криминальные боевики
Она — уборщица. Нелегалка. Невидимая. Восемь лет её никто не замечал. Пока однажды ночью она не увидела то, что не должна была. Теперь её ищут все: корпорации, полиция, убийцы. Но она не жертва. Она мать, которая не сдастся. И она готова уничтожить с…
Она — уборщица. Нелегалка. Невидимая. Восемь лет её никто не замечал. Пока однажды ночью она не увидела то, что не должна была. Теперь её ищут все: корпорации, полиция, убийцы. Но она не жертва. Она мать, которая не сдастся. И она готова уничтожить с…
Уолл-стрит не верит слезам, она признает только силу. Джексен Лоу начинал на самом дне — простым парковщиком, ежедневно открывающим двери люксовых авто для тех, кто держит за горло финансовый мир Нью-Йорка. Но за скромной внешностью и помятой белой р…
Уолл-стрит не верит слезам, она признает только силу. Джексен Лоу начинал на самом дне — простым парковщиком, ежедневно открывающим двери люксовых авто для тех, кто держит за горло финансовый мир Нью-Йорка. Но за скромной внешностью и помятой белой р…
Она была невидимой. Теперь её знает весь мир — и хочет уничтожить. Он — чистильщик, который убирает свидетелей. Хейл вернулся. Не один — с сетью, которая десятилетиями управляла всем: полиция, финансы, политика, пресса. Елена и Джек думали, что побед…
Она была невидимой. Теперь её знает весь мир — и хочет уничтожить. Он — чистильщик, который убирает свидетелей. Хейл вернулся. Не один — с сетью, которая десятилетиями управляла всем: полиция, финансы, политика, пресса. Елена и Джек думали, что побед…
Уолл-стрит не верит слезам, она признает только силу. Джексен Лоу начинал на самом дне — простым парковщиком, ежедневно открывающим двери люксовых авто для тех, кто держит за горло финансовый мир Нью-Йорка. Но за скромной внешностью и помятой белой р…
Уолл-стрит не верит слезам, она признает только силу. Джексен Лоу начинал на самом дне — простым парковщиком, ежедневно открывающим двери люксовых авто для тех, кто держит за горло финансовый мир Нью-Йорка. Но за скромной внешностью и помятой белой р…
Александра оказалась втянута в опасный мир власти, интриг и тайных организаций — туда, где цена ошибки равна жизни, а доверие становится роскошью. Поначалу она была лишь пешкой в игре могущественных людей, но быстро осознала: чтобы выжить и защитить …
Александра оказалась втянута в опасный мир власти, интриг и тайных организаций — туда, где цена ошибки равна жизни, а доверие становится роскошью. Поначалу она была лишь пешкой в игре могущественных людей, но быстро осознала: чтобы выжить и защитить …
В 1992 году Антон и Вера Вальтер попали на поруки к бабушке Агате после бегства родителей от бандитов. Двойняшки выросли в окружении любви и заботы полукровной немки Агаты Рольфовны Вальтер, но Антон с детства вёл двойную игру. Он тесно дружит с сыно…
В 1992 году Антон и Вера Вальтер попали на поруки к бабушке Агате после бегства родителей от бандитов. Двойняшки выросли в окружении любви и заботы полукровной немки Агаты Рольфовны Вальтер, но Антон с детства вёл двойную игру. Он тесно дружит с сыно…
Мой муж был адвокатом одного всесильного и опасного человека. А через полтора года после потери любимого, ко мне в гости приходит его бывший «хозяин». Эта встреча не сулит ничего хорошего, остаётся только одно - бежать. Выжить любой ценой. Скрыться …
Мой муж был адвокатом одного всесильного и опасного человека. А через полтора года после потери любимого, ко мне в гости приходит его бывший «хозяин». Эта встреча не сулит ничего хорошего, остаётся только одно - бежать. Выжить любой ценой. Скрыться …
Мой муж был адвокатом одного всесильного и опасного человека. А через полтора года после потери любимого, ко мне в гости приходит его бывший «хозяин». Эта встреча не сулит ничего хорошего, остаётся только одно - бежать. Выжить любой ценой. Скрыться …
Мой муж был адвокатом одного всесильного и опасного человека. А через полтора года после потери любимого, ко мне в гости приходит его бывший «хозяин». Эта встреча не сулит ничего хорошего, остаётся только одно - бежать. Выжить любой ценой. Скрыться …
Я прилетела в Палермо, чтобы забыть о работе, начальстве и ипотеке.
Вместо этого случайно села на колени к незнакомцу и назвала его своим мужчиной.
На следующий день глава сицилийской мафии предложил мне десять миллионов долларов за фиктивный брак.
У…
Я прилетела в Палермо, чтобы забыть о работе, начальстве и ипотеке.
Вместо этого случайно села на колени к незнакомцу и назвала его своим мужчиной.
На следующий день глава сицилийской мафии предложил мне десять миллионов долларов за фиктивный брак.
У…
Сентябрь девяносто третьего забирает у Владимира Соколова правую руку — и отдаёт ему город. Тот, кто выжил под шквальным огнём на Цветочной улице, возвращается в Петербург другим человеком: холодным, безруким, несокрушимым. Отныне порты, комитеты, ко…
Сентябрь девяносто третьего забирает у Владимира Соколова правую руку — и отдаёт ему город. Тот, кто выжил под шквальным огнём на Цветочной улице, возвращается в Петербург другим человеком: холодным, безруким, несокрушимым. Отныне порты, комитеты, ко…
Первая книга трилогии о еврейской мафии.
1986 год после того как Олег Александрович(Агент девятка) потерял Эмануэль во время ее сделки с евреями начали убегать.
Первая книга трилогии о еврейской мафии.
1986 год после того как Олег Александрович(Агент девятка) потерял Эмануэль во время ее сделки с евреями начали убегать.
Шестнадцать лет. Возраст, когда кажется, что весь мир открыт. Но иногда всё меняется за одну ночь.
Она уходит через дверь, которую нельзя закрыть на ключ. Она не бежит — она рассчитывает. Девочка, которая рано научилась не спать, пока не станет тихо …
Шестнадцать лет. Возраст, когда кажется, что весь мир открыт. Но иногда всё меняется за одну ночь.
Она уходит через дверь, которую нельзя закрыть на ключ. Она не бежит — она рассчитывает. Девочка, которая рано научилась не спать, пока не станет тихо …
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
Вика — дерзкая двадцатилетняя студентка, привыкшая жить по своим правилам. Богатые родители купили ей квартиру, но не смогли купить послушание. Ночные клубы, случайные знакомства, опасные прогулки — она не верила, что за свободу придётся платить.
Огр…
Вика — дерзкая двадцатилетняя студентка, привыкшая жить по своим правилам. Богатые родители купили ей квартиру, но не смогли купить послушание. Ночные клубы, случайные знакомства, опасные прогулки — она не верила, что за свободу придётся платить.
Огр…
Парижский аэропорт Шарль-де-Голль превращен в заминированную мышеловку. В его терминалах укрывается беглый американский шпион, владеющий опаснейшим цифровым секретом века. Но главная угроза приходит из глубокой тьмы прошлого. «Энтикам» — фанатичный т…
Парижский аэропорт Шарль-де-Голль превращен в заминированную мышеловку. В его терминалах укрывается беглый американский шпион, владеющий опаснейшим цифровым секретом века. Но главная угроза приходит из глубокой тьмы прошлого. «Энтикам» — фанатичный т…
Шестнадцать лет. Возраст, когда кажется, что весь мир открыт. Но иногда всё меняется за одну ночь.
Она уходит через дверь, которую нельзя закрыть на ключ. Она не бежит — она рассчитывает. Девочка, которая рано научилась не спать, пока не станет тихо …
Шестнадцать лет. Возраст, когда кажется, что весь мир открыт. Но иногда всё меняется за одну ночь.
Она уходит через дверь, которую нельзя закрыть на ключ. Она не бежит — она рассчитывает. Девочка, которая рано научилась не спать, пока не станет тихо …
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
В квартире на верхнем этаже — ни следов взлома, ни криков, ни поднятой на ноги охраны. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть просто отсутствием звука. Смерть, которая не оставляет улик, оставляет эхо — и оно не даёт покоя тем, кто пытается разоб…
Петербург, зима. Криминальный авторитет Виктор Замятин — смотрящий по городу — узнаёт, что наркоторговец Тимур-Врач продаёт смерть школьникам. Его правая рука, тихий и расчётливый Артём Воронцов, понимает: беспредел пора кончать. Но чтобы остановить …
Петербург, зима. Криминальный авторитет Виктор Замятин — смотрящий по городу — узнаёт, что наркоторговец Тимур-Врач продаёт смерть школьникам. Его правая рука, тихий и расчётливый Артём Воронцов, понимает: беспредел пора кончать. Но чтобы остановить …
Я навсегда решил проблему с Вакси Гордоном и смог защитить организацию в Чикаго. Благотворительность дает свои плоды, и мне удалось наладить контакт с Рузвельтом – нынешним губернатором штата Нью-Йорк и будущим президентом.
Мы договорились о сотрудни…
Я навсегда решил проблему с Вакси Гордоном и смог защитить организацию в Чикаго. Благотворительность дает свои плоды, и мне удалось наладить контакт с Рузвельтом – нынешним губернатором штата Нью-Йорк и будущим президентом.
Мы договорились о сотрудни…
— Твой отец всегда говорил, что ты особенный. «У моего парня стальные нервы», — так он говорил. Что ж, посмотрим.
Он протянул руку. Джардани посмотрел на эту руку — длинные пальцы, побелевшие костяшки, на запястье — татуировка в виде латинской фразы,…
— Твой отец всегда говорил, что ты особенный. «У моего парня стальные нервы», — так он говорил. Что ж, посмотрим.
Он протянул руку. Джардани посмотрел на эту руку — длинные пальцы, побелевшие костяшки, на запястье — татуировка в виде латинской фразы,…