киберпанк
В глухой тайге Сектора 0-С время застыло на отметке 21:14, а границы реальности подменяются серыми пикселями. Когда легендарный системный администратор избы — Нейромонах Леший — бесследно исчезает в небытии, его внук Максим отправляется на поиски.
Вм…
В глухой тайге Сектора 0-С время застыло на отметке 21:14, а границы реальности подменяются серыми пикселями. Когда легендарный системный администратор избы — Нейромонах Леший — бесследно исчезает в небытии, его внук Максим отправляется на поиски.
Вм…
Перед вами гипнотическая проза, книга-метафора.
Вторая часть трилогии Вселенной Нового Пути так же состоит из трех частей: "Племя Такарруш" , "Лоция Эдема" и "Тайны Нового Эдема".
Вторая часть трилогии станет вашим проводником в мир воющих псов покол…
Перед вами гипнотическая проза, книга-метафора.
Вторая часть трилогии Вселенной Нового Пути так же состоит из трех частей: "Племя Такарруш" , "Лоция Эдема" и "Тайны Нового Эдема".
Вторая часть трилогии станет вашим проводником в мир воющих псов покол…
Молодой психиатр Леонид Ребров приезжает в психбольницу «Тихая гавань». Его первый пациент — физик Кузнецов, который восемь лет слышит голоса на языке, которого не существует. Голоса говорят не с человеком, а с нейросетью «Сова», установленной для ав…
Молодой психиатр Леонид Ребров приезжает в психбольницу «Тихая гавань». Его первый пациент — физик Кузнецов, который восемь лет слышит голоса на языке, которого не существует. Голоса говорят не с человеком, а с нейросетью «Сова», установленной для ав…
Молодой психиатр Леонид Ребров приезжает в психбольницу «Тихая гавань». Его первый пациент — физик Кузнецов, который восемь лет слышит голоса на языке, которого не существует. Голоса говорят не с человеком, а с нейросетью «Сова», установленной для ав…
Молодой психиатр Леонид Ребров приезжает в психбольницу «Тихая гавань». Его первый пациент — физик Кузнецов, который восемь лет слышит голоса на языке, которого не существует. Голоса говорят не с человеком, а с нейросетью «Сова», установленной для ав…
«Три года назад я был инвалидом. Потом — мертвецом. Теперь я — оружие. Но оружие не выбирает, в кого стрелять. А я выбираю».
Майор Кольцов погиб и воскрес в теле, которому нет равных. В мире, который катится в бездну. На него объявлена охота, но он с…
«Три года назад я был инвалидом. Потом — мертвецом. Теперь я — оружие. Но оружие не выбирает, в кого стрелять. А я выбираю».
Майор Кольцов погиб и воскрес в теле, которому нет равных. В мире, который катится в бездну. На него объявлена охота, но он с…
Архитектор Эмиль Эллансон перевез свою семью в тихий городок Бреозо в поисках спокойной жизни. Но вместо идиллии он нашел кошмар. Мучительные мигрени, провалы в памяти и пугающие тени, скользящие на краю зрения, сводят его с ума. Лечащий врач уверяет…
Архитектор Эмиль Эллансон перевез свою семью в тихий городок Бреозо в поисках спокойной жизни. Но вместо идиллии он нашел кошмар. Мучительные мигрени, провалы в памяти и пугающие тени, скользящие на краю зрения, сводят его с ума. Лечащий врач уверяет…
«Код: Чертаново»Что, если наш мир — лагающий сервер, а человеческие чувства и спальные районы Москвы — лишь избыточный кэш, подлежащий зачистке ради экономии памяти? Когда Высшая Канцелярия решает «оптимизировать» Чертаново Южное, урезав панельки до…
«Код: Чертаново»Что, если наш мир — лагающий сервер, а человеческие чувства и спальные районы Москвы — лишь избыточный кэш, подлежащий зачистке ради экономии памяти? Когда Высшая Канцелярия решает «оптимизировать» Чертаново Южное, урезав панельки до…
Эта книга — коктейль с привкусом WD-40.
В нём — ирония по отношению к ценностям современного социума и тоска по драйву музыкальной субкультуры второй половины прошлого века.
Это не ностальгия по прошлому и не попытка заглянуть в будущее.
Это желание …
Эта книга — коктейль с привкусом WD-40.
В нём — ирония по отношению к ценностям современного социума и тоска по драйву музыкальной субкультуры второй половины прошлого века.
Это не ностальгия по прошлому и не попытка заглянуть в будущее.
Это желание …
Представьте мир, где слова объявлены патогеном, а буквы изъяты из обихода. 300 лет под землей, на глубине 440 метров. 312 000 человеческих сот. Твое имя — штрихкод, а жизнь — вклад в производительность Роя под тотальным контролем Разумной Матки.
Земл…
Представьте мир, где слова объявлены патогеном, а буквы изъяты из обихода. 300 лет под землей, на глубине 440 метров. 312 000 человеческих сот. Твое имя — штрихкод, а жизнь — вклад в производительность Роя под тотальным контролем Разумной Матки.
Земл…
Марк — циничный IT-архитектор, предавший команду и присвоивший их общую разработку. Однажды утром он находит на пороге чёрный кейс с планшетом. На экране — таймер обратного отсчёта и послание: «Когда дойдёт до нуля, умрёт невиновный. Ты уже знаешь, к…
Марк — циничный IT-архитектор, предавший команду и присвоивший их общую разработку. Однажды утром он находит на пороге чёрный кейс с планшетом. На экране — таймер обратного отсчёта и послание: «Когда дойдёт до нуля, умрёт невиновный. Ты уже знаешь, к…
Фантастическая повесть в жанре киберпанк-хоррора о цифровой зависимости. Отключение интернета превращает жизнь аула в кошмар цифровой ломки. Айтишник, расследующий сбой, сталкивается с древней аномалией, для которой человеческая зависимость — источн…
Фантастическая повесть в жанре киберпанк-хоррора о цифровой зависимости. Отключение интернета превращает жизнь аула в кошмар цифровой ломки. Айтишник, расследующий сбой, сталкивается с древней аномалией, для которой человеческая зависимость — источн…
В альтернативно-исторической эпопее Римская империя трансформировалась в индустриальную сверхдержаву, покоряющую Германию с помощью паровых технологий.
Центурион Тит Корнелий Верес командует семиметровыми боевыми шагоходами «Имморталис». В рубках, п…
В альтернативно-исторической эпопее Римская империя трансформировалась в индустриальную сверхдержаву, покоряющую Германию с помощью паровых технологий.
Центурион Тит Корнелий Верес командует семиметровыми боевыми шагоходами «Имморталис». В рубках, п…
Человек уверен, что сам выбирает, как жить.
Но что, если его желания, страхи, привычки и даже стремление к свободе уже давно просчитаны?
В мире «Контура» человеческое внимание стало ресурсом, а поведение — данными. Виктор случайно сталкивается с меха…
Человек уверен, что сам выбирает, как жить.
Но что, если его желания, страхи, привычки и даже стремление к свободе уже давно просчитаны?
В мире «Контура» человеческое внимание стало ресурсом, а поведение — данными. Виктор случайно сталкивается с меха…
Что делает нас личностью: принадлежность к Homo Sapiens или наши убеждения и поступки?
Нейробиолог Сергей Снегин решается на дерзкий эксперимент: не просто создать очередной искусственный интеллект, а воспитать свободную, равноправную личность. Так …
Что делает нас личностью: принадлежность к Homo Sapiens или наши убеждения и поступки?
Нейробиолог Сергей Снегин решается на дерзкий эксперимент: не просто создать очередной искусственный интеллект, а воспитать свободную, равноправную личность. Так …
Что, если самое смертоносное оружие в мире — это твоя собственная совесть?
Тридцать лет назад программа «Нейро-Ноль» подарила человечеству «чистый рационализм». Ученые вырезали из человеческого мозга зоны сочувствия, вины и стыда. Наступил идеальный …
Что, если самое смертоносное оружие в мире — это твоя собственная совесть?
Тридцать лет назад программа «Нейро-Ноль» подарила человечеству «чистый рационализм». Ученые вырезали из человеческого мозга зоны сочувствия, вины и стыда. Наступил идеальный …
Его дом – комната между мирами. Его обязанность – хранить пустоту. Его судьба – остановить Белизну, пожирающую реальность.
Но он не помнит ни своего имени, ни того, кто был рядом. Только запах остывшего кофе, далекий смех и щемящую тоску по чему-то б…
Его дом – комната между мирами. Его обязанность – хранить пустоту. Его судьба – остановить Белизну, пожирающую реальность.
Но он не помнит ни своего имени, ни того, кто был рядом. Только запах остывшего кофе, далекий смех и щемящую тоску по чему-то б…
В альтернативно-исторической эпопее Римская империя трансформировалась в индустриальную сверхдержаву, покоряющую Германию с помощью паровых технологий.
Центурион Тит Корнелий Верес командует семиметровыми боевыми шагоходами «Имморталис». В рубках, п…
В альтернативно-исторической эпопее Римская империя трансформировалась в индустриальную сверхдержаву, покоряющую Германию с помощью паровых технологий.
Центурион Тит Корнелий Верес командует семиметровыми боевыми шагоходами «Имморталис». В рубках, п…
Мир распадается на глазах — без взрывов и огня, просто переставая существовать. Мика приходит в себя на разрушенной эстакаде с полной потерей памяти. Единственная зацепка — странные татуировки на руках, в которых зашифрован код, способный остановить …
Мир распадается на глазах — без взрывов и огня, просто переставая существовать. Мика приходит в себя на разрушенной эстакаде с полной потерей памяти. Единственная зацепка — странные татуировки на руках, в которых зашифрован код, способный остановить …
Перед вами — первая часть истории о путешествии через пространство-время.Пассажирами нашего поезда стали: простой русский пенсионер Иван Петрович и трое его попутчиков-пришельцев. Автор не рекомендует использовать алкоголь для борьбы с экзистенциальн…
Перед вами — первая часть истории о путешествии через пространство-время.Пассажирами нашего поезда стали: простой русский пенсионер Иван Петрович и трое его попутчиков-пришельцев. Автор не рекомендует использовать алкоголь для борьбы с экзистенциальн…
В альтернативно-историческом Древнем Риме император Марк Аврелий Александр сокрушает Парфию благодаря индустриальной мощи: легионы маршируют под гул паровых турбин, а поле боя разрывают залпы шагающих машин-«черепах». Однако за триумфом скрывается ст…
В альтернативно-историческом Древнем Риме император Марк Аврелий Александр сокрушает Парфию благодаря индустриальной мощи: легионы маршируют под гул паровых турбин, а поле боя разрывают залпы шагающих машин-«черепах». Однако за триумфом скрывается ст…





















