эротические романы
– Ты мне не брат, – шепчу, прижимаясь к стене, чтобы не упасть от этой дрожи. – И никогда им не будешь.– А кем я буду для тебя? – Егор подходит ближе, его глаза темнеют, как грозовое небо. – Скажи это. Хоть раз скажи вслух!– Ненавижу тебя, – мой голо…
– Ты мне не брат, – шепчу, прижимаясь к стене, чтобы не упасть от этой дрожи. – И никогда им не будешь.– А кем я буду для тебя? – Егор подходит ближе, его глаза темнеют, как грозовое небо. – Скажи это. Хоть раз скажи вслух!– Ненавижу тебя, – мой голо…
Первая история цикла «Небо
Alamir Air».
Мария Соколова получила работу мечты в элитной авиакомпании. Ради неё она рискнула всем — даже скрыла, что одна воспитывает семилетнего сына.
Её тайну узнаёт капитан, для которого правила важнее чувств. Один е…
Первая история цикла «Небо
Alamir Air».
Мария Соколова получила работу мечты в элитной авиакомпании. Ради неё она рискнула всем — даже скрыла, что одна воспитывает семилетнего сына.
Её тайну узнаёт капитан, для которого правила важнее чувств. Один е…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ…
Чистая, подлинная любовь или вечное одиночество, погружённое во Тьму? Современная реальность или иная Вселенная, где властвует магия?
Чистая, подлинная любовь или вечное одиночество, погружённое во Тьму? Современная реальность или иная Вселенная, где властвует магия?
Исторический любовный роман о флагелляции... Захватывающая история – германские шпионы и тайные общества, гаремы в помещичьих усадьбах и спиритические сеансы. Многочисленные и разнообразные сцены телесных наказаний на фоне пасторальных пейзажей дорев…
Исторический любовный роман о флагелляции... Захватывающая история – германские шпионы и тайные общества, гаремы в помещичьих усадьбах и спиритические сеансы. Многочисленные и разнообразные сцены телесных наказаний на фоне пасторальных пейзажей дорев…
Повесть о женском баловстве и веяниях времени, когда традиционные сексуальные отношения приобретают необычные эмоциональные оттенки.
Повесть о женском баловстве и веяниях времени, когда традиционные сексуальные отношения приобретают необычные эмоциональные оттенки.
Я вырвалась из лап жестоких садистов. Они надругались над моим телом и душой. Раны, нанесённые ими, никогда не заживут. Но мне выпал шанс начать новую жизнь без них. Да, теперь она серая. Она скучная. Но это - жизнь, а не медленная агония смертельног…
Я вырвалась из лап жестоких садистов. Они надругались над моим телом и душой. Раны, нанесённые ими, никогда не заживут. Но мне выпал шанс начать новую жизнь без них. Да, теперь она серая. Она скучная. Но это - жизнь, а не медленная агония смертельног…
Ему нравится подчинять и унижать женщин. Они для него не люди, а «кисы».
Вот только она считает себя на порядок выше и достойнее его и, даже прогибаясь – не подчиняется, не сдается.
Его злит её горделивость и еще не понятно, кто выйдет из этой схва…
Ему нравится подчинять и унижать женщин. Они для него не люди, а «кисы».
Вот только она считает себя на порядок выше и достойнее его и, даже прогибаясь – не подчиняется, не сдается.
Его злит её горделивость и еще не понятно, кто выйдет из этой схва…
Карьера профессора-ректора зависит от принятого сгоряча пари и от девушки, которая достанется ему на перевоспитание.
– Если я приглашу девушку на новогодний фуршет – ты откажешься от ректорства, – заявил я другу-сопернику.
– Я сам выберу. Видишь тех…
Карьера профессора-ректора зависит от принятого сгоряча пари и от девушки, которая достанется ему на перевоспитание.
– Если я приглашу девушку на новогодний фуршет – ты откажешься от ректорства, – заявил я другу-сопернику.
– Я сам выберу. Видишь тех…
День учителя. Я уже собиралась домой, когда в класс вошёл Он. Отец одного из моих первоклашек - Игорь Алексеевич. От него веет опасностью, но им восхищаются. Я думала, что не нравлюсь ему как педагог и тем более - женщина. Но вот он передо мной, с по…
День учителя. Я уже собиралась домой, когда в класс вошёл Он. Отец одного из моих первоклашек - Игорь Алексеевич. От него веет опасностью, но им восхищаются. Я думала, что не нравлюсь ему как педагог и тем более - женщина. Но вот он передо мной, с по…
" - Баня? - Адель подняла на меня уставшие серые глаза и, опрокинув рюмку, сморщилась.
- С одним условием.
- Условием? - Её глаза расширились, прежде чем она поднесла чайную ложку мёда к пухлым губам.
- Я буду смотреть.
Девушка поперхнулась и начала …
" - Баня? - Адель подняла на меня уставшие серые глаза и, опрокинув рюмку, сморщилась.
- С одним условием.
- Условием? - Её глаза расширились, прежде чем она поднесла чайную ложку мёда к пухлым губам.
- Я буду смотреть.
Девушка поперхнулась и начала …
Он единственный хирург, который может сделать мне операцию, чтобы в будущем я могла иметь детей. И с первого же приема он отказался меня осматривать. Сбежал!
Но от меня не уйдешь – догоню!
Наймусь медсестрой к нему в отделение. Хорошо, что у меня мед…
Он единственный хирург, который может сделать мне операцию, чтобы в будущем я могла иметь детей. И с первого же приема он отказался меня осматривать. Сбежал!
Но от меня не уйдешь – догоню!
Наймусь медсестрой к нему в отделение. Хорошо, что у меня мед…
Книги Марии Летовой – это коктейль из ярких чувств и эмоций, затрагивающий тонкие струны человеческой души.
Когда-то мы учились с ним в одной школе. Пока я плела косички своим куклам, Артур Палачев участвовал в вечеринках, о которых все шептались. Я …
Книги Марии Летовой – это коктейль из ярких чувств и эмоций, затрагивающий тонкие струны человеческой души.
Когда-то мы учились с ним в одной школе. Пока я плела косички своим куклам, Артур Палачев участвовал в вечеринках, о которых все шептались. Я …
Ты помнишь, да, Саш? – посмеивается папа. – В детстве Лина к тебе на колени забиралась и грозилась, что как повзрослеет, замуж за тебя выйдет.
Я торопливо тянусь за стаканом воды. Я домогалась этого мужчины, будучи ребенком? Господи, ну что за день?
…
Ты помнишь, да, Саш? – посмеивается папа. – В детстве Лина к тебе на колени забиралась и грозилась, что как повзрослеет, замуж за тебя выйдет.
Я торопливо тянусь за стаканом воды. Я домогалась этого мужчины, будучи ребенком? Господи, ну что за день?
…
Мужское купе по ошибке, жестокие игры на выпускном, стриптизёрша на замену... Каждая история этого сборника — это столкновение волевых мужчин и невинных женщин, где страсть становится оружием, а подчинение — тактикой.
Что происходит, когда тихая нян…
Мужское купе по ошибке, жестокие игры на выпускном, стриптизёрша на замену... Каждая история этого сборника — это столкновение волевых мужчин и невинных женщин, где страсть становится оружием, а подчинение — тактикой.
Что происходит, когда тихая нян…
Он — дикарь из глухой тайги.
Она — успешный адвокат из Москвы.
Их миры разделяет пропасть.
Адель приезжает в заброшенный поселок, чтобы пережить личную трагедию, но вместо уединения находит его — мужчину, выросшего в лесу, живущего по законам силы…
Он — дикарь из глухой тайги.
Она — успешный адвокат из Москвы.
Их миры разделяет пропасть.
Адель приезжает в заброшенный поселок, чтобы пережить личную трагедию, но вместо уединения находит его — мужчину, выросшего в лесу, живущего по законам силы…
Мы застряли на забытой планете между двумя воюющими государствами, а единственный челнок сломан и стоит без топлива. Разве может быть хуже?Может, если главарь дикарей принуждает меня к браку, а мой любимый капитан смертельно ранен. ***Мне пришлось ум…
Мы застряли на забытой планете между двумя воюющими государствами, а единственный челнок сломан и стоит без топлива. Разве может быть хуже?Может, если главарь дикарей принуждает меня к браку, а мой любимый капитан смертельно ранен. ***Мне пришлось ум…
– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?– Своё? – проигнорировав его воп…
– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?– Своё? – проигнорировав его воп…
Исторический любовный роман о флагелляции... Захватывающая история – германские шпионы и тайные общества, гаремы в помещичьих усадьбах и мистические прозрения модного столичного медиума Яна Гузика... Многочисленные и разнообразные сцены телесных нак…
Исторический любовный роман о флагелляции... Захватывающая история – германские шпионы и тайные общества, гаремы в помещичьих усадьбах и мистические прозрения модного столичного медиума Яна Гузика... Многочисленные и разнообразные сцены телесных нак…
Сексуально-эротический роман, основанный на реальных событиях. Автор делится своей самой откровенной историей – историей страсти, желания и подлинных переживаний. Интимные моменты, реальные эмоции.
Вечные ссоры, сломанная техника, затопленный сосед –…
Сексуально-эротический роман, основанный на реальных событиях. Автор делится своей самой откровенной историей – историей страсти, желания и подлинных переживаний. Интимные моменты, реальные эмоции.
Вечные ссоры, сломанная техника, затопленный сосед –…





















