городское фэнтези
Он больше не чужак.
Он — глава рода, которому не суждено было существовать.
Он — барон, имя которого уже шепчут в столице.
Но в мире, где закон — лишь инструмент сильных, память и ум — только начало.
Великие кланы следят за каждым его шагом. Императо…
Он больше не чужак.
Он — глава рода, которому не суждено было существовать.
Он — барон, имя которого уже шепчут в столице.
Но в мире, где закон — лишь инструмент сильных, память и ум — только начало.
Великие кланы следят за каждым его шагом. Императо…
Казалось бы, в тихом техасском городке не происходит ничего необычного. Однако старинная уютная гостиница «Гертруда Хант» с фруктовым садом на самом деле – убежище для гостей со всех концов Вселенной. Главная обязанность Дины, хозяйки отеля, – сохран…
Казалось бы, в тихом техасском городке не происходит ничего необычного. Однако старинная уютная гостиница «Гертруда Хант» с фруктовым садом на самом деле – убежище для гостей со всех концов Вселенной. Главная обязанность Дины, хозяйки отеля, – сохран…
Пятидесятилетний курильщик Василий попадает в психиатрическую клинику после «неадекватных» разговоров о кашле и материализации мыслей. В отделении он, не теряя чувства юмора, находит общий язык с соседями-фантазёрами: изобретателем вечного двигателя …
Пятидесятилетний курильщик Василий попадает в психиатрическую клинику после «неадекватных» разговоров о кашле и материализации мыслей. В отделении он, не теряя чувства юмора, находит общий язык с соседями-фантазёрами: изобретателем вечного двигателя …
Пятидесятилетний курильщик Василий попадает в психиатрическую клинику после «неадекватных» разговоров о кашле и материализации мыслей. В отделении он, не теряя чувства юмора, находит общий язык с соседями-фантазёрами: изобретателем вечного двигателя …
Пятидесятилетний курильщик Василий попадает в психиатрическую клинику после «неадекватных» разговоров о кашле и материализации мыслей. В отделении он, не теряя чувства юмора, находит общий язык с соседями-фантазёрами: изобретателем вечного двигателя …
Арина — студентка-биохимик и Чёрная Вдова, младшая в Роду Паутины, где женщины рождаются лишь для двух вещей: охоты и продолжения крови.
Её мир — прокуренные подъезды, тишина засады и железные законы семьи, не оставляющие места для простой жизни. Мла…
Арина — студентка-биохимик и Чёрная Вдова, младшая в Роду Паутины, где женщины рождаются лишь для двух вещей: охоты и продолжения крови.
Её мир — прокуренные подъезды, тишина засады и железные законы семьи, не оставляющие места для простой жизни. Мла…
В мире, где туман живёт собственной волей, а мутировавшие тени бродят по разрушенным улицам, любовь становится самым хрупким и самым опасным чувством. Надя и Валера выходят из убежища лишь ради спасения дочери, но их вылазка оборачивается чем-то куда…
В мире, где туман живёт собственной волей, а мутировавшие тени бродят по разрушенным улицам, любовь становится самым хрупким и самым опасным чувством. Надя и Валера выходят из убежища лишь ради спасения дочери, но их вылазка оборачивается чем-то куда…
Для Севы археологическая экспедиция попытка сбежать от проблем. Но у приехавшей на раскопки Людмилы Леонидовны цели другие. Сева не ожидал, что окажется втянут в авантюру по поиску загадочного артефакта, способного размыть границу между легендой и ре…
Для Севы археологическая экспедиция попытка сбежать от проблем. Но у приехавшей на раскопки Людмилы Леонидовны цели другие. Сева не ожидал, что окажется втянут в авантюру по поиску загадочного артефакта, способного размыть границу между легендой и ре…
Миров бесчисленное множество. Но Алания с Сэмом оказались в том, где ценят не дух, а оболочку. Родившись «не по стандартам», они стали изгоями, лишёнными права быть людьми.
Их побег — это отчаянная попытка вырваться в иной Мир, где непохожесть не на…
Миров бесчисленное множество. Но Алания с Сэмом оказались в том, где ценят не дух, а оболочку. Родившись «не по стандартам», они стали изгоями, лишёнными права быть людьми.
Их побег — это отчаянная попытка вырваться в иной Мир, где непохожесть не на…
Эта история о том, как безобидное на первый взгляд произведение искусства может стать источником настоящего ужаса. Готовы ли вы узнать правду о том, что скрывается за маской вечной улыбки? Возможно, лучше оставить некоторые тайны нетронутыми…
Эта история о том, как безобидное на первый взгляд произведение искусства может стать источником настоящего ужаса. Готовы ли вы узнать правду о том, что скрывается за маской вечной улыбки? Возможно, лучше оставить некоторые тайны нетронутыми…
Два дела закрыты. Точнее… казались закрытыми — пока не начали медленно, но верно перерастать во что-то куда более длинное и мерзко-многослойное.
Имперская канцелярия внезапно вспомнила о моём существовании и о моём «почётном» аристократическом статус…
Два дела закрыты. Точнее… казались закрытыми — пока не начали медленно, но верно перерастать во что-то куда более длинное и мерзко-многослойное.
Имперская канцелярия внезапно вспомнила о моём существовании и о моём «почётном» аристократическом статус…
Равенна и Сьюзен—сёстры-близнецы, всегда принимали волю судьбы как должное и жили достойно ради умерших родителей. Но они не были готовы к той сцене, которую им поставила судьба. Вскоре им предстоит узнать, что их семья скрывает больше, чем кто-либо …
Равенна и Сьюзен—сёстры-близнецы, всегда принимали волю судьбы как должное и жили достойно ради умерших родителей. Но они не были готовы к той сцене, которую им поставила судьба. Вскоре им предстоит узнать, что их семья скрывает больше, чем кто-либо …
Что будет, если дать пешке примерить корону? Что, если искалеченный судьбой человек получит силу, подобную божьей? Как далеко он пойдёт в своём желании изменить мир, чем ради этого пожертвует? Как одна изуродованная душа смогла поставить под угрозу б…
Что будет, если дать пешке примерить корону? Что, если искалеченный судьбой человек получит силу, подобную божьей? Как далеко он пойдёт в своём желании изменить мир, чем ради этого пожертвует? Как одна изуродованная душа смогла поставить под угрозу б…
Когда свет меркнет, а мир замирает на грани, рождаются те, кто не принадлежит ни тьме, ни рассвету.Кира – дитя двух рас, кровь которой способна изменить баланс миров. Она – не спаситель и не проклятая, она – аномалия, ошибка судьбы, ставшая ключом к …
Когда свет меркнет, а мир замирает на грани, рождаются те, кто не принадлежит ни тьме, ни рассвету.Кира – дитя двух рас, кровь которой способна изменить баланс миров. Она – не спаситель и не проклятая, она – аномалия, ошибка судьбы, ставшая ключом к …
Ангелы, демоны, древние боги, ведьмы и маги – всё переплелось между собой в такой запутанный клубок, что с первой попытки и не разобрать, кто друг, а кто враг, а кто просто погулять вышел. К тому же, Война продолжает набирает обороты, сея на полях ср…
Ангелы, демоны, древние боги, ведьмы и маги – всё переплелось между собой в такой запутанный клубок, что с первой попытки и не разобрать, кто друг, а кто враг, а кто просто погулять вышел. К тому же, Война продолжает набирает обороты, сея на полях ср…
Десять лет назад я умер в Москве — и очнулся в теле одиннадцатилетнего мальчишки в альтернативной Российской Империи XXI века. Мир знакомый: города, технологии, офисы, пробки. Но есть одно отличие — аристократы и их магия, встроенные в государственну…
Десять лет назад я умер в Москве — и очнулся в теле одиннадцатилетнего мальчишки в альтернативной Российской Империи XXI века. Мир знакомый: города, технологии, офисы, пробки. Но есть одно отличие — аристократы и их магия, встроенные в государственну…
Митяй – обычный айтишник и немного перфекционист, внезапно обнаруживший, что может править мир как код. Но одно дело – двигать пиксели на экране или даже здания в реальности. И совсем другое – исправить чью-то судьбу.«Верстальщик» – это история о вла…
Митяй – обычный айтишник и немного перфекционист, внезапно обнаруживший, что может править мир как код. Но одно дело – двигать пиксели на экране или даже здания в реальности. И совсем другое – исправить чью-то судьбу.«Верстальщик» – это история о вла…
Повести о таинственной магии Петербурга. Писатель находит тайну «абсолютного текста», в результате чего из слов создает людей, которые начинают реально жить… Из-под привычного облика города проступает его второе лицо – загадочная Ойкумена, очарованно…
Повести о таинственной магии Петербурга. Писатель находит тайну «абсолютного текста», в результате чего из слов создает людей, которые начинают реально жить… Из-под привычного облика города проступает его второе лицо – загадочная Ойкумена, очарованно…
Две повести в жанре «городской фэнтези», где фантастика оборачивается реальностью, а реальность – фантастикой. В первой повести «Боги осенью» главный герой, спасая раненого при загадочных обстоятельствах человека, оказывается втянутым в череду опасны…
Две повести в жанре «городской фэнтези», где фантастика оборачивается реальностью, а реальность – фантастикой. В первой повести «Боги осенью» главный герой, спасая раненого при загадочных обстоятельствах человека, оказывается втянутым в череду опасны…
Добро пожаловать в Слайт, циклопический город-государство недалёкого будущего, где высокие технологии, чёрная магия и повседневная жизнь сплелись воедино. Здесь люди живут бок-о-бок с инфернальными чудовищами, призраками и чужаками из параллельных ми…
Добро пожаловать в Слайт, циклопический город-государство недалёкого будущего, где высокие технологии, чёрная магия и повседневная жизнь сплелись воедино. Здесь люди живут бок-о-бок с инфернальными чудовищами, призраками и чужаками из параллельных ми…
Эта история о том, как безобидное на первый взгляд произведение искусства может стать источником настоящего ужаса. Готовы ли вы узнать правду о том, что скрывается за маской вечной улыбки? Возможно, лучше оставить некоторые тайны нетронутыми…
Эта история о том, как безобидное на первый взгляд произведение искусства может стать источником настоящего ужаса. Готовы ли вы узнать правду о том, что скрывается за маской вечной улыбки? Возможно, лучше оставить некоторые тайны нетронутыми…





















