духовная литература
Прахлад — сын могущественного царя демонов Хираньякашипу, но его сердце с раннего детства принадлежит Богу. Ни угрозы, ни власть, ни испытания не могут заставить мальчика отказаться от веры. Игорь Аниканов пересказывает древнюю историю из «Шримад-Бха…
Прахлад — сын могущественного царя демонов Хираньякашипу, но его сердце с раннего детства принадлежит Богу. Ни угрозы, ни власть, ни испытания не могут заставить мальчика отказаться от веры. Игорь Аниканов пересказывает древнюю историю из «Шримад-Бха…
Почему Зоино стояние – это выдумка? Можно ли это доказать? И какие еще фейки возникли вокруг этой истории?
Книгу открывает общий обзор таинственных духовных явлений (то есть чудес): какие они бывают, как их воспринимать и исследовать, в каких источни…
Почему Зоино стояние – это выдумка? Можно ли это доказать? И какие еще фейки возникли вокруг этой истории?
Книгу открывает общий обзор таинственных духовных явлений (то есть чудес): какие они бывают, как их воспринимать и исследовать, в каких источни…
Эта книга – ваш личный путеводитель к подлинному, глубокому облегчению и
внутренней свободе. Мы привыкли искать счастье снаружи, но истинная природа человека
– быть счастливым без внешних условий.
Автор мягко напоминает: каждого из нас ведёт та же ве…
Эта книга – ваш личный путеводитель к подлинному, глубокому облегчению и
внутренней свободе. Мы привыкли искать счастье снаружи, но истинная природа человека
– быть счастливым без внешних условий.
Автор мягко напоминает: каждого из нас ведёт та же ве…
Здесь про три вещи – про воспринимающее Я, про воспринимаемый мир, и про то, что между ними общего. Текст - не научное исследование, но систематизация опыта автора, полученного в ходе личного изучения обсуждаемых предметов. В тексте предлагается унив…
Здесь про три вещи – про воспринимающее Я, про воспринимаемый мир, и про то, что между ними общего. Текст - не научное исследование, но систематизация опыта автора, полученного в ходе личного изучения обсуждаемых предметов. В тексте предлагается унив…
Здесь про три вещи – про воспринимающее Я, про воспринимаемый мир, и про то, что между ними общего. Текст - не научное исследование, но систематизация опыта автора, полученного в ходе личного изучения обсуждаемых предметов. В тексте прекимдлагается у…
Здесь про три вещи – про воспринимающее Я, про воспринимаемый мир, и про то, что между ними общего. Текст - не научное исследование, но систематизация опыта автора, полученного в ходе личного изучения обсуждаемых предметов. В тексте прекимдлагается у…
Конец XIII — начало XIV века. Папская резиденция переносится в Авиньон, орден тамплиеров уничтожен, инквизиция усиливает контроль, а единый христианский мир начинает распадаться. В центре очерка — Августин Анконский, теоретик абсолютной папской власт…
Конец XIII — начало XIV века. Папская резиденция переносится в Авиньон, орден тамплиеров уничтожен, инквизиция усиливает контроль, а единый христианский мир начинает распадаться. В центре очерка — Августин Анконский, теоретик абсолютной папской власт…
Франкия, IX век. Переводя греческие богословские тексты при дворе Карла Лысого, Иоанн Эриугена начинает вспоминать свою прежнюю жизнь — жизнь Севира Антиохийского, который за три с половиной века до него учился в Александрии. Вместе с памятью возвращ…
Франкия, IX век. Переводя греческие богословские тексты при дворе Карла Лысого, Иоанн Эриугена начинает вспоминать свою прежнюю жизнь — жизнь Севира Антиохийского, который за три с половиной века до него учился в Александрии. Вместе с памятью возвращ…
В центре сборника философско-художественных эссе — жизненный путь человека. Проходя через изнурительные тренировки, изнанку израильских армейских будней, жестокость уличных стычек и тишину древних монастырей, он ищет ответы на вечные вопросы.
Что скр…
В центре сборника философско-художественных эссе — жизненный путь человека. Проходя через изнурительные тренировки, изнанку израильских армейских будней, жестокость уличных стычек и тишину древних монастырей, он ищет ответы на вечные вопросы.
Что скр…
В центре сборника философско-художественных эссе — жизненный путь человека. Проходя через изнурительные тренировки, изнанку израильских армейских будней, жестокость уличных стычек и тишину древних монастырей, он ищет ответы на вечные вопросы.
Что скр…
В центре сборника философско-художественных эссе — жизненный путь человека. Проходя через изнурительные тренировки, изнанку израильских армейских будней, жестокость уличных стычек и тишину древних монастырей, он ищет ответы на вечные вопросы.
Что скр…
Любой читатель, взяв эту книгу в руки, сразу почувствует, что автор не теплохладен. Он остро переживает за состояние дел в современном мире. Особенно книга будет полезна тем, кто испытывает ту или иную степень пагубной зависимости и созависимости. Лу…
Любой читатель, взяв эту книгу в руки, сразу почувствует, что автор не теплохладен. Он остро переживает за состояние дел в современном мире. Особенно книга будет полезна тем, кто испытывает ту или иную степень пагубной зависимости и созависимости. Лу…
Есть одиночество, о котором неловко говорить вслух. У Халида есть всё, что положено называть благополучием: работа, дом, здоровье, семья, которая его любит. И всё же по вечерам он ловит себя на мысли: если бы меня не стало, ничего в мире не изменилос…
Есть одиночество, о котором неловко говорить вслух. У Халида есть всё, что положено называть благополучием: работа, дом, здоровье, семья, которая его любит. И всё же по вечерам он ловит себя на мысли: если бы меня не стало, ничего в мире не изменилос…
«Путь спокойствия: Дзен как опора в шторм» — это практическое руководство для тех, кто ищет гармонию в бешеном ритме современной жизни. Автор раскрывает глубокие основы дзен, помогая понять природу стресса и тревоги в условиях российских реалий. Книг…
«Путь спокойствия: Дзен как опора в шторм» — это практическое руководство для тех, кто ищет гармонию в бешеном ритме современной жизни. Автор раскрывает глубокие основы дзен, помогая понять природу стресса и тревоги в условиях российских реалий. Книг…
«Таро как инструмент развития сознания» — аудиоиздание лекционного цикла Энмеркара, посвящённого Таро как целостной посвятительной системе самопознания и внутреннего развития. Лекционный материал был специально подготовлен для последовательного и вду…
«Таро как инструмент развития сознания» — аудиоиздание лекционного цикла Энмеркара, посвящённого Таро как целостной посвятительной системе самопознания и внутреннего развития. Лекционный материал был специально подготовлен для последовательного и вду…
«Путь спокойствия: Дзен как опора в шторм» — это практическое руководство для тех, кто ищет гармонию в бешеном ритме современной жизни. Автор раскрывает глубокие основы дзен, помогая понять природу стресса и тревоги в условиях российских реалий. Книг…
«Путь спокойствия: Дзен как опора в шторм» — это практическое руководство для тех, кто ищет гармонию в бешеном ритме современной жизни. Автор раскрывает глубокие основы дзен, помогая понять природу стресса и тревоги в условиях российских реалий. Книг…
Новая глава студенческих хроник. Это ироничная, тёплая ностальгия по восьмидесятым, где вместо конкуренции — соцсоревнование, а «Индекса биг-мака» — «Индекс кофе». Но главные ценности всё те же: дружба и... умение читать мелкий шрифт. Ведь именно это…
Новая глава студенческих хроник. Это ироничная, тёплая ностальгия по восьмидесятым, где вместо конкуренции — соцсоревнование, а «Индекса биг-мака» — «Индекс кофе». Но главные ценности всё те же: дружба и... умение читать мелкий шрифт. Ведь именно это…
«Другой кислород» - это честная история жизни, в которой были потери, болезни, поиски Бога, ожидания, сомнения и неожиданные повороты.
Это рассказ о том, как человек может долго идти к тому, чего хочет, а потом обнаружить, что бог приготовил для нег…
«Другой кислород» - это честная история жизни, в которой были потери, болезни, поиски Бога, ожидания, сомнения и неожиданные повороты.
Это рассказ о том, как человек может долго идти к тому, чего хочет, а потом обнаружить, что бог приготовил для нег…
«Архиерей» – один из самых грустных рассказов классика.
История о том, как священник наряду с простыми и повседневными событиями начинает остро чувствовать истечение земной жизни и скорый переход в вечность, помогает и читателям приостановиться в су…
«Архиерей» – один из самых грустных рассказов классика.
История о том, как священник наряду с простыми и повседневными событиями начинает остро чувствовать истечение земной жизни и скорый переход в вечность, помогает и читателям приостановиться в су…
Самая прочная тюрьма та, стены которой человек принимает за собственное лицо. Мысли говорят: «это я». Тело говорит: «это я». Роли, страхи, деньги, прошлое повторяют то же самое. Но что останется, если перестать им верить? Эта книга обращена к читател…
Самая прочная тюрьма та, стены которой человек принимает за собственное лицо. Мысли говорят: «это я». Тело говорит: «это я». Роли, страхи, деньги, прошлое повторяют то же самое. Но что останется, если перестать им верить? Эта книга обращена к читател…
Человек боится потерять вещи, людей, положение и саму жизнь лишь потому, что принимает временное за своё истинное имущество. Иша-Упанишада предлагает более дерзкий взгляд: ничего не принадлежит нам, но именно поэтому мы можем перестать жить в вечной …
Человек боится потерять вещи, людей, положение и саму жизнь лишь потому, что принимает временное за своё истинное имущество. Иша-Упанишада предлагает более дерзкий взгляд: ничего не принадлежит нам, но именно поэтому мы можем перестать жить в вечной …
Самая прочная тюрьма та, стены которой человек принимает за собственное лицо. Мысли говорят: «это я». Тело говорит: «это я». Роли, страхи, деньги, прошлое повторяют то же самое. Но что останется, если перестать им верить? Эта книга обращена к читател…
Самая прочная тюрьма та, стены которой человек принимает за собственное лицо. Мысли говорят: «это я». Тело говорит: «это я». Роли, страхи, деньги, прошлое повторяют то же самое. Но что останется, если перестать им верить? Эта книга обращена к читател…





















