историческое фэнтези
Москва, 1914-й. Пока патриоты громят немецкие вывески, под аптекой на Чистых прудах фармацевт Гильбих создаёт ИДЕАЛЬНУЮ ЖЕНЩИНУ. Из пробирки! Живую! Прекрасную! И безжалостно голодную!
Августина не пьёт кровь — она питается Вашей похотью! Один взгляд…
Москва, 1914-й. Пока патриоты громят немецкие вывески, под аптекой на Чистых прудах фармацевт Гильбих создаёт ИДЕАЛЬНУЮ ЖЕНЩИНУ. Из пробирки! Живую! Прекрасную! И безжалостно голодную!
Августина не пьёт кровь — она питается Вашей похотью! Один взгляд…
Были ли это разные эпохи или миры — не важно. Великая вода нашла тропы, чтобы связать души.
Анна очнулась в незнакомом месте — у потрескивающего костра, рядом с телом незнакомого мужчины. Над ней проводили прощальный ритуал: её, как рабыню погибшего…
Были ли это разные эпохи или миры — не важно. Великая вода нашла тропы, чтобы связать души.
Анна очнулась в незнакомом месте — у потрескивающего костра, рядом с телом незнакомого мужчины. Над ней проводили прощальный ритуал: её, как рабыню погибшего…
В далеком измерении Эребиум, где тени обретают сознание, рождается Рен — теневой монстр, способный обездвиживать врагов и призывать оружие из тени. Позже он узнает, что у него есть братья: Каэль — камбион, Дзю — эльф-полудемон, и Эндо — человек-драко…
В далеком измерении Эребиум, где тени обретают сознание, рождается Рен — теневой монстр, способный обездвиживать врагов и призывать оружие из тени. Позже он узнает, что у него есть братья: Каэль — камбион, Дзю — эльф-полудемон, и Эндо — человек-драко…
Бывший хирург-травматолог в Древней Руси, в теле одного из самых загадочных героев летописей — Всеслава Брячиславича Полоцкого.
Монахи звали его Чародеем и оборотнем. Но он был человеком.
Поход на запад с союзниками и друзьями сулит мир и безопаснос…
Бывший хирург-травматолог в Древней Руси, в теле одного из самых загадочных героев летописей — Всеслава Брячиславича Полоцкого.
Монахи звали его Чародеем и оборотнем. Но он был человеком.
Поход на запад с союзниками и друзьями сулит мир и безопаснос…
Брошенная мужем дочь преступника должна была тихо угаснуть. Но на ее месте теперь я. Пусть муж грозит скандальным разводом, суровый постоялец смотрит свысока, а за душой ни гроша. Я построю новую жизнь. Из пряников. И не позволю ни бывшему, ни будуще…
Брошенная мужем дочь преступника должна была тихо угаснуть. Но на ее месте теперь я. Пусть муж грозит скандальным разводом, суровый постоялец смотрит свысока, а за душой ни гроша. Я построю новую жизнь. Из пряников. И не позволю ни бывшему, ни будуще…
Он погиб в автокатастрофе. Но открыл глаза в мире, которого нет на картах.
Москвич, менеджер, человек офисов и асфальта — Сергей приходит в себя в шалаше посреди первобытного леса. Его встречает немой вопрос в глазах человека с каменным топором, и эт…
Он погиб в автокатастрофе. Но открыл глаза в мире, которого нет на картах.
Москвич, менеджер, человек офисов и асфальта — Сергей приходит в себя в шалаше посреди первобытного леса. Его встречает немой вопрос в глазах человека с каменным топором, и эт…
Он погиб в автокатастрофе. Но открыл глаза в мире, которого нет на картах.
Москвич, менеджер, человек офисов и асфальта — Сергей приходит в себя в шалаше посреди первобытного леса. Его встречает немой вопрос в глазах человека с каменным топором, и эт…
Он погиб в автокатастрофе. Но открыл глаза в мире, которого нет на картах.
Москвич, менеджер, человек офисов и асфальта — Сергей приходит в себя в шалаше посреди первобытного леса. Его встречает немой вопрос в глазах человека с каменным топором, и эт…
С северных границ китайской империи ползет орда чудовищной Саранчи, пожирающая все на своем пути. Лишь четверо могут ее остановит: монах, пошедший против своих заветов, даос, мстящий за смерть учителя, главнокомандующий с конечностями Саранчи и охотн…
С северных границ китайской империи ползет орда чудовищной Саранчи, пожирающая все на своем пути. Лишь четверо могут ее остановит: монах, пошедший против своих заветов, даос, мстящий за смерть учителя, главнокомандующий с конечностями Саранчи и охотн…
СЕМЬ ГРЕХОВ, СЕМЬ СУДЕБ, ОДИН МИР.
Говорят, уныние — лучший из смертных грехов, потому что он не дает совершать шесть других. Я могла бы с этим поспорить.
Когда умер мой муж, я не хотела ни есть, ни дышать, ни существовать. Но всего одна судьбоносная…
СЕМЬ ГРЕХОВ, СЕМЬ СУДЕБ, ОДИН МИР.
Говорят, уныние — лучший из смертных грехов, потому что он не дает совершать шесть других. Я могла бы с этим поспорить.
Когда умер мой муж, я не хотела ни есть, ни дышать, ни существовать. Но всего одна судьбоносная…
Сидишь на нарах, шарики катаешь (вернее плетешь кружево), а потом неизвестно каким образом оказываешься в совершенно чужом мире. Но это ещё полбеды! Очнувшись в теле ведьмы, понимаешь, что тебя изгоняют из ковена за то, что не имеешь силы. Что ж… лад…
Сидишь на нарах, шарики катаешь (вернее плетешь кружево), а потом неизвестно каким образом оказываешься в совершенно чужом мире. Но это ещё полбеды! Очнувшись в теле ведьмы, понимаешь, что тебя изгоняют из ковена за то, что не имеешь силы. Что ж… лад…
Падение Акры, заговор короля Франции, сокровища тамплиеров и тайные знания ордена, которые таят в себе страшную угрозу. Через все это предстоит пройти мальчишке-сарацину, ставшему в итоге рыцарем ордена Храма. Кто же он такой на самом деле и куда дер…
Падение Акры, заговор короля Франции, сокровища тамплиеров и тайные знания ордена, которые таят в себе страшную угрозу. Через все это предстоит пройти мальчишке-сарацину, ставшему в итоге рыцарем ордена Храма. Кто же он такой на самом деле и куда дер…
Где-то в иные времена и, может, в ином мире сестры Куигли – Энн, Беатрикс и Вайолет – живут в гармонии. В их чутких руках процветает чайная «Лунный серп», где любая посетительница может узнать немного больше о собственной судьбе. Ароматный чай с трав…
Где-то в иные времена и, может, в ином мире сестры Куигли – Энн, Беатрикс и Вайолет – живут в гармонии. В их чутких руках процветает чайная «Лунный серп», где любая посетительница может узнать немного больше о собственной судьбе. Ароматный чай с трав…
Я живу в мире, где магия возведена в ранг науки. В мире, где волшебный эфир - это валюта, подверженная инфляции, а государство - безжалостный регулятор. В мире, где магический дар принадлежит аристократам, а право на хорошую жизнь передается по насле…
Я живу в мире, где магия возведена в ранг науки. В мире, где волшебный эфир - это валюта, подверженная инфляции, а государство - безжалостный регулятор. В мире, где магический дар принадлежит аристократам, а право на хорошую жизнь передается по насле…
Валерия Федоровна прожила долгую неспокойную жизнь. На свой девяносто третий день рождения загадала одно – прожить еще столько же.
И судьба подарила ей еще один шанс.
Теперь она Сесиль Савиньи, девица – дворянка XIX века. Бедняжку выдали замуж за бо…
Валерия Федоровна прожила долгую неспокойную жизнь. На свой девяносто третий день рождения загадала одно – прожить еще столько же.
И судьба подарила ей еще один шанс.
Теперь она Сесиль Савиньи, девица – дворянка XIX века. Бедняжку выдали замуж за бо…
Всем известно, что не стоит разговаривать с незнакомцами, а заключать с ними сделки и подавно. Ради спасения собственной жизни Констанция все-таки решилась на странный договор. Теперь она бессмертна и стала еще прекраснее, чем прежде, но зло уже посе…
Всем известно, что не стоит разговаривать с незнакомцами, а заключать с ними сделки и подавно. Ради спасения собственной жизни Констанция все-таки решилась на странный договор. Теперь она бессмертна и стала еще прекраснее, чем прежде, но зло уже посе…
Граф де Конмор, по прозвищу Синяя Борода, в очередной раз овдовел и снова решил жениться, а в поисках невесты приехал в наш город. Кто же станет той счастливицей (или той несчастной), которую он выберет? Ведь сам король дал графу карт-бланш на выбор …
Граф де Конмор, по прозвищу Синяя Борода, в очередной раз овдовел и снова решил жениться, а в поисках невесты приехал в наш город. Кто же станет той счастливицей (или той несчастной), которую он выберет? Ведь сам король дал графу карт-бланш на выбор …
Она не хочет быть хорошей. Она хочет быть сильной. Магия в её руках — оружие, а мораль — роскошь, которую не каждый может себе позволить. Этот путь не про искупление и не про свет. Это путь выбора, где даже самые тёмные фигуры способны на поступки, д…
Она не хочет быть хорошей. Она хочет быть сильной. Магия в её руках — оружие, а мораль — роскошь, которую не каждый может себе позволить. Этот путь не про искупление и не про свет. Это путь выбора, где даже самые тёмные фигуры способны на поступки, д…
Эта книга про женщину которая полетела в Египет, чтобы исполнить свою давнюю мечту, а именно полежать в саркофаге Большой пирамиды в Гизе. У неё возникают препятствия на пути исполнения этого давнего и страстного желания. Преодолев препятствия, она в…
Эта книга про женщину которая полетела в Египет, чтобы исполнить свою давнюю мечту, а именно полежать в саркофаге Большой пирамиды в Гизе. У неё возникают препятствия на пути исполнения этого давнего и страстного желания. Преодолев препятствия, она в…
Могущество четырёх стихий было передано тринадцати знакам зодиака, включая Змееносца — загадочного Хранителя равновесия, и мир обрёл новый порядок. Так началась эпоха «разделяй и властвуй».
Но когда союз становится иллюзией, а границы превращаются в …
Могущество четырёх стихий было передано тринадцати знакам зодиака, включая Змееносца — загадочного Хранителя равновесия, и мир обрёл новый порядок. Так началась эпоха «разделяй и властвуй».
Но когда союз становится иллюзией, а границы превращаются в …
В свете Кейрениана знают как безупречного дамского угодника: красивый восточный парень, он умеет смотреть так, будто видит только её, и говорить так, будто готов на всё. Каждая дама шепчет: «Он любит только меня» - и верит в это. Он играет чувствами …
В свете Кейрениана знают как безупречного дамского угодника: красивый восточный парень, он умеет смотреть так, будто видит только её, и говорить так, будто готов на всё. Каждая дама шепчет: «Он любит только меня» - и верит в это. Он играет чувствами …