русская классика
Действие разворачивается в Москве в 1920-е годы, в разгар эпохи НЭПа. Предприимчивая Зоя Пельц открывает в своей квартире швейную мастерскую, которая по вечерам превращается в притон и публичный дом для «советской элиты». Зоя мечтает заработать денег…
Действие разворачивается в Москве в 1920-е годы, в разгар эпохи НЭПа. Предприимчивая Зоя Пельц открывает в своей квартире швейную мастерскую, которая по вечерам превращается в притон и публичный дом для «советской элиты». Зоя мечтает заработать денег…
«На пятнадцатой версте от Крестовской заставы на Троицком (Ярославском) шоссе стоит многим знакомое село Большие Мытищи. Почти все богомольцы, едущие и идущие в Сергиевскую Лавру, останавливаются там, чтобы напиться чрезвычайно вкусного чаю или необы…
«На пятнадцатой версте от Крестовской заставы на Троицком (Ярославском) шоссе стоит многим знакомое село Большие Мытищи. Почти все богомольцы, едущие и идущие в Сергиевскую Лавру, останавливаются там, чтобы напиться чрезвычайно вкусного чаю или необы…
«Какое вчерашнего числа с нами событие случилось… Просто, на удивленье миру! В нашем купеческом сословии много разных делов происходит, а еще этакой операции, так думаю, никогда не бывало…»
«Какое вчерашнего числа с нами событие случилось… Просто, на удивленье миру! В нашем купеческом сословии много разных делов происходит, а еще этакой операции, так думаю, никогда не бывало…»
Это мощное символическое произведение, ставшее гимном грядущей революции. Через образы морских птиц – робких чаек, пугливых гагар и мудрого пингвина – Горький рисует портреты разных социальных слоев перед лицом перемен. Главный герой, Буревестник, ол…
Это мощное символическое произведение, ставшее гимном грядущей революции. Через образы морских птиц – робких чаек, пугливых гагар и мудрого пингвина – Горький рисует портреты разных социальных слоев перед лицом перемен. Главный герой, Буревестник, ол…
«Тень птицы рассказ из книги путевых очерков Бунина. В очерке описано посещение Стамбула (Константинополя). Книга не оставит равнодушными тех, кто бывал в Стамбуле, бродил по его улочкам, наслаждался историческими памятниками. Иван Бунин путешествует…
«Тень птицы рассказ из книги путевых очерков Бунина. В очерке описано посещение Стамбула (Константинополя). Книга не оставит равнодушными тех, кто бывал в Стамбуле, бродил по его улочкам, наслаждался историческими памятниками. Иван Бунин путешествует…
Праздничная суета, запах хвои и жареного гуся... В центре сюжета сцена поздравления. К купцу один за другим приходят его бедные родственники и крестники в надежде получить «праздничную милостыню». Автор с присущим ему мягким юмором и тонкой иронией о…
Праздничная суета, запах хвои и жареного гуся... В центре сюжета сцена поздравления. К купцу один за другим приходят его бедные родственники и крестники в надежде получить «праздничную милостыню». Автор с присущим ему мягким юмором и тонкой иронией о…
«Честь имею поздравить ваше высокоблагородие с походом! – крикнул курьер, пристукнув шпорами и останавливаясь неподвижно у дверей.
Поход! Это известие застигло наше маленькое общество в самую поэтическую минуту военной жизни, – разумеется, мирного вр…
«Честь имею поздравить ваше высокоблагородие с походом! – крикнул курьер, пристукнув шпорами и останавливаясь неподвижно у дверей.
Поход! Это известие застигло наше маленькое общество в самую поэтическую минуту военной жизни, – разумеется, мирного вр…
В тенистом ущелье встречаются двое: Уж, любящий покой и сырость, и Сокол, разбившийся о камни в попытке достичь солнца. Сокол бредит небом и призывает к полету, в то время как Уж лишь посмеивается над «безумством» раненой птицы, считая небо пустой и …
В тенистом ущелье встречаются двое: Уж, любящий покой и сырость, и Сокол, разбившийся о камни в попытке достичь солнца. Сокол бредит небом и призывает к полету, в то время как Уж лишь посмеивается над «безумством» раненой птицы, считая небо пустой и …
Под шум морского прибоя и треск ночного костра оживают предания о людях, чья жажда свободы не знала границ. Вы узнаете о гордом Ларре, наказанном вечным одиночеством за свое высокомерие, о прекрасной цыганской любви, обернувшейся трагедией, и о самоо…
Под шум морского прибоя и треск ночного костра оживают предания о людях, чья жажда свободы не знала границ. Вы узнаете о гордом Ларре, наказанном вечным одиночеством за свое высокомерие, о прекрасной цыганской любви, обернувшейся трагедией, и о самоо…
«…Император Николай I, которого уж никто, конечно, не заподозрит в недостатке рыцарства, называл дуэль „подлостью“.
Его современник, Пушкин, которого никто не заподозрит в недостатке прогрессивных идей, дрался и был смертельно ранен на дуэли…»
«…Император Николай I, которого уж никто, конечно, не заподозрит в недостатке рыцарства, называл дуэль „подлостью“.
Его современник, Пушкин, которого никто не заподозрит в недостатке прогрессивных идей, дрался и был смертельно ранен на дуэли…»
Юмористический рассказ об особенностях общения с близкими или чужими людьми. С кем же проще и комфортнее?
Юмористический рассказ об особенностях общения с близкими или чужими людьми. С кем же проще и комфортнее?
В тихие вечерние часы, когда весь дом погружается в сон, оживают удивительные истории о лесных обитателях, хитрых охотниках и крошечных жителях травяных джунглей. Эти сказки, рожденные из безграничной отцовской любви, приглашают маленького читателя в…
В тихие вечерние часы, когда весь дом погружается в сон, оживают удивительные истории о лесных обитателях, хитрых охотниках и крошечных жителях травяных джунглей. Эти сказки, рожденные из безграничной отцовской любви, приглашают маленького читателя в…
Яков Скороходов десятилетиями наблюдает за миром из-за ресторанного столика, услужливо подавая вина и деликатесы тем, кто привык сорить деньгами. За парадными дверями заведения скрываются людские пороки, цинизм и предательство, которые старик вынужде…
Яков Скороходов десятилетиями наблюдает за миром из-за ресторанного столика, услужливо подавая вина и деликатесы тем, кто привык сорить деньгами. За парадными дверями заведения скрываются людские пороки, цинизм и предательство, которые старик вынужде…
Новый адаптированный перевод Алексея Козлова Первого Тома книги Вашингтона Ирвинга — «КникерЪ-Бокерская История Нью-Йорка». Это одна из первый невероятно смешных исторических сатир, описывающая несколько поколений голландских губернаторов Нью-Йорка (…
Новый адаптированный перевод Алексея Козлова Первого Тома книги Вашингтона Ирвинга — «КникерЪ-Бокерская История Нью-Йорка». Это одна из первый невероятно смешных исторических сатир, описывающая несколько поколений голландских губернаторов Нью-Йорка (…
Книга представляет из себя духовную биографию Пушкина - единственную в этом роде во всём отечественном пушкиноведении.
Книга представляет из себя духовную биографию Пушкина - единственную в этом роде во всём отечественном пушкиноведении.
«…Демьянов шел в головной роте. Шинель его, туго перетянутая ремнем, намокла от росы и топорщилась. Он поднял воротник, надвинул фуражку и шагал в ногу с рябым и высоким солдатом, который, косясь на офицера, нет-нет да и приговаривал: „Эх, чайку-то н…
«…Демьянов шел в головной роте. Шинель его, туго перетянутая ремнем, намокла от росы и топорщилась. Он поднял воротник, надвинул фуражку и шагал в ногу с рябым и высоким солдатом, который, косясь на офицера, нет-нет да и приговаривал: „Эх, чайку-то н…
В книгу II вошли тома c седьмого по двенадцатый. Речь идет о событиях, происходящих на территории России в период с 1505 по 1612 год. Повествуется о периоде правления государя, великого князя Василия III Иоанновича, великого князя и царя Иоанна IV – …
В книгу II вошли тома c седьмого по двенадцатый. Речь идет о событиях, происходящих на территории России в период с 1505 по 1612 год. Повествуется о периоде правления государя, великого князя Василия III Иоанновича, великого князя и царя Иоанна IV – …
Эта книга предлагает глубокий и взвешенный анализ космической гонки, раскрывая малоизвестные аспекты советской и мировой космической программы. Автор исследует инженерные достижения, человеческие истории и историческое наследие, формирующее современн…
Эта книга предлагает глубокий и взвешенный анализ космической гонки, раскрывая малоизвестные аспекты советской и мировой космической программы. Автор исследует инженерные достижения, человеческие истории и историческое наследие, формирующее современн…





















