русская классика
«Нет ничего неприятнее, как запаздывать к празднику, а особенно к такому, как сочельник. У нас, у южан, елка всегда в сочельник, и с раннего детства связаны с этим вечером воспоминания тихого семейного кружка, радостей елки, этих светлых радостей, не…
«Нет ничего неприятнее, как запаздывать к празднику, а особенно к такому, как сочельник. У нас, у южан, елка всегда в сочельник, и с раннего детства связаны с этим вечером воспоминания тихого семейного кружка, радостей елки, этих светлых радостей, не…
«Швейцар одного из сумрачных домов на Фурштадтской не спешил открывать двери, хотя гости прибывали один за другим. Это были только мужчины, и швейцар знал, что они идут во второй этаж, к господину Лукашевичу, где будет чтение, потом им дадут чаю с ко…
«Швейцар одного из сумрачных домов на Фурштадтской не спешил открывать двери, хотя гости прибывали один за другим. Это были только мужчины, и швейцар знал, что они идут во второй этаж, к господину Лукашевичу, где будет чтение, потом им дадут чаю с ко…
Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1896, номер 297, 27 октября, в разделе «Фельетон».
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту газеты «Нижегородский листок».
Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1896, номер 297, 27 октября, в разделе «Фельетон».
В собрания сочинений не включалось.
Печатается по тексту газеты «Нижегородский листок».
Из сборника "Моя Россия".
Молодой человек тридцатилетнего возраста Павел Верещагин, недавно вернувшийся из туристического путешествия по Европе и полностью очарованный ею, с явной неохотой едет навещать свою бабушку, живущую в одной из захолустных де…
Из сборника "Моя Россия".
Молодой человек тридцатилетнего возраста Павел Верещагин, недавно вернувшийся из туристического путешествия по Европе и полностью очарованный ею, с явной неохотой едет навещать свою бабушку, живущую в одной из захолустных де…
Зинаида Гиппиус – русская писательница, поэтесса и драматург, одна из ярчайших представительниц Серебряного века.
«Чертова кукла» и «Роман-царевич» – первые две книги условной трилогии, отражающей философские и политические взгляды писательницы посл…
Зинаида Гиппиус – русская писательница, поэтесса и драматург, одна из ярчайших представительниц Серебряного века.
«Чертова кукла» и «Роман-царевич» – первые две книги условной трилогии, отражающей философские и политические взгляды писательницы посл…
«День прошел, приблизительно, как все дни, и профессор Ахтыров, хотя и устал, но надеялся, отдохнув с полчаса после обеда, заняться вечером еще своими „Беседами о биологии“. Он подготовлял третий выпуск…»
«День прошел, приблизительно, как все дни, и профессор Ахтыров, хотя и устал, но надеялся, отдохнув с полчаса после обеда, заняться вечером еще своими „Беседами о биологии“. Он подготовлял третий выпуск…»
«…Представьте себе, любезные читатели, человека полного, высокого, лет семидесяти, с лицом, напоминающим несколько лицо Крылова, с ясным и умным взором под нависшей бровью, с важной осанкой, мерной речью, медлительной походкой: вот вам Овсяников. Нос…
«…Представьте себе, любезные читатели, человека полного, высокого, лет семидесяти, с лицом, напоминающим несколько лицо Крылова, с ясным и умным взором под нависшей бровью, с важной осанкой, мерной речью, медлительной походкой: вот вам Овсяников. Нос…
«В 1898 году, в сентябре и октябре, я проехал из Владивостока в Порт-Артур, – большею частью верхом, частью в лодке: в лодке – по Ялу (Амнока-ган).
Ехал не прямо, а с заездами, – то в Корею, то в Маньчжурию.
Во время этого путешествия я собрал прилаг…
«В 1898 году, в сентябре и октябре, я проехал из Владивостока в Порт-Артур, – большею частью верхом, частью в лодке: в лодке – по Ялу (Амнока-ган).
Ехал не прямо, а с заездами, – то в Корею, то в Маньчжурию.
Во время этого путешествия я собрал прилаг…
«Призывает король своего единственного сына.
– Что ж, Вася, девятнадцатый тебе год, а никаких поступков от тебя не видно. Либо зайцев травишь, либо на золотой балалайке играешь. Ни с чем несообразно. Проехался бы ты по чужеземным королевствам, посмот…
«Призывает король своего единственного сына.
– Что ж, Вася, девятнадцатый тебе год, а никаких поступков от тебя не видно. Либо зайцев травишь, либо на золотой балалайке играешь. Ни с чем несообразно. Проехался бы ты по чужеземным королевствам, посмот…
«– Здравствуйте, Елизавета Германовна.
– С добрым утром, Лев Петрович.
– Вы позволите присесть около вас? Здесь прохладно. Я ходил в поле. Ужасно утомился, да и печет.
– Сделайте одолжение, Лев Петрович. Здесь, действительно, прекрасная тень. Вы мне …
«– Здравствуйте, Елизавета Германовна.
– С добрым утром, Лев Петрович.
– Вы позволите присесть около вас? Здесь прохладно. Я ходил в поле. Ужасно утомился, да и печет.
– Сделайте одолжение, Лев Петрович. Здесь, действительно, прекрасная тень. Вы мне …
«Дачная жизнь в нынешнем году началась, как известно, чрезвычайно поздно, и началась она среди таких жестоких холодов, от которых одни дачные селища вымерзли окончательно, другие обратились в сплошные больницы, наполненные обезображенными пациентами …
«Дачная жизнь в нынешнем году началась, как известно, чрезвычайно поздно, и началась она среди таких жестоких холодов, от которых одни дачные селища вымерзли окончательно, другие обратились в сплошные больницы, наполненные обезображенными пациентами …
«В кухне у меня живет небольшая, плотная и уже не первой молодости собачонка – Гринька. Я часто с любопытством наблюдаю Гриньку. В нем до крайности развито чувство индивидуализма. Ко всему, что не его „я“, – он относится или со злобой, или с презрени…
«В кухне у меня живет небольшая, плотная и уже не первой молодости собачонка – Гринька. Я часто с любопытством наблюдаю Гриньку. В нем до крайности развито чувство индивидуализма. Ко всему, что не его „я“, – он относится или со злобой, или с презрени…
Семь уникальных повестей раскрывают перед читателями полноценный образ современной России — гордой и разгульной, тоскливой и бунтующей, православной и бесконечно прекрасной.
Есть мнение, что реалистическая проза автора, возвращает нас к истокам класс…
Семь уникальных повестей раскрывают перед читателями полноценный образ современной России — гордой и разгульной, тоскливой и бунтующей, православной и бесконечно прекрасной.
Есть мнение, что реалистическая проза автора, возвращает нас к истокам класс…
В сборник включены лучшие рассказы Сергея Тимофеевича Аксакова. Автор пишет о природе проникновенно и с живым интересом, который непременно захватит читателей всех возрастов. Многое из того, что вошло в сборник, найдётся в списках литературы для млад…
В сборник включены лучшие рассказы Сергея Тимофеевича Аксакова. Автор пишет о природе проникновенно и с живым интересом, который непременно захватит читателей всех возрастов. Многое из того, что вошло в сборник, найдётся в списках литературы для млад…
Что такое боль? Как она ощущается и описывается? Так ли универсальны наши представления о ней? Как показывает книга Роба Боддиса, эти вопросы только кажутся элементарными: ответы на них совсем не просты. Обращаясь к разным дисциплинам от истории, пол…
Что такое боль? Как она ощущается и описывается? Так ли универсальны наши представления о ней? Как показывает книга Роба Боддиса, эти вопросы только кажутся элементарными: ответы на них совсем не просты. Обращаясь к разным дисциплинам от истории, пол…
«Архип Фаддеевич, большой охотник до наблюдений, просил меня однажды, чтобы я показал ему нескольких из числа поэтов подражателей, которых бессмыслице он часто удивлялся в разных журналах. Я попросил к себе на вечер четырех из числа самых отчаянных п…
«Архип Фаддеевич, большой охотник до наблюдений, просил меня однажды, чтобы я показал ему нескольких из числа поэтов подражателей, которых бессмыслице он часто удивлялся в разных журналах. Я попросил к себе на вечер четырех из числа самых отчаянных п…
«В город въехала балагула вечером, в осеннюю ненастную погоду. Лошади выбивались из сил. Жид громко кричал, и грязь, освещаемая керосиновыми фонарями, уныло чмокала под копытами. Полотно балагулы намокло, из глубины её слышался плач ребёнка, сопровож…
«В город въехала балагула вечером, в осеннюю ненастную погоду. Лошади выбивались из сил. Жид громко кричал, и грязь, освещаемая керосиновыми фонарями, уныло чмокала под копытами. Полотно балагулы намокло, из глубины её слышался плач ребёнка, сопровож…
«Двухнедельные тучи вдруг распороло как ножом, и из прорехи аршинами, саженями полезло синее. К полночи солнце уже било над Оленьим островом вовсю, тяжело, медленно блестел океан, кричали чайки. Они падали в воду, взлетали, падали, их становилось все…
«Двухнедельные тучи вдруг распороло как ножом, и из прорехи аршинами, саженями полезло синее. К полночи солнце уже било над Оленьим островом вовсю, тяжело, медленно блестел океан, кричали чайки. Они падали в воду, взлетали, падали, их становилось все…
«… Я давно уж почувствовал необходимость понять – как возник мир, в котором я живу, и каким образом я постигаю его. Это естественное и – в сущности – очень скромное желание, незаметно выросло у меня в неодолимую потребность и, со всей энергией юности…
«… Я давно уж почувствовал необходимость понять – как возник мир, в котором я живу, и каким образом я постигаю его. Это естественное и – в сущности – очень скромное желание, незаметно выросло у меня в неодолимую потребность и, со всей энергией юности…
«Как померла старая барыня, мы достались молодым господам. У покойницы две дочки были барышни.
Меньшая-то смирная была. Сызмала постилась по понедельникам. Из себя уродилась невзрачная, и неловка, и неречиста, так маменька ей насоветывала и приказыва…
«Как померла старая барыня, мы достались молодым господам. У покойницы две дочки были барышни.
Меньшая-то смирная была. Сызмала постилась по понедельникам. Из себя уродилась невзрачная, и неловка, и неречиста, так маменька ей насоветывала и приказыва…