городское фэнтези
На фабрике игрушек сбой печати превращает «Заяц» в «ЗаЕц». Одна неправильная буква — и система отвергает его как брак, но именно эта ошибка пробуждает сознание. Эта книга о тех, кто всю жизнь чувствует себя опечаткой в чужом тексте. Кто устал от вопр…
На фабрике игрушек сбой печати превращает «Заяц» в «ЗаЕц». Одна неправильная буква — и система отвергает его как брак, но именно эта ошибка пробуждает сознание. Эта книга о тех, кто всю жизнь чувствует себя опечаткой в чужом тексте. Кто устал от вопр…
Аластор кивнул, его глаза светились от счастья. Он посмотрел на Киру, которая, улыбаясь, держала за руки их детей. Марта и Олег стояли рядом, обсуждая планы на свадьбу. Мать Киры прощалась с домом, в котором провела столько лет, и с лёгким вздохом по…
Аластор кивнул, его глаза светились от счастья. Он посмотрел на Киру, которая, улыбаясь, держала за руки их детей. Марта и Олег стояли рядом, обсуждая планы на свадьбу. Мать Киры прощалась с домом, в котором провела столько лет, и с лёгким вздохом по…
Кайл Рэндалл — альфа стаи оборотней и успешный бизнесмен, пять лет назад потерявший истинную пару: её убил Торн Грейв, альфа Северной стаи. Погрузившись в месть, Кайл ожесточился, скрывая боль за маской циника.
Кейтлин Вейл — студентка‑тихоня днём и…
Кайл Рэндалл — альфа стаи оборотней и успешный бизнесмен, пять лет назад потерявший истинную пару: её убил Торн Грейв, альфа Северной стаи. Погрузившись в месть, Кайл ожесточился, скрывая боль за маской циника.
Кейтлин Вейл — студентка‑тихоня днём и…
Его предназначение — разрушить мир. Но сначала он должен разрушить себя.
Каждая победа оплачивается частичкой его человечности. Каждая вспышка гнева питает его внутреннего монстра. Путь к могуществу лежит через кровь — нередко самых близких. Сила ше…
Его предназначение — разрушить мир. Но сначала он должен разрушить себя.
Каждая победа оплачивается частичкой его человечности. Каждая вспышка гнева питает его внутреннего монстра. Путь к могуществу лежит через кровь — нередко самых близких. Сила ше…
В сердце безымянного города, среди серых улиц и безликих толп, скрываются тихие чудеса. Здесь библиотекарь хранит забытые чувства в бархатных переплетах, слепой часовщик чинит сломанные сны, а одинокая женщина вяжет тишину крючком. Их дары — и прокля…
В сердце безымянного города, среди серых улиц и безликих толп, скрываются тихие чудеса. Здесь библиотекарь хранит забытые чувства в бархатных переплетах, слепой часовщик чинит сломанные сны, а одинокая женщина вяжет тишину крючком. Их дары — и прокля…
Завод кривогнутых изделий возвышается над подчиненным своей воле Городом. Управлять его хитроумными и коварными механизмами, меняющими самую идею пространства и энергии, способен лишь его Директор, Гавриил Хрон. Его судьба связана с этим местом, как …
Завод кривогнутых изделий возвышается над подчиненным своей воле Городом. Управлять его хитроумными и коварными механизмами, меняющими самую идею пространства и энергии, способен лишь его Директор, Гавриил Хрон. Его судьба связана с этим местом, как …
По духу Айко алхимик. Копается в старых книгах, ищет необычных зверей. Я привык к странностям друга, но сегодня он пригласил меня ловить мавку. Жижицу, как назвал её Айко. Не знаю, что из этого выйдет, но чувствую, приключение будет то ещё.
По духу Айко алхимик. Копается в старых книгах, ищет необычных зверей. Я привык к странностям друга, но сегодня он пригласил меня ловить мавку. Жижицу, как назвал её Айко. Не знаю, что из этого выйдет, но чувствую, приключение будет то ещё.
Он разговаривает не с Богом — а с кем-то, кто знает его слишком хорошо.
Каждая мысль, каждая строчка — словно эхо другой души, затерянной между сном и явью.
Их диалог тянется сквозь время, города и тишину монитора, пока становится ясно: это не просто…
Он разговаривает не с Богом — а с кем-то, кто знает его слишком хорошо.
Каждая мысль, каждая строчка — словно эхо другой души, затерянной между сном и явью.
Их диалог тянется сквозь время, города и тишину монитора, пока становится ясно: это не просто…
Школьник Андрей использует волшебную книгу, но всегда ли она сможет ему помочь?
Школьник Андрей использует волшебную книгу, но всегда ли она сможет ему помочь?
Объединённая Италия. 1840 год.
Верона — город, где день принадлежит людям, а ночь — тем, кого церковь боится назвать по имени. Ведьмы, тени, оборотни и призраки живут под покровом Веронского договора — хрупкого мира между Светом и Тьмой.
Когда ведьм…
Объединённая Италия. 1840 год.
Верона — город, где день принадлежит людям, а ночь — тем, кого церковь боится назвать по имени. Ведьмы, тени, оборотни и призраки живут под покровом Веронского договора — хрупкого мира между Светом и Тьмой.
Когда ведьм…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Моя книга состоит из двух частей, в первой я опишу практич…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Моя книга состоит из двух частей, в первой я опишу практич…
На фабрике игрушек сбой печати превращает «Заяц» в «ЗаЕц». Одна неправильная буква — и система отвергает его как брак, но именно эта ошибка пробуждает сознание. Это книга не о зайце. Это книга о вас — о тех, кто всю жизнь чувствует себя опечаткой в ч…
На фабрике игрушек сбой печати превращает «Заяц» в «ЗаЕц». Одна неправильная буква — и система отвергает его как брак, но именно эта ошибка пробуждает сознание. Это книга не о зайце. Это книга о вас — о тех, кто всю жизнь чувствует себя опечаткой в ч…
Не забудь покормить моих демонов
Год назад Триша исчезла, оставив после себя лишь записку:
«Они зовут меня по ночам. Не забудь покормить моих демонов.»
Теперь её бывший парень возвращается в пустую квартиру, где стены хранят дыхание прошлого.
С каж…
Не забудь покормить моих демонов
Год назад Триша исчезла, оставив после себя лишь записку:
«Они зовут меня по ночам. Не забудь покормить моих демонов.»
Теперь её бывший парень возвращается в пустую квартиру, где стены хранят дыхание прошлого.
С каж…
ОНИ СОЖГЛИ ЕЕ МИР. ОНА ВЕРНУЛАСЬ – НЕ МСТИТЬ, А НАПОМНИТЬ, ЧТО СВЕТ ЕЩЕ ЖИВ.
Двенадцать лет назад в пламени восстания Злата потеряла всё – наставника, брата, дом. Она бежала, надеясь, что навсегда оставит прошлое позади. Но когда призраки той ночи н…
ОНИ СОЖГЛИ ЕЕ МИР. ОНА ВЕРНУЛАСЬ – НЕ МСТИТЬ, А НАПОМНИТЬ, ЧТО СВЕТ ЕЩЕ ЖИВ.
Двенадцать лет назад в пламени восстания Злата потеряла всё – наставника, брата, дом. Она бежала, надеясь, что навсегда оставит прошлое позади. Но когда призраки той ночи н…
Объединённая Италия. 1840 год.
Верона — город, где день принадлежит людям, а ночь — тем, кого церковь боится назвать по имени. Ведьмы, тени, оборотни и призраки живут под покровом Веронского договора — хрупкого мира между Светом и Тьмой.
Когда ведьма…
Объединённая Италия. 1840 год.
Верона — город, где день принадлежит людям, а ночь — тем, кого церковь боится назвать по имени. Ведьмы, тени, оборотни и призраки живут под покровом Веронского договора — хрупкого мира между Светом и Тьмой.
Когда ведьма…
«Кому многое дано, с того многое спросится» – поистине мудрые и справедливые слова. Я получил незаслуженно много, но порой начинает казаться, что вереница спрашивающих слишком уж длинная. Почему-то нелегальный экзорцист вдруг понадобился всем, причем…
«Кому многое дано, с того многое спросится» – поистине мудрые и справедливые слова. Я получил незаслуженно много, но порой начинает казаться, что вереница спрашивающих слишком уж длинная. Почему-то нелегальный экзорцист вдруг понадобился всем, причем…
Добро пожаловать в Высший Свет! Громов вернулся! Вот они: широко распахнутые глаза, шепот за спиной, удивленные лица. Опальный коронер явился на прием, где его никто не ждал! Еще и в компании двух девиц, которые должны его ненавидеть!
Погодите… какая…
Добро пожаловать в Высший Свет! Громов вернулся! Вот они: широко распахнутые глаза, шепот за спиной, удивленные лица. Опальный коронер явился на прием, где его никто не ждал! Еще и в компании двух девиц, которые должны его ненавидеть!
Погодите… какая…
Мир назывался Архаэль.
Когда-то это имя значило «сияние», но теперь лишь напоминало о гниющем пламени костров, где сжигали тех, кто осмелился думать иначе.
В этом мире магия была не даром — грехом, отпечатком древнего зла, что, по словам священников,…
Мир назывался Архаэль.
Когда-то это имя значило «сияние», но теперь лишь напоминало о гниющем пламени костров, где сжигали тех, кто осмелился думать иначе.
В этом мире магия была не даром — грехом, отпечатком древнего зла, что, по словам священников,…
Это третья часть Книги описывающая Постапокалиптичное будущее. Люди пережили катастрофу и теперь спасаются от множества опасностей. Им хватило ума объединится и начать строить новое общество.
Это третья часть Книги описывающая Постапокалиптичное будущее. Люди пережили катастрофу и теперь спасаются от множества опасностей. Им хватило ума объединится и начать строить новое общество.
На собственную свадьбу я шла в черном платье вдовы, так как знала, что в живых не останусь. Моя смерть стала для меня началом пути к своему счастью.
От автора: это третья книга цикла "Счастье" Книга полностью самостоятельна. В тексте совсем чуть чуть…
На собственную свадьбу я шла в черном платье вдовы, так как знала, что в живых не останусь. Моя смерть стала для меня началом пути к своему счастью.
От автора: это третья книга цикла "Счастье" Книга полностью самостоятельна. В тексте совсем чуть чуть…