легкая проза
Она всегда любила только науку. Стремилась к открытиям, отдавая себя. В ее жизни появилась первая любовь, работа мечты. Жизнь превратилась в сказку. Но ведь так не бывает! Теперь ей приходится выбирать, прилагая все усилия для сохранения счастья.
Она всегда любила только науку. Стремилась к открытиям, отдавая себя. В ее жизни появилась первая любовь, работа мечты. Жизнь превратилась в сказку. Но ведь так не бывает! Теперь ей приходится выбирать, прилагая все усилия для сохранения счастья.
Дэвид — журналист, который умеет слушать, но не умеет слышать. Город, статьи, спешка и лишние слова довели его до выгорания. Он приезжает в резервацию на краю осени, чтобы взять интервью у последнего старика, помнящего старые времена. Но Тихий Медвед…
Дэвид — журналист, который умеет слушать, но не умеет слышать. Город, статьи, спешка и лишние слова довели его до выгорания. Он приезжает в резервацию на краю осени, чтобы взять интервью у последнего старика, помнящего старые времена. Но Тихий Медвед…
Предательство редко предупреждает о себе. Оно всегда обрушивается внезапно, как если бы влепили хлёсткую пощёчину. Двойное предательство – в разы хуже. Для него у меня даже определения не нашлось.
Правда обожгла сердце, выжгла душу и оставила только …
Предательство редко предупреждает о себе. Оно всегда обрушивается внезапно, как если бы влепили хлёсткую пощёчину. Двойное предательство – в разы хуже. Для него у меня даже определения не нашлось.
Правда обожгла сердце, выжгла душу и оставила только …
Дэвид — журналист, который умеет слушать, но не умеет слышать. Город, статьи, спешка и лишние слова довели его до выгорания. Он приезжает в резервацию на краю осени, чтобы взять интервью у последнего старика, помнящего старые времена. Но Тихий Медвед…
Дэвид — журналист, который умеет слушать, но не умеет слышать. Город, статьи, спешка и лишние слова довели его до выгорания. Он приезжает в резервацию на краю осени, чтобы взять интервью у последнего старика, помнящего старые времена. Но Тихий Медвед…
Что, если всё, что нам рассказывали, было совсем не так?
В некотором царстве, в некотором государстве — да только не в том, о котором вы подумали, — жила-была Яга. Молодая. Румяная. С волосами волнистыми. Травы знала. Зверей понимала. С духами лесным…
Что, если всё, что нам рассказывали, было совсем не так?
В некотором царстве, в некотором государстве — да только не в том, о котором вы подумали, — жила-была Яга. Молодая. Румяная. С волосами волнистыми. Травы знала. Зверей понимала. С духами лесным…
Рассказ «Дом» — это тёплая, искренняя история о поиске своего места в жизни, создании семейного уюта и постепенном обретении гармонии с собственным домом. Автор делится воспоминаниями о покупке и обустройстве загородного дома, трудностях ремонта, рад…
Рассказ «Дом» — это тёплая, искренняя история о поиске своего места в жизни, создании семейного уюта и постепенном обретении гармонии с собственным домом. Автор делится воспоминаниями о покупке и обустройстве загородного дома, трудностях ремонта, рад…
Каждое утро она выходила на балкон и смотрела на спешащих по улице людей. Каждое утро она улыбалась солнцу и новому дню. Она стала привычной частью каждодневной утренней картины... Но однажды она не вышла на свой балкон. Не поприветствовала солнце и …
Каждое утро она выходила на балкон и смотрела на спешащих по улице людей. Каждое утро она улыбалась солнцу и новому дню. Она стала привычной частью каждодневной утренней картины... Но однажды она не вышла на свой балкон. Не поприветствовала солнце и …
Вновь черновики из старых запасов и самые простые цветные карандаши. Пробую рисовать. Страну моих цветов.
Вновь черновики из старых запасов и самые простые цветные карандаши. Пробую рисовать. Страну моих цветов.