книги «Песни древнего Рима» дети на…
«У Дена вышли неприятности из-за латыни, и его оставили в классной; вот поэтому-то Уна и ушла одна в Дальний лес. Сделанная Хобденом катапульта Дена хранилась в дупле огромного бука на западной опушке леса. В честь книги «Песни древнего Рима» дети на…
Новая серия женской любовно-исторической фантастики! Наша современница при дворе короля Людовика XIII. Красавица из будущего становится знаменитой фавориткой, покорительницей сердец, последней любовью кардинала Ришелье.
Каково современной женщине в «…
Новая серия женской любовно-исторической фантастики! Наша современница при дворе короля Людовика XIII. Красавица из будущего становится знаменитой фавориткой, покорительницей сердец, последней любовью кардинала Ришелье.
Каково современной женщине в «…
«Все двенадцать имели полное право гордиться и вместе с тем бояться; хотя на турнире они и выигрывали игру за игрой в поло, но в этот день они должны были встретиться в финальном матче с командой „архангелов“, а противники эти играли с полудюжиной по…
«Все двенадцать имели полное право гордиться и вместе с тем бояться; хотя на турнире они и выигрывали игру за игрой в поло, но в этот день они должны были встретиться в финальном матче с командой „архангелов“, а противники эти играли с полудюжиной по…
Джеку семнадцать лет, и он живет с матерью на хуторе в депрессивном районе. Их жизнь проста и однообразна. Никакой работы в округе нет, спасает только то, что местность, в которой они живут, некогда была местом большой атомной войны и теперь все немн…
Джеку семнадцать лет, и он живет с матерью на хуторе в депрессивном районе. Их жизнь проста и однообразна. Никакой работы в округе нет, спасает только то, что местность, в которой они живут, некогда была местом большой атомной войны и теперь все немн…
Позади постылая деревня, позади жизнь на положении раба, позади учебный лагерь Корпуса Морской Пехоты. Впереди – война.
Что ожидает новоиспеченного сержанта Неда Черного? Как использует он свои способности, способности черного мага, демонолога – адеп…
Позади постылая деревня, позади жизнь на положении раба, позади учебный лагерь Корпуса Морской Пехоты. Впереди – война.
Что ожидает новоиспеченного сержанта Неда Черного? Как использует он свои способности, способности черного мага, демонолога – адеп…
А ведь как все романтично начиналось. Бархатная летняя ночь, золотая луна, карабкающийся по плющу на стене поклонник с розой в зубах, горящий желанием предложить прекрасной инорите руку и сердце… А закончилось побегом от магов, стражи и эльфов. И все…
А ведь как все романтично начиналось. Бархатная летняя ночь, золотая луна, карабкающийся по плющу на стене поклонник с розой в зубах, горящий желанием предложить прекрасной инорите руку и сердце… А закончилось побегом от магов, стражи и эльфов. И все…
Второе издание, дополненное.
У Империи много внешних и внутренних проблем. Император непогрешим и всегда прав. Но и над ним есть сила, способная заставить его действовать в строгих рамках. И эти рамки не позволяют Империи вступать в контакт со слабо…
Второе издание, дополненное.
У Империи много внешних и внутренних проблем. Император непогрешим и всегда прав. Но и над ним есть сила, способная заставить его действовать в строгих рамках. И эти рамки не позволяют Империи вступать в контакт со слабо…
В день рождения Марии-Антуанетты придворный астролог предсказал ей смерть на эшафоте, если только принцессу не выдадут замуж в Россию или Китай… Пророчество сбылось 37 лет спустя – несчастная королева Франции легла под нож гильотины. Последние ее сло…
В день рождения Марии-Антуанетты придворный астролог предсказал ей смерть на эшафоте, если только принцессу не выдадут замуж в Россию или Китай… Пророчество сбылось 37 лет спустя – несчастная королева Франции легла под нож гильотины. Последние ее сло…
После гибели Цезаря, которого она считала главным мужчиной в своей жизни и оплакивала годами, Клеопатра была уверена, что больше не способна полюбить. Как же она ошибалась! Впрочем, ее чувство к Марку Антонию не назовешь просто любовью – это была отч…
После гибели Цезаря, которого она считала главным мужчиной в своей жизни и оплакивала годами, Клеопатра была уверена, что больше не способна полюбить. Как же она ошибалась! Впрочем, ее чувство к Марку Антонию не назовешь просто любовью – это была отч…
Волнующий роман о роковых страстях, сердечных тайнах и трагической судьбе легендарной Клеопатры. Потрясающая история величайшей женщины Древнего мира, которая была не только повелительницей Египта, но и ЦАРИЦЕЙ ЛЮБВИ!
После гибели Цезаря, которого он…
Волнующий роман о роковых страстях, сердечных тайнах и трагической судьбе легендарной Клеопатры. Потрясающая история величайшей женщины Древнего мира, которая была не только повелительницей Египта, но и ЦАРИЦЕЙ ЛЮБВИ!
После гибели Цезаря, которого он…
«Я забыл, что есть Сибирь», – записал в дневнике Станислав Понятовский после первой ночи с Екатериной, которая тогда еще не избавилась от ничтожного супруга. Этот бурный роман мог стать для нее самоубийством – но в отличие от своего фаворита Екатерин…
«Я забыл, что есть Сибирь», – записал в дневнике Станислав Понятовский после первой ночи с Екатериной, которая тогда еще не избавилась от ничтожного супруга. Этот бурный роман мог стать для нее самоубийством – но в отличие от своего фаворита Екатерин…
До того, как стать Святым, князь Владимир имел не один, а целых три гарема на 800 наложниц. Прежде чем его нарекли Красным Солнышком, молодой князь «прославился» как насильник и растлитель… Может ли гордая женщина полюбить того, кто взял ее силой на …
До того, как стать Святым, князь Владимир имел не один, а целых три гарема на 800 наложниц. Прежде чем его нарекли Красным Солнышком, молодой князь «прославился» как насильник и растлитель… Может ли гордая женщина полюбить того, кто взял ее силой на …
«Благими намерениями вымощена дорога в ад». Не стоило скромной Кристине забывать эту прописную истину и бросаться помогать старичку в парке, хватающемуся за сердце. Вся её жизнь теперь – отчаянная попытка сбежать от того, кто преследует её по пятам, …
«Благими намерениями вымощена дорога в ад». Не стоило скромной Кристине забывать эту прописную истину и бросаться помогать старичку в парке, хватающемуся за сердце. Вся её жизнь теперь – отчаянная попытка сбежать от того, кто преследует её по пятам, …
Он называл её «Ангел мой» и был для неё воздухом. Но как дышать, если воздуха больше нет? Остались только сумасшедшая боль и ненависть, толкающие на опасный путь. Дорога мести темна и одинока, с неё не свернёшь… Так думала Вероника, пока в её жизни н…
Он называл её «Ангел мой» и был для неё воздухом. Но как дышать, если воздуха больше нет? Остались только сумасшедшая боль и ненависть, толкающие на опасный путь. Дорога мести темна и одинока, с неё не свернёшь… Так думала Вероника, пока в её жизни н…





















