историческое фэнтези
❤️ОГНЕННАЯ НОВИНКА
Меня зовут Женя, мне тридцать пять, и я врач. Точнее, была врачом… Теперь я ведьма Илана, молодая жена генерал-дракона, которую вот-вот казнят за подделку истинности.
Новый муж опасен и жаждет моей смерти. Только я, Женя, ничего …
❤️ОГНЕННАЯ НОВИНКА
Меня зовут Женя, мне тридцать пять, и я врач. Точнее, была врачом… Теперь я ведьма Илана, молодая жена генерал-дракона, которую вот-вот казнят за подделку истинности.
Новый муж опасен и жаждет моей смерти. Только я, Женя, ничего …
Задолго до первой клетки, разделившейся в первобытном океане, Создатель уже вёл счёт. Девятнадцать планет, три вида людей, три луны на небе — все это лишь урожай для Психохора, энергии чувств и выбора, питающей саму ткань Вселенной. Но за краем всего…
Задолго до первой клетки, разделившейся в первобытном океане, Создатель уже вёл счёт. Девятнадцать планет, три вида людей, три луны на небе — все это лишь урожай для Психохора, энергии чувств и выбора, питающей саму ткань Вселенной. Но за краем всего…
Баланс, сведённый однажды, — не значит закрытый навсегда. Шов у края Вселенной остаётся открытым. И там, по ту сторону границы, куда не заглядывал даже Логос при всей своей немыслимой древности, — не одна цивилизация Весов, а, возможно, целый строй и…
Баланс, сведённый однажды, — не значит закрытый навсегда. Шов у края Вселенной остаётся открытым. И там, по ту сторону границы, куда не заглядывал даже Логос при всей своей немыслимой древности, — не одна цивилизация Весов, а, возможно, целый строй и…
Перемирие держалось не на мире, а на молчании — и молчание кончилось.
Три Жнеца-командира, обученных вычитать смерть без остатка. Архитектор, чьё милосердие однажды обернулось долгом, о котором он предпочёл забыть. И Взыскатель — вежливый, щедрый, ни…
Перемирие держалось не на мире, а на молчании — и молчание кончилось.
Три Жнеца-командира, обученных вычитать смерть без остатка. Архитектор, чьё милосердие однажды обернулось долгом, о котором он предпочёл забыть. И Взыскатель — вежливый, щедрый, ни…
Баланс, сведённый однажды, — не значит закрытый навсегда. Шов у края Вселенной остаётся открытым. И там, по ту сторону границы, куда не заглядывал даже Логос при всей своей немыслимой древности, — не одна цивилизация Весов, а, возможно, целый строй и…
Баланс, сведённый однажды, — не значит закрытый навсегда. Шов у края Вселенной остаётся открытым. И там, по ту сторону границы, куда не заглядывал даже Логос при всей своей немыслимой древности, — не одна цивилизация Весов, а, возможно, целый строй и…
Задолго до первой клетки, разделившейся в первобытном океане, Создатель уже вёл счёт. Девятнадцать планет, три вида людей, три луны на небе — все это лишь урожай для Психохора, энергии чувств и выбора, питающей саму ткань Вселенной. Но за краем всего…
Задолго до первой клетки, разделившейся в первобытном океане, Создатель уже вёл счёт. Девятнадцать планет, три вида людей, три луны на небе — все это лишь урожай для Психохора, энергии чувств и выбора, питающей саму ткань Вселенной. Но за краем всего…
Крепость на дальней окраине умирающей империи. Место, куда ссылают тех, кем не жалко расплатиться. Сироты войны побираются на улицах, равнодушные офицеры играют в карты, а наёмники в крови и грязи за копейки охотятся на чудовищ.
Сегодня одиннадцатиле…
Крепость на дальней окраине умирающей империи. Место, куда ссылают тех, кем не жалко расплатиться. Сироты войны побираются на улицах, равнодушные офицеры играют в карты, а наёмники в крови и грязи за копейки охотятся на чудовищ.
Сегодня одиннадцатиле…
Что, если вы бы могли попасть в свою прошлую жизнь и управлять там телом?
С юных лет Лори умела управлять снами — в созданном ею мире она чувствовала себя хозяйкой. Но всё изменилось после одного сеанса регрессивного гипноза. Вместо воспоминания она …
Что, если вы бы могли попасть в свою прошлую жизнь и управлять там телом?
С юных лет Лори умела управлять снами — в созданном ею мире она чувствовала себя хозяйкой. Но всё изменилось после одного сеанса регрессивного гипноза. Вместо воспоминания она …
Что, если вы бы могли попасть в свою прошлую жизнь и управлять там телом?
С юных лет Лори умела управлять снами — в созданном ею мире она чувствовала себя хозяйкой. Но всё изменилось после одного сеанса регрессивного гипноза. Вместо воспоминания она …
Что, если вы бы могли попасть в свою прошлую жизнь и управлять там телом?
С юных лет Лори умела управлять снами — в созданном ею мире она чувствовала себя хозяйкой. Но всё изменилось после одного сеанса регрессивного гипноза. Вместо воспоминания она …
Не ведьма, а клинический психолог в теле обманутой жены. За семейными тайнами скрываются интриги государственного масштаба, и непростые личные отношения, зажатые рамками приличий патриархального общества. Мне бы себя спасать от новой навязчивой родни…
Не ведьма, а клинический психолог в теле обманутой жены. За семейными тайнами скрываются интриги государственного масштаба, и непростые личные отношения, зажатые рамками приличий патриархального общества. Мне бы себя спасать от новой навязчивой родни…
Перемирие держалось не на мире, а на молчании — и молчание кончилось.
Три Жнеца-командира, обученных вычитать смерть без остатка. Архитектор, чьё милосердие однажды обернулось долгом, о котором он предпочёл забыть. И Взыскатель — вежливый, щедрый, ни…
Перемирие держалось не на мире, а на молчании — и молчание кончилось.
Три Жнеца-командира, обученных вычитать смерть без остатка. Архитектор, чьё милосердие однажды обернулось долгом, о котором он предпочёл забыть. И Взыскатель — вежливый, щедрый, ни…
Баланс мировой и хаотической энергии в Сумеречном Просторе оказался нарушен вновь, и Творцу угрожает опасность. Народы мира Эвдария, оказавшиеся на грани новой великой войны и погрязшие в пучине дипломатических интриг тайных орденов, ищут нового Слыш…
Баланс мировой и хаотической энергии в Сумеречном Просторе оказался нарушен вновь, и Творцу угрожает опасность. Народы мира Эвдария, оказавшиеся на грани новой великой войны и погрязшие в пучине дипломатических интриг тайных орденов, ищут нового Слыш…
Книга в целом задумана как сага о славянстве, насколько это удастся авторам, вопрос другой. Первая часть – о славянах западных, полабских. Это народ, которого, по сути, не стало, и это – страница из кровавой книги под названием «Геноцид». Последняя …
Книга в целом задумана как сага о славянстве, насколько это удастся авторам, вопрос другой. Первая часть – о славянах западных, полабских. Это народ, которого, по сути, не стало, и это – страница из кровавой книги под названием «Геноцид». Последняя …
Никогда не ходи на кладбище после заката. Джейн знала это так же чётко, как и то, что не стоит спорить с некромантом. В тот день она нарушила оба запрета и оказалась вовлечена в загадочные и жуткие события, которые одно за другим привели её под венец…
Никогда не ходи на кладбище после заката. Джейн знала это так же чётко, как и то, что не стоит спорить с некромантом. В тот день она нарушила оба запрета и оказалась вовлечена в загадочные и жуткие события, которые одно за другим привели её под венец…
Инквизиция была создана во славу Веры и для ее защиты.
Благими намерениями...
И запылали бесчисленные костры. И исчезают без следа люди.
Не грешники - ученые, лекари, художники.
Сами Небеса ужаснулись происходящему.
На земле воплощен Падший Ангел, ч…
Инквизиция была создана во славу Веры и для ее защиты.
Благими намерениями...
И запылали бесчисленные костры. И исчезают без следа люди.
Не грешники - ученые, лекари, художники.
Сами Небеса ужаснулись происходящему.
На земле воплощен Падший Ангел, ч…
В современной России, где магия всё больше уступает технологиям, художница Дина случайно получает от умирающей ведьмы Слово силы. Оно способно возродить великую мечту большой страны, но есть проблема: Дина не ведьма, потому тут же забывает Слово и не…
В современной России, где магия всё больше уступает технологиям, художница Дина случайно получает от умирающей ведьмы Слово силы. Оно способно возродить великую мечту большой страны, но есть проблема: Дина не ведьма, потому тут же забывает Слово и не…
Муж считал её вещью, купленной в пансионе, его дети – прислугой, ровно до той поры, как выяснилось, что они все живут за её счёт, им бы так и сошло с рук беззаконие. Но теперь в теле безропотной Веры – я, женщина старой закалки, и у меня есть собстве…
Муж считал её вещью, купленной в пансионе, его дети – прислугой, ровно до той поры, как выяснилось, что они все живут за её счёт, им бы так и сошло с рук беззаконие. Но теперь в теле безропотной Веры – я, женщина старой закалки, и у меня есть собстве…
Лера реставрирует мертвые вещи. В её мире нет места чуду — только химия пигментов, микротрещины лака и точный расчет времени высыхания связующего. Но когда к ней попадает странная колода деревянных карт начала XX века, законы физики дают сбой. Капля …
Лера реставрирует мертвые вещи. В её мире нет места чуду — только химия пигментов, микротрещины лака и точный расчет времени высыхания связующего. Но когда к ней попадает странная колода деревянных карт начала XX века, законы физики дают сбой. Капля …
Ратибор украл невесту у колдуна на жертвенном костре и получил за это проклятие: они никогда не смогут быть вместе. Если он скажет ей одно слово — она умрёт. Если она скажет его ему — умрёт он.
Девятьсот лет Ратибор ищет её в разных жизнях, находит, …
Ратибор украл невесту у колдуна на жертвенном костре и получил за это проклятие: они никогда не смогут быть вместе. Если он скажет ей одно слово — она умрёт. Если она скажет его ему — умрёт он.
Девятьсот лет Ратибор ищет её в разных жизнях, находит, …
Что будет, если в губернском городе Российской Империи вдруг обнаружатся сёстры-ведьмы?
Распугают женихов, нарушат экономические связи и расстановку сил в городе, но самое главное - разбудят Тёмные силы?
Мужчины сходят с ума и проигрывают состояния,…
Что будет, если в губернском городе Российской Империи вдруг обнаружатся сёстры-ведьмы?
Распугают женихов, нарушат экономические связи и расстановку сил в городе, но самое главное - разбудят Тёмные силы?
Мужчины сходят с ума и проигрывают состояния,…





















